Девчушка шумно шлепнула себя по лбу, обзывая саму себя. Давая игрушку козлёнку, она протянула свою ладонь, наигранно кашлянула, словно какой-нибудь светский дед.
— Телагея Марати, — призрак уверенно ухмыльнулась, ставя другую руку в бок. — Можно просто Телагея. Ну, или Тела, а для извращенцев ещё и Гея. Тетушка Жаклин говорила, что самое главное — помнить своё имя и дату рождения, а остальное на ходу! А вас как зовут?
— Елена Гостлен, — я пожала руку Телагее. — Это Эйдан Тайлер, мой друг и напарник. Мы пришли в город призраков, чтобы спасти его и людей. Мы ищем пять особенных призраков для того, чтобы пойти на озеро и выполнить ритуал, с помощью которого призраки освободятся. Кажется, ты первый особенный призрак.
Тела совершенно не удивилась моим последним словам: она, продолжая улыбаться, кивнула, с удовольствием пожимая мою потную ладонь. Слегка грязноватым потертым пальцем призрак указала на осколок, что блестел в груди.
— Я в курсе, — Телагея нервно хихикнула. По бледным вискам потекли капельки пота. — Эта штука появилась у меня спустя… где-то сто семь лет после гибели. Долгое время я не понимала, для чего она нужна, но потом появились слухи о вас. А ещё этот мерзкий туман появился. М-да. Представляете, как больно видеть постепенно сходящихся с ума призраков, с которыми ты общалась только вчера. У меня нет этой странной сопли на цепи, а у них… Кажется, скоро все окончательно погибнут во второй раз.
Марати, характерно хмыкая, раздвинула нас по сторонам, а сама плюхнулась посередине, обнимая за шеи. Козлёнок, высовывая белый язычок наполовину, улёгся в ноги девочке.
— При жизни я была талисманом нашего приюта. Все солдаты приходили к нам, чтобы я показала им своё выступление: спела песню под арфу или станцевала. Как же меня ещё называли люди? Хм, я совсем забыла… — Телагея смешно надула губы, брякая по ним пальцем.
Эйдан вдохнул через зубы воздух, поглаживая девчонку по ладони.
— Ты похожа на полярную звезду, — прыснул Тайлер.
В белесых глазёнках Марати показались искорки. От неё исходил светло-светло голубой свет, освещая заброшенные дома.
— Точно! Точно, точно, точно! — Тела, точно давнего друга, потрепала Эйдана по взлохматившейся голове. — Меня называли звездочкой! Да, люди говорили, что я настолько вдохновляю и мотивирую их, что становлюсь в глазах окружающих настоящей яркой звездой!
Вдруг я почувствовала, как от туши Марати начало исходить тепло. Такое легкое, ненавязчивое: оно впитывалось в кожу, казалось, что кровь в венах вот-вот превратится в солнечную пыльцу. Пускай заместо почти багровой капны волос были темно-голубые локоны, а вместо ярких жёлтых очей пустой белок, все её существование, тело и душа казались такими светлыми и мерцающими. Несмотря на то, что сердечко призрака давно не билось, я и моя магия чувствовали, что у неё большое сердце.
— Я догадалась, что являюсь Особенной, — Телагея выдохнула, поднимая взор на синих рыб в небе. — Только ко мне не липла эта дрянь, мои кандалы находятся лишь на щиколотке, что позволяет мне передвигаться по всему Броквену, да и туман меня пока не тронул. Знаете, Эйдусик и Еленусик, это всего лишь мои догадки, но, кажется, судьба сделала меня Особенной не просто так. Я хочу закончить начатое. Какой бы я не была, — живой или мертвой, я все ещё хочу поднимать людям настроение. Хочу, чтобы призраки радовались искренне, испытывали настоящие, положительные эмоции, не пляса под чью-то неосязаемую дудку. Это была моя мечта с начала войны, и остаётся по сей одинаковый, кошмарный тяжелый день. Вам же ведь тоже хочется, чтобы люди Броквена были счастливы? Чтобы никакие войны и кошмары не будили их по ночам? Вы тоже желаете искренности и мира? Конечно, мне всего десять лет, я даже читать и писать не умею, и вы наверняка подумаете, что это всего-то несерьезный детский лепет… Но разве это не простая мечта каждого человека? Видите, призраки Броквена да и люди зарыли хотя бы малейшую надежду на какое-то спасение! Мне это ужасно не нравится! Хочется устроить выступление и проорать о том, что все будет хорошо!
Телагея была права: ей десять лет, совсем ещё малышка, жизни не поведала. Но какие умные мысли она говорила, какую истину доносила. Тела сидела в этом Этисе много лет, не набираясь опыта. Эта девочка ещё раз напомнила нам, как важно сохранять мир и гармонию на своей родине, да и на всей планете. Её слова действительно мотивировали на подвиги, на новые и опасные приключения во имя мира. Она и вправду казалась Особенной. Ни один ребёнок и даже взрослый не говорил таких вещей, не подбадривал меня, как единственную надежду этого прогнившего насквозь города. Вот что значит — ребёнок войны.
— Я бы и рада была сразу пойти и всех спасти от отчаяния, но… боязно мне что-то, — Телагея указала на электростанции, окутанные тем мерзким туманом, откуда словно проглядывала злобная ухмыляющаяся гримаса. — А вдруг эта белая гуща и меня поглотит, или сумасшедшие призраки нападут по дороге. Я ж до озера не доберусь живо-мертвой! Блин, ведь даже никак себя не назвать, тьфу ты!
Не удержавшись, мы с Эйданом издали короткий смешок. И правда, ей ни к каким себя не притеснить — не живая и не мертвая, а умереть второй раз не сможет. Черт, это звучит несколько забавно.
— Ну, теперь у тебя есть мы, команда будет! — улыбнулся Тайлер. — Умирать — так с песнями!
Телагея засмеялась, подвигая нас к себе и сжимая в объятиях. Козлик радостно заблеял и заскакал вокруг нас троих. Даже в одном из домов сверкнул огонёк от света Марати. Неискренний Этис вдруг на секунду приобрёл оттенки настоящего добра.
— Вы такие классные!.. — пропищала Тела, притопывая пятками. — Впервые мне повстречались люди с такой силой духа! А-а-а, меня просто распирает от радости!
Девчонка вмиг взмыла в воздух, чуть звеня оковами. Оглядев местность вдалеке, она спустилась, касаясь носочками туфлей земли. Попутно Марати ещё отбивалась от приторно пахнущей оранжевой дымки, сплёвывая пыльцу из неё.
— Полагаю, нам не нужно терять ни минуты! — воскликнула Телагея, беря под подмышку козлёнка. — Этого комочка, кстати, Юнок зовут. Кажется, вы ему понравились!
Вставая, я легонько толкнула Эйдана в бок, пока тот закреплял Эйнари.
— Тебя напоминает, когда ты чипсы вперёд горячего хочешь, — насмешливо прыснула я.
Тайлер поредел до ушей, руки его задрожали. Начиная идти вперёд, к нашей новой, слава Богу, адекватной подруге, он недовольно забурчал:
— Будешь так шутить — про помолвку что-нибудь ляпну.
Тела ехидно захихикала, приближаясь к Эйдану.
— А вы ещё и с чувством юмора, мо-ло-дые люди. Хорошие вы друзья!
Тайлер до крови прикусил губу, прогибаясь под лукавым детским взглядом, моим хищным взором и дружелюбным блеянием Юнка. Один призрачный листик, что оторвался от трухлявых ветвей, впечатался прямо Эйдану в нос.
— А вы, я погляжу, уже спелись, — хмыкнул глухо через лист друг, — хорошими подругами станете.
Сняв листик, мы увидели красное надутое лицо Тайлера. Какой раз он уже краснел за наше путешествие?