Убежище. Книга шестая: читать начало книги онлайн

Мягкие кошачьи лапы аккуратно прошли по подлокотнику кресла, помедлили, но всё-таки шагнули на колени рыдающей гостьи.

– Ну, вот, а ты говоришь, что всё плохо и ты никому не нужна! Тебе посочувствовать пришли – значит, нужна! Сейчас пожалеют, и станет лучше, – успокаивающе сказала Людмила.

– Кошка? – горестно уточнила Зина. – Кошка пожалела? Люд, ты не сердись, но ты всё-таки того…

– Возможно, и того, и этого, и ещё раз этого… – рассмеялась Людмила, решившая нипочём не сердиться на эту несчастную «шляпу» – свою Зинку, в одиночку тянувшую на себе неподъёмный воз непрощённых обид, ещё старательно их раздувая и увеличивая. – Давай-ка я тебе чаю заварю, и мы спокойно поговорим.

Маура негромко тарахтела на коленях. В руках, заледеневших, несмотря на летнюю теплынь, оказалась блаженно-горячая чашка ароматного чая, а на столе возник бутерброд с клубничным вареньем точно так, как Зина когда-то любила – свежий белый хлеб, прохладное масло и рубиновое благоухающее варенье с кусочками клубники.

Зине показалось, что, если она сейчас же не съест этот бутерброд, она просто скончается!

Смотреть на плачущую Зинаиду, торопливо запихивающую в себя бутерброд и захлёбывающую его чаем, было совершенно невозможно – тоже хотелось поплакать от близости этого самого поганого одиночества и тоски.

Людмила машинально подхватила Фёдора и погладила его.

– Да, вот ещё, заражаться всяким не пойми чем! – Фёдор отлично видел те «репьи и колючки» которые кружили вокруг гостьи. – Фрррр на вас! Это человек моей стаи, так что нечего тут унынничать, тоскливиться и одиночничать! Кшшшш!

Он замурлыкал Людмиле, боднул её руку, намекая, что нечего тут лапы без дела держать, когда рядом котик заухомнечёсанный.

Зинаида прикончила бутерброд, вцепилась в чашку, словно в спасательный круг, и начала рассказывать и рассказывать…

– Ну, оно понятно… если день за днём вываливать на близких свою обиду, то у них тоже не останется сил эту обиду выносить. Так и её сын – сначала злился на отца и сочувствовал маме, потом, годами выслушивая её злость, обиды и претензии, которые всё никак не заканчивались и не заканчивались, невольно начал сердиться уже на неё саму, а потом попросту не выдержал и сбежал. Никому же не хочется жить в бездонном болоте, которое засасывает всех, кто в него попадает, – думала Людмила. – И что внучку не привозит тоже понятно! Кому надо, чтобы ребёнок слушал все эти высказывания… А всё почему? Потому что не у каждой беды есть свой вес, его можно нести нетто, то есть так, как есть в реальности, а можно – брутто, упаковывая беду в бесконечные проклятия, накручивая злость и отчаяние, скрепляя ненавистью. И в результате на выходе получаем неподъёмную ношу из обычного, чего уж там, развода. Ладно, будем распаковывать…

Клубника скучала в тазах, сумерки подползали к окнам, Зина крепко прижимала к себе Мауру и всё говорила и говорила…

Как же важно, когда можно выговориться и тебя выслушают! Да не просто так, а небезразлично! Людмила слушать умела, и Зинку ей было до слёз жалко, вот и получилось, что после их разговора огромнейшая трагедия, захватившая Зину с головой и почти совсем её под собой похоронившая, обрела расплывчатый вид мужчины в легкомысленном возрасте, который, получив «беса в ребро», рванул прибавлять себе седины с молодой подругой.

– Слушай, а я ведь его видала недавно! – вдруг рассмеялась Зина. – И чего я сразу-то не поняла… Он таким поблёкшим выглядит, словно из него все соки выпили!

– Внимание, теперь вопрос: и стоит ли из-за него так переживать? А?

Только-только решили подруги, что переживать не стоит, как у дома послышался дробный топот, словно мчались боевые слоны Александра Македонского.

– Бабушка, спаси её! – Мишка, ворвавшийся в дом первым, разжал ладони. – Она в ловушку попала! У нас тут птицелов завёлся. Он ставит, птицы попадаются, и мы выпускаем, а эту… Ба, мы не успели!

На грязных ладонях лежала чёрная в мелкую белую крапинку птица. Она тяжело дышала, глаза были закрыты, зато приоткрыт клюв.

– Ну-ка, дай сюда! – Зина решительно спустила с колен Мауру и приняла птаху.

Куда подевалась язвительная, желчная и холодная женщина, совсем недавно «потрошащая» окружающую действительность? Если бы не несчастный скворец, Люда разулыбалась бы, наблюдая за подругой.

Чуткие пальцы отличного терапевта-диагноста прощупали тельце, осторожно приоткрыли клюв, чтобы осмотреть слизистую.

– Она как в ловушке сидела? – Зина перевела взгляд на подростков.

– Не сидела, лежала на боку.

– Примять, пока нёс, не мог?

– Нет, что вы! Я очень аккуратно!

– А перья вокруг были?

– Были перья, и довольно много! – подал голос Пашка.

– Я думаю, что она билась о прутья, когда попала в ловушку, – дополнила Полина, заслужив острый, но вполне благосклонный взгляд Зины.

– Крыло подвисло, похоже, сильный ушиб. Люд, ты посмотри, но мне кажется, что перелома нет.