Соловей: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

Он кивнул, некоторое время изучая ее.

— Вот что я тебе скажу: я не поцелую тебя снова, пока ты не поцелуешь меня первой.

— Что ж, тогда, думаю, тебе придется ждать очень долго, целую вечность. Может, вернемся к интервью?

У нее закружилась голова. Он увидел на ней раны, а это означало, что он добавит это в свой прейскурант. Как она могла быть такой уязвимой? Если бы не поцелуй, самое худшее из ее проблем так и осталось бы погребенным. Да, она была лицемеркой, но что с того? Ее же шрамы не от героического поступка.

Она обогнула бассейн, чтобы увеличить расстояние между ними. Нет ничего лучше, чем несколько тысяч галлонов воды, чтобы потушить жар, который все еще пробегающий по ее бедрам. Мокрая одежда была бы лучше, чем прыжок в свободное падение с таким, как Мика Лейн.

Глава 10

В одно мгновение болезненное возбуждение Мики улетучилось, оставив его жалким и несчастным. Почему он согласился рассказать ей о своих ранах? Она терпеливо ждала на противоположной стороне бассейна, явно ожидая ответа.

Как такой прекрасный момент превратился в это? То, как она описывает свой идеальный поцелуй, подействовало на него как массаж. Не только физически, но и проникая крошечными лучиками тепла сквозь каменную оболочку вокруг его сердца. Она была романтиком, который, несомненно, мечтал о дне своей свадьбы.

Если бы он не стал лезть ей под майку — но если бы они зашли туда, куда он думал, — он бы увидел шрам, и она, вероятно, все равно испугалась бы. Как бы то ни было, он казался огромным. Толстые рубцы начинались у ее ребер с правой стороны, спускались вниз по спине, а потом снова тянулись по позвоночнику в форме огромных когтей, которые не раз наносили ей удары. Неудивительно, что она не вздрогнула от его ударов. Непреодолимое желание узнать, кто причинил ей боль и почему она скрывала это от него, поселилось на задворках его сознания и исчезало по мере того, как он погружался в собственное прошлое.

— Это был клинок, — тихо сказал он, пораженный усилием, которое потребовалось, чтобы произнести эти слова.

Она скрестила руки на груди, обнажив вершинки своих сосков, которые так и жаждали его прикосновения даже сейчас, с другого конца бассейна. Жаль, она не упала в воду и не намочила майку — вот было бы зрелище. Что угодно, лишь бы удержать его внимание, здесь, в настоящем, а не в аду, куда она хотела его отправить.

— И это все? — спросила она. — Клинок? Я даю тебе краткий ответ на твои вопросы, а в ответ получаю четыре слова? Я не смогу тебе помочь, если не будешь со мной разговаривать.

— Знаешь, у тебя очень дерьмовый способ разрушить мужские фантазии. Ты спросила, как я получил шрам, и я рассказал тебе. К чему подробности?

Она скрестила руки.

— Для меня это важно, возможно, даже больше, чем следовало бы.

Это прозвучало так, будто она говорила всерьез. Дарси выглядела одновременно грустной и сердитой, эмоции волнами пробегали на ее лицо.

— Клинок был в руках двенадцатилетнего мальчика. Фернандо. Его отец, наш главный охранник, пытался научить его быть сильным, по его словам. — Почему он назвал имя мальчика? Слова так и сыпались из него.

— На третью ночь, когда мы были там, он поставил Фернандо перед выбором. Либо он должен кого-то порезать его лезвием, либо его любимый папочка сделает выбор за него и совершит нечто гораздо хуже.

Лица его товарищей по заключению — все они были ему незнакомы до того рокового дня — не давали ему покоя. В том числе, Фернандо, такой маленький и испуганный.

— Он хотел быть хорошим мальчиком. Умолял отца остановиться, но Фернандо знал, как и все мы, что этот ублюдок воплотит задуманное в реальность. Мы еще даже не видели его, но все знали. Его глаза не были похожи ни на что, что я когда-либо видел раньше, словно он смотрел в зеркало настоящего зла. Они видели смерть и наслаждались ею.

Его привлек судорожный вздох и Мика перевел взгляд на Дарси, которая сжимала рукой горло. Не от жалости, а от ярости и чего-то еще, что он не сразу смог определить.

— Фернандо выбрал тебя не случайно, правда? — спросила она.

Мика понятия не имел, что его выдало, но она снова увидела то, чего он не хотел показывать. Это вывело его из себя, вспышка гнева озарила его лицо. Он не собирался больше ничего ей давать или рассказывать. Вместо этого просто он уставился на воду.

Поджав губы, он бросился к бассейну, заставив ее отступить на шаг.

— Ты добровольно принял пытки, чтобы спасти остальных. Неудивительно, что они назвали тебя своим спасителем. Боже мой, Мика, боль, через которую ты прошел ради них, просто невообразима.

В его горле заклокотало рычание.

— Ты когда-нибудь видела женщину, которая была бы так напугана, что ее вырвало? Ты когда-нибудь видела, как взрослый мужчина обмочился из-за того, что другой мужчина просто вошел в кишащую рептилиями палатку, где их привязывают к столбам, как свиней в ожидании убоя? Никто не может посмотреть этому в лицо и уйти, даже такой испорченный ублюдок, как я. Конец истории.

Отвернувшись от ее ошеломленного взгляда, он разделся до нижнего белья и шагнул в глубокую часть бассейна, позволив своему весу медленно опустить его на дно. Если по-честному, то он просто тянул время. Давая ей время уйти, вероятно, оскорбленной и смущенной тем, какой полной задницей он был. Зачем он столько наговорил? Она переврала бы все, что он сказал, в своей статье.

Когда легкие запротестовали против нехватки воздуха, он оттолкнулся от дна и, вынырнув на поверхность, взъерошив волосы. Когда он искал ее взглядом и так не нашел, кроме спускающейся ночи, его захлестнула волна разочарования. Странно, что он вообще что-то испытал. А чего он, собственно, ожидал?

Позади него раздался всплеск. Повернувшись, он увидел, что Дарси, полностью одетая, ныряет под воду и в конце концов выныривает у стены в дальнем конце.