Проклятье рода Юсуповых: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

— Так вроде ничего такого не делала, почему же стала злобным духом? — пока ничего предосудительного не услышал парнишка.

— Ты сам говорил, что люди по своей природе злы. К ней стали с разных деревень съезжаться с просьбой убить одного злобного завоевателя, который никого не жалел. Много народу он погубил за зря. А девок перепортил и того больше. Вот и ведьма решила, что на свете без него будет спокойнее. Сильное проклятье наложила на изувера. Но для реализации магии нужно время. Сами люди и рассказали этому душегубу, что девка в деревне обещалась его извести.

— Так он ее убил? А потом и сам умер? — пытался Гришка предугадать события.

— А смысл ему было убивать ведьму? Ему надо было, чтобы та сняла проклятье для начала, — Митрофан тяжело вздохнул. — Он держал ее при себе, как собаку. Кормил костьми со стола и насиловал каждый день, избивая и наказывая. Ее потомство пошло от этого душегуба и сильной ведьмы. В итоге она сошла с ума и начала просто проклинать всех, кого видела. Обезумела от горя, когда насильник сказал, что убил ее детей. Он ей соврал. Ведьма прокляла его так, что он издох через неделю, после чего наложила на себя руки. Смысла жить в этом бесчеловечном мире для нее не осталось. Но и уйти с тяжелым сердцем за детей и ненавистью к людям она не смогла. Поэтому и по сей день живет в качестве сильного злого духа.

— Ну, не такого и злого. Я выкормыш бабки Авдотьи, и ко мне она относится, как прапраправнуку, так она сама сказала, — Гришка вспомнил, что старуха в первую встречу пыталась его накормить с дороги и даже при помощи магии обогреть. — А что необходимо духу, чтобы искупить грехи и уйти в свет? — поинтересовался паренек у того, кто точно знал на это ответ.

— Так нужно ей помочь кому-нибудь, чтобы на душе полегчало, — пожал плечами домовой, — ну, или обучить кого-то, чтобы тот помог другим людям. Так она восстановит баланс добра и зла, нарушенного ей же. После этого сможет покинуть этот бренный мир, оказавшийся слишком жестоким.

Гришка задумался над вселенской несправедливостью, случившейся с бабкой Ягодой, его матерью и им самим. И сейчас в его силах попробовать помочь злому духу обрести покой. Поэтому он решил остаться и научиться всему, что успеет за это лето.

Найдя цель и смысл своего существования, Гришка заснул, как младенец. У него был четкий план, к которому он собрался приступить с завтрашнего дня…

За пару дней будущий целитель составил список трав, которые у него были. Их еще бабка Авдотья впрок запасла и смолола в порошки. И список тех трав, которых недоставало. На дворе стоял травень месяц, когда появляется первая зелень, распускаются подснежники, гусиный лук, первоцветы, будра, на болотах калужница зацветает, кислица, ландыш, лютики, медуница и еще много чего… Парень хорошо знал, как выглядят цветы, и где их можно встретить. Поэтому бродил по лесу, болотам и оврагам, собирая цветы и раскладывая что-то для просушки, а из некоторых сразу варил отвары. На третий день явилась бабка и сразу почуяла домового.

— Какого лешего в мой дом позвал этого бесполезного нахлебника? От него здесь все равно никакого толку не будет, одни волосы по дому, — ворчала старуха, но нападать на мелкую нежить не стала.

— Познакомься, бабка Ягода, с моим домовым Митрофаном. Он всю жизнь служил твой прапраправнучке добрым делом, — представил домовика злобному духу. — Дом наш на днях сожгут, ему жить станет негде, пусть временно поживет с нами. Да и говорить мне необходимо хоть с кем-то, раз решил на все лето остаться тут.

— Ты серьезно хочешь остаться? — оглядела бабка травы, которые подвесил над печкой, — смотрю целителем собрался заделаться, как Авдотья?

— Да, надо стать полезным и нужным, чтоб хоть ценить начали, а не гнали отовсюду, как безродную шавку. Буду ведуном-целителем, раз уж способности и записи имею, — рассказал о своих планах старухе. — Говорят, что ты сильной ведьмой была, может научишь чему?

— Смотрю ты сразу хочешь отхватить кусок от всех пирогов, а не подавишься столько знаний изучить за столь короткое время? — бабка присела за стол и взяла пирожковое угощение. — Могу сделать тебя еще и ведьмаком, о чем лучше будет никому не сказывать. Ты, я так думаю, мою историю уже знаешь. Дура была молодая, хотела всем помочь, от плохого избавить. А вот кто бы меня пожалел? Никто не рискнул спасти меня из плена, все боялись супостата. Вот и обозлилась на тех, кому раньше помогала. Если пообещаешь мне, не станешь показывать моих способностей людям, то научу обязательно. А ежели убить кого надо, то делай это быстро, лучше ножом, а не магией. А вот проклятье будешь использовать только на болезни, от которых требуется избавиться. А все это дело прикрывай травничеством, как делала это моя прапраправнучка. Поэтому Авдотья была всеми любима и уважаема.

Гришка впервые узнал, что его бабка тоже была ведьмой, но скрывала свой дар ото всех. Они оба молчали о своих магических способностях, о которых узнали лишь после смерти.

— А времени другого у меня не будет, так что постараюсь осилить все. По осени нужно будет выбираться к людям, иначе замерзну тут. Поэтому помоги, чем сможешь, — попросил паренек новых знаний. — А еще хочу по максимуму вспомнить прошлую жизнь. Там я лечил другими способами, было бы любопытно узнать.

— Тогда жуй гриб и отправляйся в самое начало прошлой жизни. Посмотри, как именно ты лекарем стал, — протянула она сушеный мухомор пареньку…

От автора: книга пишется медленно, но можно перепрыгнуть на 200 лет вперед и почитать о потомке Юсуповых в книге «Грелка» /work/272162

Глава 6

Первый опыт

В этот раз не было никакого слепящего света. Увидел себя в какой-то комнате, где были и другие дети, одетые все одинаково. Мы сидели за столами и что-то писали в тетради с полосками. Рядом со мной сидела девочка, и с высунутым кончиком языка, выписывала какие-то закорючки, совсем не похожие на те, которым меня учила бабка. Впереди стояла женщина и чертила белым на черной доске эти самые закорючки, называя их буквами.

«Это я удачно попал. Очень важно научиться языку в прошлом мире, вдруг нужно будет прочитать что-то важное, а я не смогу», — около часа выводил в чем-то похожие буквы, зная теперь название каждой. Следующим часом мы учились читать. Это мне сейчас давалось намного быстрее, чем тому пареньку, в чьем теле я находился. К концу урока уже умел читать по слогам, даже быстрее чем остальные малыши. Да, все в комнате были меньше, чем я сегодняшний, лет этак семи, восьми. А вот на следующем «уроке», вспомнил, как называлось сие обучение, учился складывать цифры. Эта наука мне давалась откровенно плохо. В деревне мы редко считали больше десяти. А тут складывали и отнимали двойные числа. А еще мне понравились книжки с картинками, женщина называла их учебниками. Жалко, что управлять телом не мог, был лишь сторонним наблюдателем. А как хотелось эти учебники забрать с собой, чтобы рассмотреть в моем мире их полностью.

После уроков поиграл с ребятами на пустыре, погонял круглый мяч, жутко понравилось. Даже подумал, что мог бы этой игре научить деревенских, но видно уже не судьба. Потом, вдоль леса отправился домой. Шел и насвистывал веселую мелодию вдоль каменной дороги. Мимо проносились железные банки, в которых сидели люди и смотрели на меня. Они приближались с шумом, от которого хотелось бежать в лес и прятаться, но мальчишка не обращал на них ровным счетом никакого внимания.

«Почему он не боится этих монстров? Может те не опасные? Или парень слишком бесстрашен?», — через десять минут воспоминание догнало меня. «Машины», — вот как назывались эти штуки, я сам мог управлять такой. Они могут быть опасны, если встать на их пути, когда быстро едут. Не успел подумать об этом, как проезжающая машина резко попыталась остановиться, но все равно не успела. Послышался визг какого-то животного, угодившего под «колеса». Паренек бросился к машине, дабы посмотреть на бедолажку.

Под колесами оказался взрослый шакал, скулящий на всю округу. Ему машина отдавила ногу. Парень бесстрашно взял обезумевшее животное на руки и отнес в траву, рядом с дорогой.

— Песик, потерпи, я тебе помогу залечить лапку, — уговаривал он скулящего шакала. Тот даже на какое-то время перестал скулить, странно посмотрел на паренька, гладящего его по голове. То, что раньше я был парнем смелым, это уже понял. А вот то, что безрассудным, гладящим дикое опасное животное, не имел понятия. Шакал был всего лишь вполовину меньше самого парня и мог запросто его убить или просто подрать.

Мальчишка собрал широкого лапника, связав его веревочкой со своего ботинка. На ветки ели уложил шакала, которого до сих пор называл собачкой и отправился назад, откуда мы только что пришли, волоча за собой самодельные волокуши.

Возле здания с красным крестом остановился, постучался. Вышел мужик, одетый в белое и с удивлением уставился на шакала, которого мы притащили.

— Дяденька, врач, — ох, ты ж, так вот как эти, в белом, назывались, — помогите бедной собачке, на нее наехала машина. Возможно у нее есть хозяин, который будет переживать.

Мужик поскреб только начинающую расти бороду, явно не зная, что ответить мальчишке.

— У него скорее всего нет хозяина, кроме лешего, — он хмыкнул, оглядывая бедное создание, которое перестало скулить и старалось притвориться мертвым.