Психология русской сказки. Что скрывают Иван-царевич, Баба-яга, Василиса Премудрая и другие знакомые с детства герои: читать начало книги онлайн

Если ассоциация возникает с Марьюшкой, ты, скорее всего, интересуешься интуитивной, эмоциональной, чувственной сферой.

Есть сказки про взросление, в них герой учится брать на себя ответственность за собственную жизнь. Это, например, сказки «Волшебное зеркальце», «Иван-царевич и Серый Волк».

Есть сказки про соединение двух путей — мужского и женского. В таких сказках заложены сценарии, исцеляющие отношения. Сказка про Марью Моревну, про Царевну-лягушку.

Есть сказки про целостность и инициацию: «Дочь и падчерица», «Морозко», «Гуси-лебеди».

Есть сказки про мастеров — «Мудрая дева», сказки про солдата. Солдат в сказках — это персонаж, который уже прошел войну и исполнил свой долг. Он уже не на службе. Он направляется домой. Ведет себя как учитель и мудрец, человек, обладающий опытом встречи со смертью. Смекалистый, хитрый, доброжелательный и с чувством юмора. Все сказки, в которых присутствует солдат, не про инициацию, а про то, что бывает после нее.

Есть путевые сказки, которые помогают в самореализации, поиске своего пути и творчестве: «Сивка-Бурка», сказки про жар-птицу, молодильные яблоки.

Есть сказки, которые помогают начать действовать и выйти из кризиса, решиться на действия: «Финист — Ясный сокол», «Емеля», «Пойди туда, не знаю куда».

Есть сказки про инициацию. Истории, когда герой был дураком, а стал царем. Иногда неизбежная инициация приходит через смерть. В таких сюжетах убивают главного героя — символ сознания и картины мира. Это очень похоже на кризис, изменение ценностей и разрушение представлений о себе. Например, в сказках про Ивана-царевича рассказывается, как его сознание в своем развитии проходит путь от молодца до царя. В том числе через смерть от старших братьев или Кощея. Как и истории про девушку, которую утопила колдунья. Со дна реки поднимается совсем другая личность.

У мужчин инициация и обучение происходит через Бабу-ягу. Попробуйте не испугаться этого страшного чудовища с костяной ногой, которое на заборе черепа развесило. Баба-яга — существо-состояние, живущее на границе миров, вне времени и пространства. В сказке она приводит в порядок Ивана-царевича в бане, моет его, очищает. Это один из примеров того, как «неидеальная» реальность может с нами взаимодействовать. Она в лице Бабы-яги рассказывает Ивану-царевичу, где находится меч-кладенец, и дарит путеводный клубок. Приходящим к ней добрым молодцам и девицам она задает вопрос: «Дела пытаешь, аль от дела лытаешь?»

Я надеюсь, у меня получилось заинтересовать тебя историями. В них действительно есть инструкции практически на любой случай. Посмотри, какими сокровищами ты сможешь наполнить свою реальность, когда разглядишь разные части себя, отразившись в сказках и персонажах.

Три инициации в сказках

В жизни человека, в его внутреннем и внешнем мире, происходит множество инициаций.

Сначала проживается одна жизнь, потом происходят метафорическая смерть, кризис, инициация и рождение новой личности. Потом другая жизнь, смерть и новое рождение. Бывает, что человек застревает в кризисном состоянии, не доходя до результата. А кто-то может за всю жизнь так и не пройти инициацию. Например, взрослые люди, уже достаточно опытные, жизнью битые, продолжают обижаться на своих родителей. Это значит, что они не прошли через первую инициацию взросления.

Вот как это происходит в сказках и мифах: человек, подходя к моменту взросления, лишается защиты своего рода, остается один на один со смертью, один на один с жизнью и понимает, что, кроме него, никто не несет ответственность. Ему придется самостоятельно справиться со страхом и понять границы своей силы. Да, у него есть багаж знаний предков, их благословение, но он должен справиться со всеми ситуациями сам и найти свой путь. В сказках «Морозко», «Василиса Прекрасная», «Крошечка-Хаврошечка» мы можем увидеть такой путь героя.

Иван-царевич приносит домой лягушку, и дальше батюшка уже ни при чем. Это выбор царевича.

Еще инициация часто начинается с того, что умирают отец и мать в начале сказки.

Трансформации предшествует столкновение со страхом собственной смерти, страхом потери себя. Приходит понимание, что жизнь не такая сладкая, как кажется в детстве, когда ты находишься под защитой рода. Если человек согрет родителями и вырос в мягком теплом гнезде, может показаться, что его выход в жизнь и есть инициация, а у детей, с детства недолюбленных родителями, инициация начинается уже с рождения. Но это не так.

Инициация происходит, когда понимаешь: что-то важное, за что долго цеплялся, на самом деле неважно. Происходит прощание со значимым прошлым, исцеление от обиды, освобождение от страха и злости. Прозрение. Инициация — это столкновение с суровой реальностью жизни и собственными возможностями.

Первая инициация, которая чаще всего встречается в сказках, — инициация взросления. Ее также можно найти в мифах и древних ритуалах. Эти ритуалы и ныне существуют в племенах, которые сохранили архаическое отношение к духу, душе и связь с предками и богами. На их примере можно посмотреть путь взросления, незамысловатый и не затертый современностью.

Часто в диких племенах от ребенка на это время избавляются, чтобы он сам столкнулся со своими собственными трудностями. Например, есть ритуал, когда мальчишку лет десяти отправляют в лес на охоту одного. Или в горы на трое суток и больше — с ножом либо даже без него, без еды, воды и какой-либо поддержки со стороны взрослых, чтобы он столкнулся с жизнью. Женские инициации — первая кровь, первые месячные, которые тоже сопровождались обрядами. С этого момента девочка считается взрослой женщиной, способной давать жизнь. Сказка «Морозко» как раз про этот период в жизни девочки, про начало взрослой жизни.

Вторая инициация — социальная, этап вхождения в сообщество. Герою нужно подружиться с другими персонажами, показать себя, помочь кому-то. Обменяться ресурсами. Например, как в сказке про Марью Моревну, когда Иван-царевич выдает своих сестер замуж за орла, сокола и ворона. А когда героя убивает Кощей Бессмертный, сестры и их мужья приходят на помощь и оживляют царевича. Это было бы невозможно без инициации — вхождения в круг «своих». В семью. В отношения. В артель. В славянской традиции артель — это сообщество людей, женский круг, мужской круг, круг профессиональный. Входя в него, ты перестаешь завидовать, бояться одиночества, учишься заботиться, умираешь как Эго, как отдельная личность и становишься частью сообщества.

Когда мужчина и женщина решают объединиться в пару — это тоже социальная инициация. Как и момент выбора спутника жизни или его потери.

Смысл развития человека — прийти в состояние целостности и единства с собой самим и другими, по пути собирая и развивая свои таланты.

Сказка дает возможность посмотреть на героев как на часть нашей личности. Понять, что это за часть, можно по ее функционалу. Что она делает? Чему служит? Как проявляется? Это еще один ключ.

Кто на самом деле перед нами, мы определяем по действиям героя, по его функции. Что нас убивает в нашей психологической жизни и работе, когда мы проявляем творческое начало?

Какой герой в собственной голове запускает разрушение и кризис, приводящий к инициации?

«Как бы чего не вышло», или «Не по росту тебе кафтанчик, мелкий ты еще», или «Куда ты тут со своим творческим началом прешься, иди деньги зарабатывай» — так звучит голос, разделяющий тебя и твой путь.

В сказках старшие братья и сестры говорят: «Нам, пожалуйста, венцы драгоценные и платья, а зачем тебе перышко Финиста — Ясна сокола?» Именно они играют роль разрушителя.

Так и мы себе часто говорим: «Ты зачем хочешь стихи писать, рисовать, танцевать? Денег и признания этим не заработаешь». Мы сами себе «старшие братья», а состояние сурового внутреннего родителя — «царь». Они, эти части нашей личности, убивают в нас творческое начало. Но для чего?