— АХ! АХААА! — сгораю заживо.
От его толчков. Сексуального хриплого голоса. Ощущения в себе сильного мужчины. Не хочу, чтобы это прекращалось!
— Откинься, — Влад слегка толкает меня назад.
Выпрямляюсь, показываю ему всю себя. Абрамов начинает двигаться иначе. Задевает какие-то особо чувствительные точки. Срываюсь на вой. Боже! Это уже было в нашу вторую ночь…
— АХ! Влааад! Что ты… делаешь… остановииись! — взрываюсь безумным мокрым оргазмом.
— Вот теперь всё, — хрипит мужчина, затем замирает.
Слезаю с него, валюсь рядом. Влад стаскивает полный спермы презерватив. Выбрасывает его в ведро. Возвращается.
— Пробку отдашь? Можешь с ней еще походить, — улыбается.
— Ой! Вытащи, пожалуйста, — смущаюсь.
— Давай сюда свою попку. Хотел бы я в неё членом войти, — рычит, доставая игрушку.
— Ммм! — выдыхаю, чувствуя пустоту.
— Понравилось?
— Необычно и приятно, — растягиваюсь на постели, — хотела бы я этот миг продлить…
Потому что потом у нас снова начнутся будни студентки и преподавателя. Абрамов ложится рядом, обнимает меня. Прижимает к себе.
— Не накручивай себя раньше времени, маленькая.
— Попробую.
— Завтра у нас целый день будет. И вся жизнь после. Не вздумай мне плакать тут! — шуточно рычит Влад.
— Хорошо, — улыбаюсь, забираюсь под бочок к своему любимому.
Ох, какая же я счастливая!
Всё воскресенье мы проводим в отеле. Заказываем вкусняшки, пялимся в телевизор. Ни работы, ни учебы не касаемся.
Звонят из больницы. Мама готова к операции. Наконец-то!
А ночью снова любим друг друга. Кажется, я уже прикипела к своему горячему преподавателю. Вросла в него с кожей. Хочу его постоянно. А он — меня.
— Маленькая, пора вставать, — в понедельник утром просыпаюсь от нежного прикосновения, — опоздаем на занятия.
— Не хочу! — бурчу, переворачиваясь на другой бок.
— Янка, — Влад срывает с меня одеяло, начинает щекотать.
— Ай! — хохочу, — ладно! Встаю я, встаю! Прекратиии!
Мы какое-то время нежимся в постельке. А моё сердечко начинает сдавать позиции. Я и правда не хочу возвращаться в реальность. Там одни проблемы…
— Малыш, о чём ты задумалась? — спрашивает Абрамов во время завтрака.
— Всё в порядке, просто пытаюсь вспомнить, какие сегодня планы, — ковыряю кашу ложкой.
— Зачем ты так глумишься над овсянкой, маленькая моя? — ласково улыбается он, — расскажи о своих планах.