— Ах, Джордж, простите меня за резкий тон.
— Капитан, может быть, мои слова покажутся вам чистейшим идиотизмом, но мне необходимо попросить вас кое о чем.
— Охотно выполню, сэр.
— У вас на борту, случаем, нет белого плюшевого мишки?
— Ну, вообще-то есть, адмирал.
— Вы понятия не имеете, как обрадовали меня, Неттлс.
— Извините, адмирал, боюсь, что я не совсем…
В этот момент на мостик ворвался совершенно обезумевший лейтенант Копельман и сказал:
— Сэр, я не нашел медвежонка в его каюте. Я там все перевернул вверх дном!
— Сколько времени у нас осталось, лейтенант? — спросил адмирал, поднимая к глазам бинокль и наблюдая за реактивным истребителем.
Копельман посмотрел на свои часы.
— Минута и тридцать две секунды, сэр!
— Все ясно, — сказал Хауэлл и снова заговорил в микрофон: — Чак, ты должен выбросить того медведя за борт. Немедленно.
— Извините, сэр?
— В этом медведе спрятана бомба. Она взорвется приблизительно через минуту. Возможно, меньше. Ты меня слышишь? Теперь сбрось скорость и держи курс прямо.
— Слушаюсь, сэр.
— Хорошо, «Браво Зулу». Теперь ты должен сбросить фонарь.
— Есть сбросить фонарь.
Фонарь кабины немедленно был сброшен, и пилот со штурманом ощутили силу воздушного потока, несущегося на них со скоростью сто узлов в час. Чак Неттлс почувствовал вибрацию, и самолет немедленно начал отклоняться от курса влево и вправо.
— Похоже, фонарь повредил руль по правому борту, сэр!
— Да, так и есть. Но сейчас у вас есть более важная проблема. Ты можешь достать медведя?
— Да, сэр.
— У тебя ровно десять секунд, чтобы выбросить этого медведя из самолета, сынок.
Адмирал Хауэлл ждал, следя в бинокль за проносящимся над водой истребителем. Он задержал дыхание, как будто так он мог успокоить свое сердце.
Маленький белый предмет вылетел из кабины, попав в реактивную струю, которая быстро сбросила его в воду.
Он неотрывно следил за медведем, видел, как игрушка упала в воду. В течение нескольких секунд, которые показались ему вечностью, он думал, что проклятая игрушка могла остаться на плаву, но когда он увидел, что медвежонок погрузился в волны, по его лицу расползлась улыбка.
Пусть ваши микробы, плодящиеся в воздухе, немного поплавают, амигос.
Плотность морской воды нейтрализовала оружие кубинцев.
— «Браво Зулу», вы в четверти мили от борта, — сказал руководитель полетов. — Поверните направо на шестьдесят градусов.
— Я не могу сделать этого, машина не слушается.