— Кира, — начал волнительно, но девушка его остановила.
— Давай уже закончим это побыстрее, — решительно выдохнула, и обратилась к дядьке, — ну веди, Киш.
— Прошу красавица, — клоун склонился, указывая рукой к выходу из простого зала. Охрана и правда проверять не стала, просто двери открыли и впустили девушку с провожающим в зал, где стоял один столик под куполом из плотных штор. Освещение приглушенно, но над столом висел плетеный торшер освещая место трапезничества. Кира осмотрелась, и увидела несколько диванчиков у стены.
— Деньги после, — проговорил задумчиво Арсений, не отрывая взгляда от телефона.
— Не пойдет, деньги сразу. Правила знаешь, — ответил не страшась Киш.
Севырин вздохнул, но вытащил из кармана несколько пятитысячных купюр и небрежно бросил их на стол, — забирай и сваливай.
Было бы сказано. Киш схватил деньги и ретировался.
— Что ты там стоишь как неродная? — обратился как всегда спокойным голосом, — зачем этот цирк устроила? Могла просто прийти.
— И ты бы пустил?
— Присаживайся, — снова вздохнул, но на Киру глаз не поднимал, как и всегда впрочем, — завела влиятельных друзей?
— Личного демона, — отчеканила, присаживаясь напротив.
— Наркотики?
— Только один, и он натуральный, — грустно улыбнулась, так как уже сейчас прекрасно понимала, отказаться от Роста не сможет, пока он это позволяет. Пока сам не оттолкнет. Нужно скорее найти преступника, и тогда он уедет. Только так, она сможет дать ему свободу от себя. Только так, он сможет забыть ее и начать новую жизнь
— Я рад, что ты стала такой. Задавай свои вопросы, — Арсений расстелил салфетку на коленях, — не против, я поужинаю?
— Нет. Ты знал моего отца?
— Твоего отца? — Арс скривился, и с силой сжал вилку, — имеешь в виду Андрея?
— А кого еще я могу иметь в виду?
— Знал.
— Знал кто он?
— Знал.
— Ты его сдал?
— Нет.
— Ты его убил? — девушка напряглась, уставившись на мужчину, который совсем не желал на нее смотреть. Он изменился за этот год. Постарел сильно.
— Хотел бы, но нет.
— Тогда кто?
— Тот же, кто убил остальных.
— Ты знаешь кто он?
— Его никто не знает, но он умеет давить на людей чужими руками и действиями.
— И на тебя давит?
— И на меня.