— Как будто я когда-нибудь находил тебя скучным, папа! — воскликнул Диро, и в его глазах читалась искренняя привязанность.
— Вы же спуститесь попозже? — С тревогой спросил Жан у троих пожилых мужчин. — Там будет много интересных гостей. Джосс Кири, сатурнианская звезда космо-поло. Силла Кин, новая венерианская телепевица. И очень интересный молодой человек, с которым я познакомился на Межпланетном балу на Земле на прошлой неделе. Его зовут Роберт Холл.
— Холл? — словно эхо повторил Уилсон Блисс.
Каким-то образом ему удалось подавить своё удивление:
— А теперь идите. Мы спустимся через несколько минут.
Венерианский юноша и земная девушка торопливо спустились по лестнице, чтобы поприветствовать гостей, уже прибывавших в приёмный зал. В большом танцевальном зале тихо зазвучала музыка.
Рас Алкк взглянул на Суверемоса, который с нежностью смотрел вслед двум молодым людям.
— Ты, конечно, высокого мнения о своём мальчике, не так ли, Суверемос? — спросил марсианин. — И он думает, что ты, пожалуй, величайший человек из когда-либо живших.
— Нам повезло, не так ли? — Суверемос улыбнулся. — У нас есть всё — богатство, власть, красивые и одарённые дети.
Уилсон Блисс молчал. По его круглолицему лицу пробежала странная тень, когда он посмотрел на звёздный свод.
— Вас никогда не беспокоили воспоминания о том, что мы с ним сделали? — тихо спросил он.
Венерианин пожал плечами.
— Я никогда не вспоминаю о неприятных вещах, — небрежно ответил он. — В чём дело, Уилсон? Тебя всё ещё мучает совесть?
— Не сказал бы. Но моя дочь случайно упомянула Холла. Это на мгновение напомнило мне обо всём случившемся.
Он слегка вздрогнул.
— Я и сейчас вижу, как в его взгляде застыла смерть, когда мы выбросили его в космос.
— Я предлагаю, — хрипло проговорил марсианин, — вместо того, чтобы ворошить старое, выслушать то, что мне хотелось бы вам сказать. Речь идёт о сообщении, которое пришло сегодня — настоятельной просьбе от каллистян, умоляющих нас снова активировать Творцов в их мире.
— Они сказали, что смогут оплатить аренду Творцов? — небрежно спросил Суверемос.
— Нет, не сказали. Они по-прежнему заявляют, что не могут платить такую высокую арендную плату. Я сказал, что, если они не заплатят, Творцы в их мире останутся выключенными.
Суверемос одобрительно кивнул.
— Так им и надо. Если мы им уступим, все остальные планеты в Системе начнут задерживать арендную плату. Это создало бы плохой прецедент.
— Но поскольку Творцы больше не производят воздух и воду, Каллисто вновь станет засушливой планетой, — с беспокойством сказал Уилсон Блисс. — Всему его населению придётся переселяться.
Тонкие губы Рас Алкка скривились в усмешке.
— Это их проблемы. С помощью Каллисто мы напомним всей Системе, что не стоит тянуть с оплатой.
Уилсон Блисс не стал возражать, и красивый венерианин добродушно улыбнулся.
— Если всё улажено, — предложил Суверемос, — давайте спустимся на бал. Мы пропустим всё веселье.
— Для делового человека балы и вечеринки — пустая трата времени, — с отвращением процедил Рас Алкк.
— Ты всегда был хладнокровной машиной для извлечения прибыли, Рас, — рассмеялся венецианец. — Давай. Это пойдёт тебе на пользу.
Когда трое мужчин вошли в большой бальный зал Лунного дворца, там царило всеобщее веселье. Зал был круглым, величественных размеров, с полом из цельного листа полированного серебра и хрустальными стенами. В садах росли деревья и цветы со всей Солнечной системы.
Крыша была убрана, открывая вид на яркие звёзды, среди которых добродушным ликом проглядывала огромная зелёная сфера Земли. В скрытой галерее знаменитый венерианский оркестр, привезённый сюда специально для этой цели, исполнял завораживающие ритмичные мелодии облачной планеты.