— Миша, почему тебя так смешит эта тема? Неужели ты никогда не влюблялся? — спросила я.
— Нет. Любовь это тюрьма. А я молод, чтобы добровольно тратить свое самое лучшее время на подобные тяжбы.
— Но ведь влюбленность происходит не произвольно! Как можно контролировать чувства?
— Видимо, я очень умен, раз у меня это получается, — раздраженно ответил он, выпивая рюмку водки.
Стас ухмыльнулся.
— Брат, однажды и ты встрянишь.
— Пока я этого сам не захочу, ни чего не произойдет! Меня смешат все эти щенячьи нежности и вызывают отвращение сюсюкающие парочки.
— Люди просто наслаждаются друг другом! Что в этом плохого? — спросила я.
— Банальность. Стереотипность. Женщина постоянно требует от партнера, чтобы он не отходил от нее. Отказался от своего мира ради нее. А она в ответ что?
— Она заботится о нем.
— Вот именно. Женщина становится для него мамочкой, которая его контролирует, следит, чтобы он вел себя хорошо, а в случае его промаха, ругает или наказывает. От этой картины пропадает страсть. Кто захочет трахаться с мамочкой?
— Никто, — сухо добавил реплику Стас.
— Почему у тебя всегда во всем виноваты женщины?
— Да потому, что вы все стереотипные. Вот что вам надо? Я отвечу. Смысл жизни выскочить замуж. Нарожать детей. Выпросить у мужа шубу и золото, чтобы похвастаться перед подружками. А далее думать о том, какие борщи наготовить, да как мужу мозг вынести, потому что он не уделяет вам клушам внимание. От мысли о такой жизни меня выворачивает на изнанку!
— Это ты мыслишь стереотипно, раз считаешь что все женщины одинаковые! — не выдержала я и перешла на крик.
Но Миша ответил совершенно спокойно:
— Я не встречал других.
— Я не такая!
— Яна, ты самая банальная из всех банальных, что я, когда либо встречал!
— Так зачем ты со мной тогда носишься?
Миша вопросительно впился светло-карими глазами в меня, но ничего не ответил.
— Странные у вас темы для разговора! — вмешался Стас, — лично я считаю, что вся проблема отношений состоит в том, что кто-то один всегда берет на себя роль терпеливой жертвы, которая героически тянет на себе все отношения, будь то мужчина или женщина. Причем и жертве нравится, ее роль. Ведь ее все жалеют и поддерживают. И вторая сторона довольна. Все что не делается, все терпится и прощается. Хоть и через скандал, но прощается.
— Знаешь, Стас вот с тобой я соглашусь. В своей семье и как раз таки и была жертвой-терпилой. И рада, что это позади.
Стас действительно показался мне более рассудительным и взрослым по сравнению с братом. Мне показалось, что Миша уловил мой интерес к его брату и слегка нахмурился, отстранившись от нас и уткнувшись в телефон.
Стас рассказал мне, что со своей девушкой он встречался с пятнадцати лет, и вот пару дней назад он поймал ее в постеле с другим мужчиной.
— Боже! — вскрикнула я, — как такое возможно вообще. Ты такой красавчик! Если уж и тебе изменили, то я теперь понимаю, почему сама оказалась в подобной ситуации.
Стас слегка улыбнулся, впервые за вечер.
— Видимо, внешности одной мало для крепких отношений! И, что значит, ты теперь понимаешь почему сама оказалась в такой ситуации?
— Нуууу, я себя не считаю красавицей! Мне скоро тридцать, а уверенности так и не прибавилось.
Внезапно наш разговор со Стасом прервал мобильник Миши. Ему кто-то позвонил и он молча вышел в подьезд, накинув куртку.