Я поднимаю голову и сжимаю челюсти, выдерживая взгляд человека, который убивал людей ради простого удовольствия чувствовать, как их кровь сочится сквозь его пальцы, — человека, который собирается обречь меня на адскую жизнь.
Его губы приоткрываются, и через секунду напряженную тишину нарушает единственное слово.
— Нет.
— Что? — Ахает мама.
— Кузен? — в замешательстве спрашивает Стефано.
— Мистер Фалько? — Слышу я, как спрашивает мой отец.
Он сказал "нет".
Воздух вырывается из моих легких, а облегчение такое сильное, что мне приходится прижать руку к сердцу, чтобы оно не выскочило из груди.
Меня не заставят выйти замуж за Стефано.
Он не сможет лишить меня девственности.
Мои глаза закрываются от всепоглощающего счастья, разливающегося по моему телу, и я даже чувствую легкую слабость.
Когда я слышу движение, мои глаза открываются, и я вижу, как Дамиано наливает себе выпить.
Я почти благодарю его за то, что он не дал своего благословения, но что-то подсказывает мне промолчать.
Дамиано бросает взгляд на своего охранника.
— Прикажи людям упаковать вещи Габриэллы. Мы уезжаем.
— Будет сделано, — отвечает охранник и уходит, чтобы выполнить приказ.
Что?
Мать ахает, а отец беззвучно открывает и закрывает рот.
Стефано первым приходит в себя и, качая головой, осмеливается спросить:
— Что ты делаешь?
Дамиано допивает бурбон, а затем сует стакан в руку Стефано. Без какого-либо объяснения он выходит из гостиной.
На мгновение все замирают, но затем все же приходят в себя.
Мать бросается ко мне, на ее лице расплывается улыбка.
— Не могу поверить, что Capo dei Capi проявил к тебе интерес.
Что?
Это единственный вопрос, который бесконечно крутится в моем измученном мозгу.
— Ни хрена себе, — выдыхает Санто, недоверчиво качая головой.
Мой отец с растерянным видом спрашивает:
— Мистер Фалько забирает Габриэллу?
— Дамиано! — Кричит Стефано, бросаясь за своим кузеном. — Что все это значит?