Его не успокоить. Невозможно даже проделать тот трюк, как с Морским Змеем, на людях оно само по себе плохо работает, а уж про Аватара и говорить нечего. Нужно было просто дать ему какую-то надежду, что не все потеряно, что его народ не забыт.
— Я крайне серьезно изучал наследие воздушных кочевников и провел множество дней в библиотеке, полностью погружаясь в познание вашей философии. Особенно меня забавляют способы передвижения, ты ведь придумал воздушный самокат, я прав?
— Да… но не понимаю, почему ты не отвечаешь на мои вопросы, — он крайне недовольно хмурился, пока мы наконец не пришли в большой зал. Нет, он не имел ничего общего с башней Аватаров — я вообще не хотел, чтобы он туда приходил и связывался с прошлыми жизнями. Вместо этого мы показались в закрытом помещении, куда не проникал ветер, а стены были укреплены моей магией. В маленьких резервуарах было несколько сотен кило абразива, местами был спрятан металл. Это место, которое я специально подготовил, чтобы заиметь хоть какое-то преимущество.
— Посмотрите сначала на мою технику, — я уважительно улыбнулся, пока Аанг озирался по сторонам, не узнавая это место. В то же время вокруг закружился песок, начав создавать порывы ветра, песчинки собрались в самокат, который удерживал меня на воздушной подушке, давая возможность кататься в любом положении, на крайне высокой скорости. Глаза Аанга, да и чего там, Сокки с Катарой, поползли наверх.
— Техника Аанга, — протер глаза Сокка.
— Эй, ха-ха, так ты тоже кочевник! — обрадовался Аанг, сев на такой же самокат. Только тот состоял полностью из ветра, начав ездить со мной по одной траектории. — Но ты неправильно делаешь, не надо притягивать лишний мусор, твой ветер должен лишь толкать! Давай научу.
В этот момент я спрыгнул, рассыпав песок под собой. Аанг непонимающе приземлился рядом.
— Нет, у меня никогда не выйдет создать копию твоего самоката. Аанг, я только что сказал, что глубоко уважаю магию ветра и ее свойства не причинять никому вреда, но могу только копировать данную школ, — и в этот момент, от земли оторвались именно песчинки, они не создавали ветра, лишь висели вокруг своеобразным облаком. За этим последовала новая волна шока. — Я маг земли, использующий ответвление песка, однако мои предки учились именно у воздушных кочевников. Мне бы хотелось возобновить былую практику и не дать этому миру… забыть ваше наследие.
— В смысле, забыть?
Я переглянулся с застывшими братом и сестрой. Они быстро покачали головой, словно прося не раскрывать тайну, но я свел вместе руки и опустил одну из стен, за которой были собраны кучи доспехов солдат и тела монахов. Как бы хотелось подготовить его моральное состояние к подобному, но по моей оценке, можно было только открыть ему четвертую чакру, чтобы он хоть как-то принял ситуацию, но он еще не прошел путь осознания, да и я не Гуру Патик. Мой максимум — показать, что можно сохранить наследие.
Его друзья сразу подбежали ближе и принялись успокаивать, говорить, как они сочувствуют, но по факту, слова не доносились до ушей парня. Только сильные духом могли бы справиться с подобным давлением, и кроме меня, тут таких нет. Аанг сделал растерянный шаг вперед и узнал одного из мудрецов — не Гияцо, я его даже не пытался искать, но кто-то такой же мудрый. Припав к земле, сев буквально на доспехи солдат огня, его эмоции взорвались, из глаз вылились слезы, а вместе с этим ускорился поток ци в организме. Словно подготавливалась мини-ядерная бомба. Началось.
— Тай Ли, — девушка мгновенно сорвалась с места и, в секунду оббежав Сокку с Катарой, ткнула пальцем в область шейного позвонка, туда, где должна была находиться первая чакра. Ее блокировка могла не дать Аангу войти в состояние уничтожителя, и по факту это самый легкий способ с ним справиться. Но его тело даже не успело ослабнуть, поток резко ускорился и прорвал закупоренную чакру, как плотину, резко испустив во все стороны мощнейшие потоки воздуха. Худшие опасения сбылись: нужно было блокировать ее чем-то серьезным.
— А-а-а! — Тай Ли резко откинуло в мою сторону, но была подхвачена песком и доставлена на безопасное расстояние. То же касалось брата с сестрой, тела которых отъезжали назад; я обезопасил их броней, пока те завороженно смотрели, как глаза и стрела на голове Аанга начинают светиться.
— Он должен был узнать, — сухо ответил я, как только Катара кинула на нас ужасающий взгляд. Но, сжав зубы, повернулась к взлетевшему в небо пареньку.
— Аанг, я понимаю, как ты расстроен. И я знаю, как трудно терять людей, которых любишь, мне пришлось пережить это, когда лишилась мамы. Твоих мастеров и других магов воздуха уже нет, но… ты сам видел, что их наследие живет…
Что? Разве такую речь она должна была зачитать? Нет, девушка стеснялась нашего присутствия, и настоящие слова не вышли наружу. Нужно было сказать, что они теперь семья, вот только лишние люди, которые только им встретились: мы, не дали показать настоящие эмоции. А я… да ему срать на меня в данный момент, любое мое слово не будет учитываться ровным счетом никак. Вот почему Аанг повернулся в нашу сторону, и лишь усилил потоки ветров.
Аватар начал приближаться.
Глава 45
Могущество Аватара и Мага Песка
Самым противным, и в то же время опасным фактором неудачи, является отрицательное воздействие на окружающих меня людей, и речь немного не о том, что моя личная неудача подавляет удачу других, просто: окружающий мир, мой образ, микрознаки и много чего ещё, могли испортить восприятие окружающих, чтобы не повезло лично мне. Ведь Неудача — это не какое-то резкое и неожиданное событие, тот же самый дождик, к которому я так успел привыкнуть, появлялся после исполнения множества факторов, которые должны были произойти, чтобы испортить мою жизнь. Или взять поломки на кораблях, которых я путешествовал: каждый винтик, каждая кривая труба там прошла целый эпос, чтобы в итоге поднасрать именно мне, а значит понимание этих факторов позволяло мне сражаться против своего проклятия. Понимание также говорило, что стеснительность Катары — лишь следствие, а агрессивность Аватара — финальный штрих в этой веренице неудач.
— «Сама моя магия — вот проблема», — закрываясь от сильнейших потоков ветра, которые превосходили по своей мощности любую мою технику, усиленную несколькими чакрами, пришлось обратиться к мыслям. Понимание причин могло помочь, когда все уже летит к чертям — и это даже не образное выражение: всё внутри зала поднялось с пола и принялось сильнейшим образом вертеться, разбиваться и сминаться, как в случае с железными доспехами. — «Я хотел стать ближе к Аватару и показал техники кочевников, даже самокат — личный прием Аанга, а Катара видела, как это воодушевило маленького, столетнего мага воздуха, поняла, как для него важна причастность, корни которой шли еще от философии Лагхимы, и его необходимости в разделении народов. Конечно, навряд ли последнее было ей вообще известно: Катара жила в еще большей изоляции, чем Воины Киоши, но все равно, по ее мнению, для Аватара куда важнее я, восстанавливающий наследие кочевников, чем они с Соккой».
Вот только ему забыли это сказать.
— Черт! — в это же время воздушный барьер вокруг Аанга, который мешал даже приблизиться, испустил небольшую сферу сжатого воздуха.
Шхрух*
Выпустив из рукавов свои стальные и крепкие веера, которые даже не гнулись под таким мощным ветром, я вытащил большую каменную стену, которая простиралась от одного края зала до другого. Удар о нее вызвал сильнейшую тряску. В толстейшей, каменной, черт его побери, стене, появилась огромная сеть трещин.
— Он что, сжал воздух до нескольких десятков атмосфер? — он был не в себе. Мне не передать словами, какую скорбь он сейчас чувствовал: вся его любовь к миру, доброта, которой его учили воздушные кочевники, подготавливая плацдарм для открытия четвертой чакры, ровно так же, как Айро подготавливает своего Зуко, были начисто заблокированы скорбью. Черт возьми, в каноне он сумел открыть чакру, просто приняв смерть окружающих нас сейчас людей, — понятно почему сейчас его так покоребило. Пока не успокоится, он будет оставаться в пиковой форме скорбящего Аватара, не чувствующего доброту, сочувствие и любовь. И раз это не удалось сделать Катаре… я просто покажу ему, что никакой разобщенности не существует.
Бабах*
Стена оказалась прорвана буквально пролетевшим через нее Аватаром, вокруг которого был такой мощный воздушный барьер, что он не видел преград ни в чем.
— Аанг, прошу тебя! — закричала Катара, которую еле удерживал Сокка, чтобы та не натворила глупостей. В этот же момент светящиеся глаза Аватара, не ощущающего к миру и друзьям ни капли привязанности, сосредоточились на них и, даже не делая никаких пасов руками, используя исключительно контроль ци, направил в них сжатую волну воздуха, ничем не отличающуюся от острейшего клинка.
— Сокка, приведи сестру в порядок, — в этот же момент я выдохнул и подал спокойный голос. А взяв под контроль летающие в воздухе доспехи и сжав их в похожее лезвие, я на одной силе левитации, которая, уже честно говоря, переросла в какой-то телекинез, заблокировал воздушное лезвие. Вот, казалось бы, металл с легкостью остановит обычный ветерок, но еще чуть-чуть, и железо бы разорвало на части или отбросило в брата с сестрой, а причиной их смерти окажусь я, а не Аанг. — Пускай поговорит с ним, с холодным рассудком.