— Тридцать восемь.
— И уже такой наглый и такой шикарный жених?
— Какой есть.
— Точно не врёшь?
— Точно не вру.
— Может быть хотя бы тысячу тридцать восемь?
— Нет.
— Сто тридцать восемь?
— Нет.
— Правда тридцать восемь?
— Правда.
— Кто может подтвердить?
— Руйгу моего мира.
— Какой мир?
— Тейя.
— Я ведь проверю.
— Проверяйте.
— Что, серьёзно не врёшь?
— Серьёзно.
— У-у-у… ладно. Верю. Надо будет не забыть сказать Олле, чтобы подготовилась к твоему приходу. А то она в последние лет пятьдесят либо в полях бизонов гоняет, либо по особняку в чём мать родила разгуливает, да бизонье мясо ест, говорит: «Всё одно не найду никого, ради кого манер придерживаться?» Нетерпеливая нынче молодёжь, конечно. Вон, погляди, надо было всего четыреста лет подождать, чтобы идеальный жених родился и сам её нашёл.
— Я не собираюсь брать вашу правнучку замуж. Я уже женат.
— На ком?
— На ней.
— Тощая.
— Мне нравится.
— Это исправимо.
— В гости не приду.
— Ладно. Она может второй женой быть. А Олла — первой.
— Нет.
— Второй женой правнучку не отдам.