Неклассический некромаг: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

— Конечно. Я ведь только что сказал, что магия блокируется в замкнутом камнем пространстве. А за пределами камеры пространство уже не замкнуто! — дошло, наконец.

Пришлось пожертвовать и ложкой. В четыре руки дело пошло намного быстрее, тем более, что сокамерник оказался двужильным и пахал без перерывов. А тяжеленные камни оттаскивал под лавку так, что они казались сделанными из пенопласта. Ощущение времени полностью пропало за отсутствием точки отсчёта. Лампа быстро потухла, слишком уж она неэкономно расходовала масло и, за неимением заправки, камни ковыряли наощупь. Усталость накапливалась, хотелось спать и есть. Бутерброды, что я сделала ещё дома, только слегка утолили голод, даже несмотря на то, что от своей доли мужчина благородно отказался. С уверенностью сказать, прошла половина дня или же целые сутки, я не могла. Всё-таки такой ударный и однообразный труд с непривычки выматывает, и приход смотрителя с едой я встретила сидя на лавке в некотором отупении — спать от усталости не получалось.

Сначала послышался лязг открываемого оконца на массивной двери. В него сразу же хлынул показавшийся нестерпимым яркий свет лампы, не чета нашей масляной чадилке. Затем свет перекрыл объёмный предмет, просунутый в окошко. Сокамерник принял его и ещё один, поменьше.

— Что это?

— Еда, господин магик. Приехал король Тангус четвёртый, вас и демона на закате казнят. Вот, принёс, чтобы хотя бы последний раз поели нормально, — сообщил смотритель, нервничая. Возможно, этот «нормальный» обед — его собственная инициатива, за которую начальство не поблагодарит. Не дожидаясь дальнейших вопросов, он закрыл оконце и ушёл, опять оставив нас в полной темноте.

Первым предметом оказался котелок с вкусной, похожей на перловую, кашу с мясом. Второй — свёрток с караваем свежего хлеба и посудой: по две чашки, кружки и ложки. Всё из дерева. И, напоследок, бутылка кисловатого вина.

— На закате, значит, — после еды пробормотал сокамерник. — Надо поторопиться.

Будто совсем не устав, он продолжил ковырять ложкой раствор между камнями. Говорят, что со временем цемент только становится крепче, но нам повезло, и цементом здесь не пахло, а из-за текущего вдоль дальней стены ручейка повышенная влажность размягчила то, чем здесь скрепляли кладку. Стена оказалась толстой, едва ли не в метр толщиной, сложенной из относительно крупных камней в несколько слоёв. Мы уже вынули три и обрабатывали четвёртый. Немного отдохнув, я снова присоединилась к работе.

Еда придала сил, а весть о скорой казни заставила прогнать сон. В нише было тесно, работать вдвоём едва получалось. Мы с двух сторон обдалбывали раствор вокруг большого камня, периодически ударяясь локтями, как тот неожиданно поддался и вывалился наружу. Светлее от этого не стало, так что мысль о том, что это не подвал, а стена здания, ушла, едва успев оформиться.

Я не успела ничего сообразить, а мой напарник пролез вперёд и сунул руку в дырку. Откуда я это знаю, если вокруг кромешная тьма, а лампу мы не жгли? Так я теперь видела и его фигуру в виде фиолетового облачка, наподобие шнурков охранного заклинания. Оно, кстати, проходило между вторым и третьим рядом камней. А вулканическим камнем был выложен только внутренний слой, так что по моему дилетантскому мнению, теоретически магией уже можно было пользоваться, но практически для этого не хватало места.

— Тут пустое пространство примерно два локтя, — сообщил мужчина, повозившись в дыре. — Дальше чувствую землю. Наверно, когда строили, вырыли котлован и потом клали стены, а землёй лишнее не засыпали, вот ниша и получилась. Думаю, можно попробовать выбираться, места должно хватить.

Мы быстро вынули оставшиеся камни, расширив проход достаточно для того, чтобы в него пролезть, и собрались в дорогу. Ну, это я собралась — уложила всё своё в рюкзак, сверху упаковала котелок с остатками еды и посуду. Благо, вещей в нём было немного, и всё влезло, хоть и с некоторым трудом. Бутыль пришлось размещать в боковом кармане-сетке. Ну, не предназначен этот рюкзак для больших грузов, он всего литров на десять, можно сказать, городской. Сокамерник всё это время оставался снаружи, подготавливая своё заклинание. Когда возможность побега стала так близка, я, вдруг, испугалась, что он может меня кинуть и сбежать в одиночку, поэтому вещи собирала торопливо, лишь бы влезли. Только когда я оказалась в узком и тесном пространстве, мои опасения утихли. Мужчина одной рукой плотно прижал меня к себе, а другой схватил лямку рюкзака, болтающегося в ногах.

— Держись крепче, и прижмись плотнее. «Земляной червь» рассчитан на одного, я не могу предсказать, как он сработает на двоих.

Я согласно угукнула и повторила позу мужчины, за исключением того, что он держал мои плечи, а я обнимала его за узкую талию. По-другому не получалось, он был намного выше, так что я дышала примерно в солнечное сплетение. Несмотря на то, что, по его словам, он провёл в камере почти месяц, и последнее время мы серьёзно пахали, растаскивая кладку по камешкам, от него пахло сырой землёй, кожаной одеждой, немного пылью, но никак не потом, хотя я сама им уже заметно попахивала.

Мужчина что-то пробормотал, и нас потащило сквозь землю. Движение действительно напоминало таковое у червя — неравномерными импульсами, будто отталкиваясь от земли ногами. Спиной иногда чувствовалась рыхлая земля, в которой сначала преобладали жёсткие камни. По ощущениям мы двигались около пяти минут. Направление я потеряла ещё в самом начале и даже не пыталась сориентироваться в пространстве. Иной раз казалось, что ползём почти горизонтально, а через несколько рывков опять выравнивались или поднимались вверх. Моей основной заботой было не оторваться от сокамерника — заклинание тащило именно его, а я так, шла довеском. Останься я одна в этом рыхлом тоннеле, вряд ли выкопалась даже в метре от земли, тупо задохнувшись. Воздуха и без того стало серьёзно не хватать, и, когда мы, наконец, вылезли на поверхность, я долго пыталась отдышаться, зажмурив слезящиеся глаза.

На поверхности стоял день, и, после мрака подземелья, солнечный свет причинял боль. Напарник намного быстрее пришёл в себя, сумел сориентироваться, и потянул меня за руку. Зрение вернулось уже под плотным пологом леса шагов через сто.

Лес, как лес. По состоянию походит на тайгу средней Сибири, деревья тоже похожие, хотя и видно, что немного другие.

Мы стояли на обочине лесной дороги. Я бы сказала, что ей пользуются часто, но не активно. Колея, шириной чуть больше автомобильной, была покрыта низкой травой. В отличие от привычных дорог здесь просматривалась и третья тропа, скорее всего, выбитая тягловой силой. В общем почти обычная дорога между небольшими деревеньками.

Пока оглядывались, на дороге появился всадник. Невзрачный какой-то мужик на мохнатой низкорослой лошадке. С её боков свисали кожаные сумки, сбруя из множества ремешков и верёвочек не выглядела надёжной. Сам всадник был под стать лошади — заросший, в каких-то кожаных засаленных одеяниях и в слюнявчике с изображением солнца, когда-то белым, но сейчас неопрятно серого цвета с разводами.

Едва увидев нас, он сначала придержал и без того никуда не спешащую лошадку, а затем, видимо, разглядев, кого встретил, ударил её пятками по бокам. Лошадка обиженно всхрапнула и лениво потрюхала в нашу сторону.

— Развелось вас, нечисть поганая! — не доехав метров двадцать, воскликнул мужик и швырнул в нас двумя шариками света. В меня он не попал, кидая левой рукой, а вот мой спутник получил точно между лопаток. Надо сказать, что при виде этого чучела, он сначала вроде растерялся, и только когда тот начал разбег, рванул в заросли на другой стороне дороги, потому и получил снаряд в спину. Я, стараясь не отстать, побежала следом. Оставаться один на один со странным мужиком не было никакого желания. Ну и что, что мы выглядим как свежевыкопавшиеся покойники — все в земле и мелких ветках. Это же не повод так сходу оскорблять и кидаться чем-то явно нехорошим. Кстати, чем? Светлое пятно на спине моего сокамерника расплылось и будто впиталось. Он заметно сбавил скорость, перешёл на шаг и, шатаясь, упал ничком в траву. К счастью, мы успели отдалиться от дороги и кусты надёжно скрыли нас от преследователя. Я слышала, как он пытался проломиться за нами верхом, ругая непослушную лошадь.

Нет уж, ждать, пока он сюда доберётся и добьёт, не стоит. К разговорам, судя по его изначальной реакции, он не склонен, так что ноги в руки и вперёд. Рюкзак на плечи, неудачливого спутника туда же. Вернее, перекинуть его руку через плечо и тащить. Бросать на расправу дурному мужику казалось неправильным, тем более, что он не помер и пытался шевелиться и перебирать ногами.

Тащить это длинное тело было неудобно, несмотря на крайне малый вес. Да у меня аккумулятор в машине столько весит! Полное ощущение, что тащу не человека, а скелет, обтянутый кожей. По комплекции, кстати, вполне соответствовал.

Метров через пятьдесят мы рухнули в незамеченную за травой яму от огромного вывороченного дерева. Вылазить и вытаскивать жертву Освенцима не было никаких сил. На таком расстоянии, если у преследователя нет навыков следопыта, в густом и неухоженном лесу нас найти можно только случайно. А преследователя-то уже не слышно. Наверно, не смог протащить за собой лошадь, а оставить её одну на дороге не рискнул. Вот и хорошо. Отдохну немного, а то руки совсем отваливаются, и посмотрю, что там с пострадавшим.

Андину парень понравился. Он не просидел в заточении и двух дисков, а уже строил планы на побег. К тому же он оказался видящим. Не уникальная, но довольно редкая способность видеть магические потоки без заклинаний встречалась примерно у одного человека на тысячу. Пришлось использовать все накопленные искры и проверить его слова по распределению линий парализующей сети. Всё равно пуговица их долго не удержит, а больше в антимагической камере их не на что тратить.

Энтузиазм парня по созданию лаза для побега заразил Андина. Старая кладка не усилилась со временем, а, наоборот, размякла от сырости подземного ручья, пущенного по жёлобу через камеру. Камни выбирались легко и быстро. Андин чуть не застонал от досады, когда выяснилось, что только тонкий внутренний слой был выложен вулканическим камнем, а защитная сеть пролегала между вторым и третьим слоем кладки. Знай он это раньше, за время своего сидения мог бы полностью убрать со стен облицовку, поглощающую искры и потому не дающую колдовать.

Парень тоже внёс свой вклад в разбор кладки, особенно после неприятной новости о предстоящей скорой казни.

Пока сокамерник собирал вещи в свой заплечный мешок, Андин наслаждался витавшими вне камеры искрами. Это было как глоток свежего воздуха — не замечаешь потерю, пока заново не обретёшь. Появившуюся мысль о том, что всё слишком хорошо и удачно началось складываться с приходом этого странного недодемона, Андин отложил в сторону, а мысль бросить парня и уйти одному, с негодованием отверг. Избавиться от него он сможет и на воле, а удовлетворить любопытство, и успокоить первую, тревожащую, мысль получится только при живом человеке. К тому же Андин привык выполнять взятые на себя обязательства и договора. Но очень давно ему настолько не доверяли — парень не потребовал ни клятвы, ни договора, ни даже банального обещания о том, что Андин поможет ему бежать. Хотя маг чувствовал молчаливое соглашение «я помогаю тебе, ты помогаешь мне, и вместе выбираемся из подземелья», без формального скрепления, хотя бы простого озвучивания, он ничего не означал.

Заклинание, которое он собирался использовать, предназначалось только для одного, без багажа и спутника. Обойти это ограничение и заставить движущийся кокон считать обоих и заплечный мешок одним человеком, удалось тесным контактом.

Заклинание вытянуло все силы, хотя он и не успел много собрать, пока готовился. В экстренном порядке Андин тянул их из окружения, включая и вцепившегося в него паренька. Зато удалось выйти из-под земли почти в тысяче шагов от стен замка, а не ровно над тем местом, где применил «земляного червя». Вот только теперь их обоих можно брать голыми руками. На поверхности Андин быстро сориентировался и потащил парня через лес к оврагу, где можно относительно спокойно отлежаться. И принесли же демоны этого охотника за нечистью!