Щекотка ревности: читать начало книги онлайн

Пролог

Давным-давно в одном чудесном далеком мире, в одной прекрасной стране правил умный, добрый, красивый и всеми любимый король. Легенда гласит, что он был образцом рыцарственности и мудрости, был отважен, решителен и осторожен, удачлив, милостив и смел. Все поданные, начиная от могучих герцогов и заканчивая самыми бедными крестьянами, беззаветно любили своего монарха. Под его правлением страна процветала, земля щедро делилась своими плодами, а в каждом доме звучали счастливые детские голоса…

Примечание 1: История, точнее легенда, полностью, то есть совершенно полностью, умалчивает о том, как один из королей Агалорна заслужил столько красочных эпитетов, учитывая, что последние три тысячелетия эта страна (как и все окружающие её (и даже не окружающие!!) ) не вела никаких войн. Не была завоевана. Голода и чумы тоже не бывало. Случались неурожаи, это факт, но помощь соседей и торговля всегда исправляли этот недостаток без каких-либо серьезных неудобств. Далее — в стране не было катастроф. Бедствий. Не сходили с ума волшебники. Не прилетали драконы (без приглашения). Такие дела. Однако, король был умен, мудр, красив, справедлив, добр и смел. Насчет смелости вообще непонятно, но куда деваться?

…это же легенда.

Король Конрад Первый из династии Арвистеров правил страной долгие двадцать два года, и лишь очень немногие обитатели королевского дворца знали, что их король, как и королева Фестралия, его первая и единственная любовь, не могут завести детей. Попытки, начавшиеся с первой брачной ночи, не останавливались ни на день, но и не приносили желанного потомства, в каком бы виде и с какой частотой бы они не повторялись. Высочайшая чета проверялась у медиков, прибегла к помощи целителей и алхимиков, по королевскому приказу были вызваны мудрецы из отдаленных земель и, как молвит легенда… были даже призваны демоны.

Ответа не было ни у кого. Годы шли, как шли и поиски исцеления, тайна хранилась королевской четой и членами их династии пока… скрывать дальше стало просто опасно. Народ Аргалона, смиренно ждавший, робко спрашивавший, открыто интересовавшийся, и уже под конец, мрачно требовавший наследника, открыто демонстрировал своё нетерпение. Именно после одного из этих событий, когда выборные люди столицы открыто подошли к дворцу, королева Фестралия не вынесла тяжкого бремени жизни… и отринула его.

Примечание 2: Хроники династии Арвистеров утверждают, что всё случилось не за один день, и что король с королевой давным-давно были в «большом горе», то есть жуткой депрессии, но забывают уточнить самый важный момент — а именно, от чего умерла Фестралия Арвистер. Там, на этих древних страницах, лишь подробно указан один момент — печаль королевской пары была столь велика, что запечатлевший её в виршах бард, назвавший своё творение «Песнь слёз», мог бы прославиться на весь мир, но, к сожалению, умер ужасной смертью при невыясненных обстоятельствах. Также в хрониках есть сноска о том, что рядом с бардом на колу в течение недели умирал сенешаль, проведший своего музыкального родственника в замок для сбора подробностей, но больше не приведено никаких деталей.

В ту же ночь, когда лик королевы Фестралии скрылся за белым полотном последнего венца, потерявший свою любовь король сказал в кругу семьи, что вторично жениться не будет. Конрад Первый хотел уйти за своей супругой, но не мог это сделать, пока занимает трон. Клятвы, что давал каждый из монархов Агалорна, воспрещали подобный исход. Будучи дееспособным и здоровым, он не мог отречься от престола в пользу родственников, не мог его передать, не мог даже назначить консорта. Все это запрещала магия. Ритуалов под такую ситуацию не было составлено.

Уговоры на короля не действовали. Он не хотел править и не хотел жить. Единственным решением для Слейда, его младшего брата, было занять престол самому, но для этого Конрад должен был умереть. Однако, Арвистеры никогда бы не посмели взвалить на себя клеймо кинслееров, убийц родной крови, поэтому само королевство, не зная о грозящей ему участи, оказалось на пороге краха. Знание о состоянии монарха в самом скором времени стало бы всеобщим достоянием, а это могло кончиться как бунтом, так и междоусобной войной.

Примечание 3: Существует мнение, что причины и следствия, приведшие к такой ситуации, несколько иные… но никаких доказательств с тех времен не осталось. В одном только сходятся все хроники мира Сомния — в любом цивилизованном или не очень государстве этого мира, во все века, тяжелейшим грехом было убийство родственника, kin slaying . Проблема, спокойно решаемая в большинстве миров с помощью найма специалиста со стороны, но увы, в данном мире скидок на подобное не было и нет. Агалорн действительно остался под предводительством монарха, который отказывался функционировать.

Было объявлено, что король ушёл в годовой траур, закрывший в башне Трех Звезд, но в тот же миг, под звуки слов глашатаев, полных горечи, которыми они объявляли народу о смерти королевы, копыта скакуна у особого королевского дворца последний раз высекли искры из мостовой столицы. Он отправился очень далеко, за тридевять земель, в скрытое туманами царство промеж огромных крутых холмов, где возвышается великий Черный замок, в котором на каменном троне сидело существо, забывшее, что такое смерть…

Через три седмицы после того, как колени гонца ощутили холод черных плит, знавших так мало прикосновений смертных, в дверь башни Трех Звезд постучался некто, имевший очень бледную кожу.

С тех пор короля Конрада Первого никто не видел, он пропал, бесследно исчез. Некоторые говорили, что он, не выдержав разлуки с супругой, наложил на себя руки несмотря на все обеты, некоторые твердили, что его пожрало ужасное чудовище, таившееся в башне… кто-то весьма похожий на безутешных друзей умершего на колу барда утверждал, что сама Фестралия явилась забрать своего мужа на тот свет…

Примечание 4: e динственное, что сохранили публичные хроники с тех времен — это неожиданно суровые кары от короля Слейда Арвистера по отношению к тем, кто позволял себе хулить память его покойного царственного брата. Ну еще осталась «Песнь Слёз», пережившая самого творца и его имя.

Хотя это лишь то, что мы знаем…

Глава 1

Ножи в спине

Что я могу рассказать вам о предательстве…?

Предают все. Это не вопрос моральных качеств разумного, поверьте. Смертные предают, ибо их век короток, а соблазны сильны. Бессмертные предают куда реже, и только по весомым поводам, поэтому довольно надежны. А если так посудить, то предательства, как такового, нет, не так ли? Общение — это мама политики, а в политике есть только свои интересы.

От знания всей этой фигни — вот ни разу не легче.

— Сволочь, — сказал я с глубоким убеждением в своем слове.

— Конрад, — чуть нагнувшись, бычья голова посмотрела на меня с укоризной, — Не муди.

— Это ведь ты всё подстроил! — уверенно бросил я обвинение, — Ульяна знала!

— Подстроил? — недоуменно моргнул минотавр, — Нет, Конрад, ты что-то путаешь. Когда ко мне пришла делегация сомнийцев… я им отказал. У нас слишком много проблем, чтобы обращать внимание на столь мелкие дрязги этого мира.

— Да? — ни разу не поверил я, закидывая ногу на ногу, — И именно поэтому под моими окнами разбит натуральный гребаный рыцарский лагерь? И лошади срут⁈ Это так ты им отказал⁈

— А не пошёл бы на хрен⁈ — взъярился начальник Управления, недавно восстановленный на должности самим собой, — Ты меня отвлекаешь, потому что у тебя лошади срут⁈ Катись к демонам Иерихона, Арвистер! Тебя никто не заставляет слушать просьбы твоих бывших подданных!

— Вот именно!!! — заорал я, подскакивая, — Эти гребаные человеки на полгорода орут о том, кем я был! Откуда они узнали, Оргар?!!

— Иди — и выясни это у них, кровосос! Пошёл с глаз моих, акосов гражданский! Нам Эмму искать надо и твоих придурков! У меня очередная инспекция с Мундуса на носу! Вот когда они придут — я тебе обещаю, что первым делом натравлю на тебя! Пока ты будешь изворачиваться, как макабрский мозговой слизень, у меня будет передышка!

Хм, минотавр выглядел сердитым и честным. Это, конечно же, ничего не значило, но в его словах определенно была логика. Сомния — мир, в котором по определению не может быть проблем, он номер один с конца в списке забот Управления. Точка.

— Да катись ты уже! — взвыл Оргар Волл-третий, — Хватит тратить моё время! Делай с сомнийцами что захочешь, ты свободен, слышишь⁈

— Свобода… — протянул я, не зная, что и сказать.