Не первый: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

— Да ты на него погляди: дикарь же!

— Это сейчас. До того, как мы его обмазали, у него одежда была как у тех, кто приходит из секты Горного Ручья.

— Да? Интересно, — шаман просканировал предводителя ватаги своими водянистыми глазами. — А это что?

Нехотя, тот вытащил из-за пазухи покорёженный лист железа с рваными краями и отваливающейся коричневой краской:

— Это его. Он сам отдал мне, — кусок железа проследовал мимо тянущихся рук шамана к вождю. Этого мутного не только глазами типа в деревне недолюбливали.

— Вождь! Отдай его мне! Я сумею распорядиться этим сокровищем на благо деревни!

— Сокровищем? — хором спросили оба мужчин.

— Вождь, это приватный разговор, — злопамятный шаман показал взглядом на охотника.

— Ступай прочь, я тебя опосля покличу, — вождю не терпелось услышать о сокровище и он поторопился выпроводить докладчика.

— А с Чужаком что делать? — Лисий Хвост видел уже сцену делёжки находки, ничего нового он не ожидал.

— Отмойте грязюку и подселите к… Да хоть к вдове Скользкого. Пускай ей помогает. Время уж сеять, а у неё пахать некому. Всё, ступай.

Поселили Алекса у какой-то сварливой вдовушки. У той двое деток, сынок младший, да дочка почти на выданье. То есть лет ей двенадцать-тринадцать на вид. Как понял Алекс, встретив беременных, свадьбы в этом диком обществе играли рано, как только девушка обронит первую кровь, так что недовольство вдовы можно было понять — негоже подселять мужика, да ещё пришлого, в дом, где девка в самом соку. Ну, по местным меркам.

Только вот бояться женщинам Алекса не стоило: на его вкус жители деревни не то чтобы были уродами… Скажем мягче: не слишком привлекательны. Есть в них что-то от негритянской и азиатской расы вместе, но при этом кожа красноватого оттенка, смуглая. Не подумайте, что Алекс расист, дело вовсе не в описанном. Это-то как раз одни из немногих привычных моментов. Бывает, что черты сочетаются гармонично, но вот в жителей деревни в этом никак не заподозрить. Напоминали они и лицом, и фигурой свою любимую еду — существо, которое звали «Хру-Ша». Если бы у него были копыта, то вполне себе земной хрюша. А у местного лапы как у слона, с короткими когтистыми пальцами. Ну и размер побольше, особенно у диких. Тем, которых выращивают на окраине посёлка (из-за вони), просто не дают расти без меры — дали приплод и под нож, пока мясо мягкое. Кстати, есть по этому поводу у Алекса наблюдение: у диких в голове есть кристалл, а у одомашненных — нет!

До этого открытия уже оставалось недолго, вскоре выясниться, что кормить Алекса никто не собирается. Сам, мол, добывай! И он добудет, деваться-то некуда.

Только начнёт он не с монстров под полтонны, а с существ попроще. Именно с того момента в деревне уверились в дурости чужака: он пошёл на рыбалку, ведь деревня располагалась недалеко от реки. Довольно широкая, но мелкая, с прозрачнейшей водой и каменным дном. Вода очень холодная, потому ноги опускать в неё не стоило, несмотря на то, что погода стояла прекрасная, тёплая.

Удочки снарядить нечем, потому Алекс пошёл иными, сразу двумя путями. Первый — так называемая «морда» — что-то вроде корзины для ловли рыбы. Благо прутьев на берегу этого ручейка, стекающего с гор, росло предостаточно. От этой конструкции пользы не обнаружилось — слишком зубаста оказалась местная рыбка, легко прогрызла прутья и смылась.

Успех принёсла вторая рыболовная снасть — гарпун. Не такой как у китобоев, а больше похожий на веник. Хвощи, росшие на слегка заболоченной местности недалеко от посёлка, подошли как нельзя удачно — просто расщепил с одной стороны и с помощью прутиков заставил щепы растопырится. Чуть заострил, обточив о камень — готово!

Смотреть на дурачка вышла вся деревня. Кто-то цокал языком, кто-то хватался за оружие. Только дети кричали хором что-то непонятное, но точно не лестное.

А Алекс уже через полчаса отошёл в сторону от деревни, чтобы не смущать никого и повесил добычу над дымом. Охотники ещё в лесу отказались поделиться с ним средством, которым обмазывали добытое мясо. Не имея консерванта, даже соли, в его распоряжении оставалось только копчение.

Специально выбрал такие породы дерева, чтобы дымилось сильнее. Рыба, кстати, не имела внутреннего скелета, только наружный и то только на голове. Протыкалась легко, если не попасть в бронированную башку, между прочим, тоже скрывающую небольшой кристалл. На земле подобные рыбы назывались панцирными и вымерли миллионы лет назад, а здесь вот попались. Потрошил их рыболов сначала осторожно, зная историю про фугу, но потом понял, что мается ерундой — проколы от его остроги почти всегда сквозные, так что пользы от запоздалой осторожности нет — если есть какая-то ядовитая желез а, то её повредил ещё при ловле. Потому на этот раз проверку на съедобность устроил иначе: побросал в реку порезанную на кусочки плоть и внутренности одной из рыбёшек отдельно. Речные обитатели накинулись на угощение так, что вода вскипела, но никто не всплыл, не сдохли. Значит, можно и самому пробовать.

Для первого раза много есть не стал, опасаясь нехороших симптомов, но всё-таки голод утолил, а не просто попробовал — благодаря эксперименту над каннибалами, был уверен почти полностью, что последствий не будет. И их действительно не было.

— Вставай, ленивый дурак! — утром его растолкала вдова, и даже дала пожрать какой-то каши, сваренной на воде. Похоже на перловку, но чуть разваристей, почти до состояния клейстера.

Оказалось, Алекса приглашали работать в поле — тягловой скотины у деревенских не было, так что в этой роли выступали мужчины семейств, а за сохой стояли женщины. Идеи плуга у них пока ещё не было, деревянная соха, но усиленная костяным лемехом. Резал он землю неплохо, но всё-таки не как стальной.

— Ээээ… Соседи-то твои по трое таскают, — указал Алекс вдове на несправедливость и даже показал на пальцах «три».

— Сын поможет, да дочка. Нет у нас мужиков! — сказала тётка сварливо, и Алекс, хоть и не понял ни слова, но жест в сторону молодого поколения сказал о многом.

«Эх, придётся всё брать в свои руки», — а именно руками он «разговаривал». Алекс подошёл к соседям и попытался объяснить чего он хочет: мол, впряжёмся вдвоём, вспашем тебе, сосед, а потом наше поле.

Что его поняли, сомнений не было, от того реакция вовсе непонятна — мужик толкнул его в грудь, а дети кинули комьями свежевзрыхлённой грязи.

«Вот уроды,» — только и осталось скрипнуть зубами. Но придётся смириться: роль чужака незавидна, ответной агрессии не поймут. И так на птичьих правах. Хорошо если просто изгонят, а то и копьё в брюхо всадят. Даже картина перед глазами встала, как охотились его первые знакомцы — тварей поопасней Алекса валили на раз-два.

А потом ему ещё досталось от хозяйки — она долго и смачно ругалась, но Алекс только улыбался — непонятно же ничего!