– Ну, ничего, все пройдёт. Кстати, ты видела заголовки газет? Даниил Волков, ну сынок Клавдии, неделю назад женился! Парнишка-то оказался довольно обеспеченным женихом. Ты знала?
Мама взяла со столика журнал и, раскрыв на нужной странице, сунула его мне в руки. Братишка стоял в обнимку с темноволосой красоткой и широко улыбался. Такой красивый, счастливый… Боль, обида и злость снова окутали меня с новой неведомой силой. Осколки моего разбитого сердца будто врезались в душу, резали её, заставляя кровоточить и причинять мне нестерпимую боль. Видимо я до конца не верила или не хотела верить, что это точно конец.
– Соня, с тобой все в порядке? Ты вся побледнела! – схватила меня за руку мама.
От её прикосновений мне стало неприятно, будто вся боль души растеклась по всему моему телу. Казалось, что болела даже кожа. Видимо эта дурацкая любовь никогда не оставит меня в покое. Очень глубоко засел в моем сердце чертов братишка!
– Всё… в… в… порядке… – с трудом выдавила из себя.
Хотелось просто лечь на кровать и плакать! Плакать, пока все слезы и силы не закончатся!
– Доченька, Александр тут предложил, что может тебе уже переехать к нему? Понимаешь, мужчина он очень серьёзный и не привык тратить время зря. Вы все равно на следующей неделе уже станете законными мужем и женой. Что скажешь?
– Мама, я пойду, прилягу. Голова немного кружится, – ответила, не придав значения её вопросу.
– Так что с Александром? Он надеется, что сегодня вечером ты уже сможешь поехать с ним.
– Поехать? К нему? – слышала свой голос где-то вдалеке, потому что в ушах стоял какой-то шум, и было тяжело принимать адекватные решения. – Хорошо. Я согласна.
Мама радостно всплеснула руками и схватилась за телефон. Не стала слушать, кому она собиралась позвонить, потому что мне было не интересно. Я будто умерла, и убило меня какое-то жалкое фото в журнале.
Он улыбался и прижимал свою жену к себе… он улыбался, а моя душа плакала.
***
Ноги были, словно ватные и не слушались меня. Не было никаких сил, но я все же смогла выдавить из себя улыбку и сказать пару слов восхищения в адрес шикарного особняка Александра.
– У Вас очень красивый дом. Сразу понятно, что у хозяина есть вкус и чувство стиля.
– Спасибо. Очень рад, что тебе понравилось, – слегка коснувшись моей спины, ответил мужчина.
Меня пробило ознобом от его прикосновения. Где-то в глубине сознания начинался зарождаться страх.
– Можно показать мне мою спальню? Я очень устала и хочу спать, – робко спросила, надеясь, что моя комната всё же будет отдельной от мужчины.
– Твою спальню? Ах да, конечно. Идём, – мужчина улыбнулся и показал рукой в сторону лестницы.
– А где вся прислуга? Почему так тихо? – спросила, снова ощущая приступ непонятной паники.
– Я сегодня дал им всем выходной. Сегодня дом только наш… – прошептал мужчина.
Я от неожиданности резко остановилась, и он прижался к моей спине. Александр жадно втянул запах моих волос, и я отчётливо почувствовала, что он возбуждён. Мои руки похолодели, и ноги задрожали под коленками. Захотелось развернуться и убежать со всех ног прочь из этого дома. Мой инстинкт самосохранения вопил об этом, но сознание упорно заставляло верить, что всё будет хорошо.
– Вот как? Извините, понимаю, что мы взрослые люди, но я устала и хотела бы побыть одна, – пролепетала, стараясь ускорить шаг, чтобы отойти от Александра, как можно дальше.
– Вот твоя комната. Проходи, – мужчина открыл дверь и как-то грубо меня втолкнул внутрь помещения.
Я осмотрелась и чуть не потеряла сознание. Я будто снова оказалась в стенах «Каприза», только тут уже не было кресла с тревожный кнопкой.
– Кстати, забыл сказать главное правило моего дома! Мне абсолютно плевать на твою усталость и твои желания.
Мужчина резко вырвал из моих онемевших рук сумочку, где была моя последняя надежда на спасение – телефон, злобно улыбнулся и вышел, закрыв за собой дверь на ключ. Я обхватила руками свои плечи и постаралась успокоиться. Мы договорились завтра с мамой идти на примерку платья, значит, завтра он должен меня выпустить отсюда. Но ведь до завтра ещё нужно дожить! Ещё целая ночь впереди и мысли, что я могу не пережить её, становились все правдоподобнее.
Не знаю, сколько времени я пробыла в комнате одна. Чувство страха и паники уже громкими ударами били в висках. Мне казалось, что ещё немного, и я потеряю сознание. Этого мне не хотелось, потому что я приходила в ужас, когда думала о том, что этот человек может со мной сделать, пока я буду в отключке. Пока я в сознании, может мне удастся достучаться до его здравого смысла или хотя бы понять, чего он хочет от меня. Свисающие со стен цепи и разные приспособления для пыток говорили сами за себя, но я отказывалась в это верить…
Когда замок на двери щёлкнул, я вздрогнула и забилась в угол комнаты. Спрятаться тут особо было негде. Посредине стояла огромная кровать и разные деревянные сооружения.
– Ну, что? Заждалась? Ну, ничего! Не переживай, мы все успеем! – ехидно потирая руки, сказал мужчина.