— Очень не хочу. Они оба без царя в башке, но за этим там я. Чтобы думать.
— А остальные?
— Зотов — рука разящая. Охрана, ну и… разное бывало поначалу, врать не стану.
— Но и рассказывать не буду, — добавляю со смешком, а Туманов щелкает пальцами и направляет на меня указательный:
— Именно.
— А Даня?
— Бабки, маркетинг. Пиздеть и тянуть из бати кровно нажитые у него получается превосходно. Наш скромный поначалу стартап спонсировал именно он.
— Каждый на своем месте.
— В том-то и дело, — морщится. — Замену можно найти любому, со временем. Но край как не хочется. И, судя по тому, что случилось на стройке, не только мне. Он в легкую мог затаиться и пристрелить меня. Бросил тебя у края и мое внимание к окружению резко ушло в ноль. Но тогда бы ему не заплатили.
— Да поняла я, поняла, — посмеиваюсь над ним, — ты неприкосновенен.
— Только это? — бормочет себе под нос.
— Ну… — тяну долго и тупо, не желая озвучивать догадку.
Вдруг он не о том, что моя безопасность для него превыше его собственной? Неловко будет. Еще более неловко, чем косить под идиотку.
— Почти приехали, — резко меняет тему, сворачивая во дворы. — Не удивлюсь увидеть парней Зотова.
Паркуемся за пару домов, идем пешком. Не понимаю зачем, но не спорю, загруженная новой информацией и размышлениями. А когда почти доходим до подъезда, и он утаскивает меня за угол, прижимая к стене, и вовсе теряю дар речи.
— А Борисов тут за каким чертом? — цедит Туманов сквозь зубы, осторожно выглядывая, и только в тот момент я понимаю, что его пылкость не совсем то, о чем я подумала.
А жаль.
Глава 12
— Почему мы прячемся? — шепчу и едва не взвизгиваю, когда он дергает меня за руку, садясь сам и утягивая за собой.
— Потому что прячется он, — говорит обычным голосом и кивает на крадущуюся по двору машину. — Тачку сменил, а привычки остались, — хмыкает весьма презрительно.
Ну да, Даня обычно предпочитает низкие зализанные седаны и видеть его за рулем покусанной ржавчиной девятки, мягко говоря, непривычно. Помимо этого, он еще и в кепке, которые вообще-то не выносит, потому как портят идеальную прическу, и в футболке.
— Надеюсь, хотя бы не в шортах, — бурчу, провожая машину взглядом. — К чему этот маскарад?
— Вот и мне интересно. Вполне мог заехать и на своей. В конце концов, никто не мешает ему разбираться с той же проблемой, что и все. Но он предпочел нелепо шифроваться. Пойдем, — резко встает и выдергивает меня, как сорняк из огорода.
— Эй, полегче, — ворчу, потирая плечо. — Болит еще, вообще-то.
— Забыл, — морщится. — Носи открытую одежду, так будет удобнее. Хотя нет. Безразмерные футболки — отлично. Тебе идет.
Растерянно хлопаю ресницами, а он хватает меня за здоровую руку и решительно шагает в сторону тротуара.
Когда подходим к подъезду, из него выходит женщина. Брючный костюм, тугой зализанный пучок, волосы с некрасивой проседью, очки в тонкой оправе, большая кожаная сумка, набитая какими-то бумагами до такой степени, что у нее одно плечо ниже другого опустилось под тяжестью, еще пачку прижимает к груди второй рукой. Но тяжелее этого саквояжа только ее презрительный взгляд, которым она смиряет мои сбитые колени.
— Я, блин, упала! — огрызаюсь на нее, не ожидав подобной реакции.
— Разумеется, — женщина вздергивает верхнюю губу, проходя мимо, явно показывая свое отвращение.
— А он вообще бухгалтер! — зло бросаю ей в спину.