Он увидел вокруг себя улыбающиеся черные лица. Затем раздался свист надуваемой лодки.
— Ты немного запаздываешь, — сказало одно из лиц.
— Извини, Фитц, — ответил Алекс. — Возникла небольшая проблема со снаряжением.
— Я заметил. Удачное приводнение, — сказал Фитц. — Нас просто преследует удача. Мы едва не сели на крышу кубинского сторожевика. Он ушел, но может вернуться.
Фитц организовал быструю перекличку. Все из команды «Альфа» приводнились в нужной зоне. Хок видел волноломы на белом песке и темный ряд пальм, которые Фитц определил очередным пунктом встречи.
Массивный дом генерала Мансо де Эррераса стоял на полоске земли, выступающей в море. Это было темное здание, купавшееся в рассеянном светло-голубом свете звезд. Хок молил Бога, чтобы двое головорезов из его далекого прошлого были в доме. Но сначала нужно устроить налет на тюрьму, где прячут Вики.
Примерно в полумиле на запад Бумер и его команда «Браво» уже входили в мелководное устье реки Ла-Коста.
— Вперед! — сказал Фитц. Все нырнули под воду и поплыли к берегу. Вспыхивающие красные и зеленые навигационные огни на пристани были невидимы под водой. Команда Фитца плыла на глубине четырех метров.
Именно сейчас приборы возвратного дыхания «Дрегер» были необходимы. Ни один пузырь не поднялся на поверхность. Там, куда направлялась команда «Браво», должно быть гораздо больше охранников, чем на пустом пляже, куда двигалась «Альфа».
Хок вышел из воды и увидел двух человек из своей команды, бегущих к пальмам. Ночь была безлунной, но всепроникающий свет звезд и фон белого песка делали его слишком заметным. Он перебежал к пальмам.
Команда Фитца была уже в сборе, и мужчины проверяли свое оружие и другое снаряжение. У каждого были наушники и микрофоны. Команда Фитца могла слушать переговоры команды Бумера, и наоборот.
Хок заметил, что Фитц широко улыбается. Из левого уголка его рта торчала незажженная сигарета.
— Что такое, Фитц? — прошептал он. — Ты, кажется, слишком весел.
— Просто пока я плыл, в моей голове возникла замечательная мысль, — сказал Фитц. — Все знают, какой сегодня день?
— Первое мая! — сказал один из членов команды. Кажется, это был Француз.
— Первое мая — праздник в стране коммунистов! — сказал другой диверсант.
— Верно, так и есть, — снова засиял улыбкой Фитц. — А это значит, что наши маленькие приятели весь день и всю ночь праздновали. Сейчас полтретьего ночи. Я склонен думать, что большинство из них аккурат уже легли в свои маленькие кроватки.
— После «Столичной» и кубинских сигар, — добавил Француз, — они будут довольно вялыми, когда встанут, верно?
— Сразу вспоминается, как Вашингтон пересек Делавэр в Сочельник и застал врасплох англичан в Трентоне, — произнес Хок, улыбнувшись.
— «Браво», вы слышите меня? Прием, — сказал Фитц в микрофон.
— Слышим вас нормально, прием, — ответил Бумер.
— Что у вас?
— Только что прибыли на место, осматриваемся.
— Танго?
— Шесть или семь человек охраняют вход. Не похоже, что они ожидают себе компанию. Сейчас с ними разберемся.
— Двадцать минут до встречи в условленном месте, Бумер. Начинайте.
«Танго», или «Т», насколько знал Хок, было жаргоном «морских котиков» и обозначало всех плохих парней, независимо от того, где они находились. Он почувствовал мощный прилив адреналина. Давно не оказывался на враждебной территории лицом к лицу с множеством людей, которые хотели его убить.
— Француз, — сказал Фитц, — надень-ка прибор ночного видения и посмотри, есть ли здесь пикеты.
Хок смотрел, как этот широкоплечий приземистый человек надел на голову прибор и выскользнул из пальмовой рощи. Он пробежал примерно двести метров вдоль берега, стараясь пригибаться как можно ниже.
— Два танго в припаркованном вездеходе, — доложил Француз. — Пьют и болтают.