Я открыла рот, чтобы спросить ее почему, но профессор Белторн уже ушла.
— 22-
Я перевела взгляд с того места, где профессор Белторн растворилась в толпе студентов, а затем обратно на Керри.
— Что это было?
Керри уставилась на свои руки.
— Я что-то почувствовала, когда ты говорила мне, что делать.
— Что-то почувствовала?
— Будто через меня текла сила.
Я прикусила внутреннюю сторону щеки.
Керри взглянула на меня.
— Будто ты передала мне частичку своей силы.
Я впилась ногтями в ладони.
— Не думаю, что такое возможно.
— Я никогда раньше не слышала, чтобы что-то подобное происходило, но, клянусь, я это почувствовала. Твоя сила текла сквозь меня.
Я быстро осмотрела окрестности. Эйден стоял рядом, все еще слишком заинтересованный, на мой взгляд. Я поднялась на ноги и потянула Керри за собой.
— Давай переоденемся и поговорим на обратном пути.
Мы поспешили к теперь уже заброшенным палаткам для переодевания и надели форму. К тому времени, как мы вышли, все уже разошлись. Я вздохнула с облегчением, когда поискала Эйдена, но ничего не нашла.
— Ищешь Кая? — спросила Керри.
Я покачала головой.
— Эйден. Он вроде как прятался.
Керри переплела пальцы, пока мы шли.
— Люди интересуются тобой. Никто из нас никогда не был знаком с эфиром. Самое большее, с кем мы могли когда-либо общаться, это с кем-то из линии эфира, но даже они сейчас редкость.
Но Эйдену было неинтересно. Он искал способ навредить Фениксу через меня. Но я держала эту мысль при себе.
— Могу представить, как тяжело, должно быть, играть вторую скрипку при таком могущественном человеке, как Феникс, — тихо сказала Керри.
Я не хотела испытывать сочувствие, которое пронзило мой желудок. Правда заключалась в том, что и Феникс, и Эйден пережили тяжелую травму. Они потеряли сестру ужасным образом, и это наложило на них отпечаток, сделало их темными. Но Феникс использовал эту темноту во благо. Эйден, я не была в этом уверена.
— Он жесток, — тихо сказала я.
Керри подняла глаза и встретилась со мной взглядом.
— Аура, каждый здесь может быть жестоким. Не быть таким означает проявить слабость, а это единственное, чего мир элементалей не терпит.
Сердце болело за подругу. Многие элементали пинали ее и смотрели на нее свысока. И она сталкивалась с этим всю свою жизнь.
— Думаю, еще большее чудо, когда кто-то проявляет доброту, несмотря на искушение получить больше.