Глава 9
В этот вечер я увидела, как мужчины ставят шатры. Оказалось, что именно на них мы спали прошлой ночью. А теперь, спустя менее чем полчаса, на песке, рядом с озером, вырос маленький лагерь состоявший их трех вместительных шатров, похожих на огромные палатки. Лошадей накормили и стреножили, оставив пастись неподалеку возле скудного подобия каких-то колючек. Но, к моему удивлению, неприхотливые животные жевали эту гадость, да еще и фыркали от радости, будто им дали не иссохшиеся кусты, унизанные острыми иглами, а охапки сочной травы. А еще спустя несколько минут в вырытых в песке ямах были уложены сухие дрова, которые наши похитители тоже возили в телегах, и веселое пламя, взметнувшись к небу, попрощалось с последними лучами алого солнца.
Нас с девушками подвели к огню. Предложили присесть у танцующего пламени, и никто не стал отказываться. Ужин состоял из хлеба и сыра, который раздали каждой из пленниц вместе со свежей водой. А после того, как мы насытились, Мангар заявил:
- Если кто-то хочет искупаться, то озеро к вашим услугам, - при этом посмотрел на нас едва ли не с вызовом, полагая, что мы откажемся.
Я покосилась на остальных. Манившая теплая вода находилась слишком близко, чтобы было понятно: то, как мы будем купаться, будет видно нашим похитителям. А рассчитывать на то, что мужчины отвернутся, вспомнив о манерах, которых у них отродясь, видимо, не было, не стоило. Вот только после дневной жары я чувствовала себя грязной и потной. И это раздражало. А еще больше бесил взор хага, который смотрел на нас и будто бросал вызов, ожидая, что все откажутся.
- Если никто не хочет, то вы можете идти отдыхать в свои повозки. Все уже готово для сна…
Он не договорил. Какой-то черт дернул меня встать и взглянуть ему в лицо, поймав темный, чуть удивленный, взгляд.
- Я хочу!
А колени так и задрожали мелкой дрожью. Но вымыться я хотела больше, чем ложиться спать потной и грязной, ведь я планировала кроме купания еще и простирнуть свое платье. А вот белье, родненькое, которое никто, слава Богу, не заставил меня снять во время смены одежды, я пока стирать не решилась. Оно постирается на мне, когда заберусь в воду.
- Хорошо! – Тангар поднялся со своего места. – Пойдем, я тебя провожу!
Подруги по несчастью воззрились на меня в немом удивлении. Да что там говорить. Я и сама была поражена не меньше их. Вот уж не думала, что буду такой до дурости бесстрашной.
Наверное, стоило отступиться, сказать, что передумала, но вместо этого я произнесла:
- Зачем? Меня провожать не нужно. Озеро тут, рядом. Рукой подать.
Но хаг будто и не слышал моих слов. А вот Мангар оказал мне неожиданную поддержку, сказав:
- Хаг Тангар, провожать невесту – лишнее. Мы можем присмотреть за ней отсюда.
Хаг не промедлил с ответом. Только сказанное им осталось для меня загадкой. Так как говорил мужчина на своем языке, явно не желая, чтобы мы с девочками его поняли. Только маг потемнел лицом, услышав ответ Тангара и опустил голову, уже видимо, не имея претензий. А вот я искренне расстроилась. Под присмотром хага купание будет не так приятно. Только радовать похитителя видом моего обнаженного тела не собиралась.
«Пусть обломится!» - решила и распрямила плечи.
- Я тоже хочу искупаться! – рыжая девчонка, та самая, что расспрашивала похитителей, едва мы оказались в чудом мире, и тут не отступилась. Вышла вперед, бросив на меня быстрый взгляд, а затем посмотрела на хага.
- Тогда вперед! – кивнул он, а затем одним жестом велел своим людям заняться оставшимися девушками, не рискнувшими пойти к озеру, даже несмотря на то, что состояние их было едва ли лучше моего.
Мы спустились вниз. Хаг следовал за нами на расстоянии пары шагов и остановился, присев на песок на берегу, когда мы застыли у кромки воды.
Переглянувшись с рыжей (имя ее я пока не знала. Она ехала во второй повозке) я принялась снимать одежду. Признаться, делать это под пристальным взором чужого и пугающего незнакомца было страшно. Но я справилась и, оставшись в одном нижнем белье аккуратно сложила вещи на берег, решив после обязательно простирнуть их.
Рыжая последовала моему примеру. Только в отличие от меня, в воду она входила полностью обнаженной. И я охнула, глядя как ее стройное, гибкое тело скользнуло в озеро. Мелькнули острые грудки и копна рыжего пламени, затем округлые бедра, и девушка нырнула.
«Она рискует!» - подумалось мне. Зачем-то подняв глаза, посмотрела на Тангара, но его, кажется, не привлекли прелести рыжей красавицы. Смотрел он только на меня. То ли издевался, то ли ждал подвоха, решив, что я не просто так вызвалась искупаться.
Черный взор скользнул по моему телу, и я вздрогнула, машинально обхватив себя за плечи, пряча грудь в кружевном лифчике от внимательных глаз. Рассмотреть под ним саму грудь в этом полумраке было невозможно. Только хаг глядел так, будто прекрасно видит скрытое от него тело. За спиной плеснула вода. Это рыжая вынырнула на поверхность и поплыла, только я продолжала играть в гляделки с Тангаром, не в состоянии опустить руки и повернуться к нему спиной.
Глаза мужчины будто гипнотизировали меня. Он не улыбался. Взор был спокойный и вместе с тем, заинтересованный. Я почти ощутила, как он касается меня. Нет, не руками… Взгляд был таким реальным, что на мгновение показалось, что это большие широкие ладони хага скользят по моей груди, спускаясь ниже, по животу и бедрам, оставляя после себя горячий след прикосновения.
Если бы рыжая не плеснула в меня водой, не знаю, сколько еще простояла бы вот так. Я невольно вздрогнула и обернулась к подплывшей девушке.
- Вода - чудо! – почти радостно сказала она. – Чего стоишь? Забирайся ко мне, раз уж решилась! – а сама стрельнула глазами в сторону Тангара, продолжавшего наблюдать за нами с молчанием каменной стены.
Я не заставила себя просить дважды. Развернулась всем телом на песке и прыгнула. А спустя минуту, ощутив ласковое и умиротворяющее касание озерных вод, нагретых дневным солнцем, вырвалась на поверхность и увидела рядом с собой лицо рыжей.
- Поплыли? – предложила она насмешливо.
Я, признаться, была немного удивлена ее поведению. Девушка, как и я, не истерила. Говорила так спокойно, будто ее устроила подобная участь, быть похищенной и отправленной в чужой мир. И я, не удержавшись, спросила: