После нескольких часов сборов всех необходимых вещей, мы идем в гостиную, где Богдан и Иван уже ждут нас. Я объятием прощаюсь с ними, обещая скоро вернуться, а затем мы выходим из дома и направляемся к машине, которая уже ждет нас перед дверью.
Мы усаживаемся в машину, и Даниил заводит двигатель.
По мере того, как мы выезжаем на дорогу, я смотрю в окно и вижу, как пропадают дома и деревья за окном.
Как только мы въехали в город, я чувствовала себя как будто вернулась в прошлое. Вместе с моим женихом мы прокатывались по улицам, проезжая мимо знакомых мест и воспоминаний.
Наконец, мы свернули на улицу, где я выросла. Мое сердце начало биться быстрее, а волнение нарастало с каждым метром ближе к дому. Когда мы подъехали к знакомому дому, я увидела силуэт адвоката, стоящего на крыльце и улыбающегося.
Он подошел к машине, открыл дверь и помог мне выйти. – Здравствуйте Ксения Алексеевна, Даниил Викторович.
- Здравствуйте Владимир Владимирович, - одновременно здороваемся мы с Даниилом.
Бросив взгляд на Даниила, я увидела как он не надел кожанку. – Дань, оденься, на улице осень.
- Мы идем в дом, - протестует он.
- Живо надел, - рявкнула на него, после чего ему не оставалось, как надеть ее.
Словно возвращаясь в прошлое, я вошла в дом, который когда-то был моим. Адвокат посмотрел на меня с улыбкой и сказал, что все будет хорошо.
- Ах, ты мразь! – заорала Анна. – Кем ты себя возомнила?
- Анна Александровна, вам лучше не выражаться в столь красочной форме, - предупреждает ее один из полицейских, что находится в гостиной.
- Она подписала документы? – спрашиваю адвоката.
- Отказывается, - ответил он.
Хмыкнув Анна пошла на кухню. – У меня суп на плите, - ответил она.
Зайдя на кухню, слежу за Анной пристальным взглядом. А она в свою очередь делает вид, что нас тут нет. Помешивая суп, она напивает какую-то мелодию.
- Ты сядешь, - говорю ей. – Мой адвокат подготовил для этого все необходимое. Тебе светит три года. Это в лучшем случаи.
- Я дала тебе жизнь, растила тебя, откормила. А ты жрала мнооого, - тянет она, поворачиваясь ко мне. – А сейчас ты угрожаешь мне?
- Ты избивала меня. Порола ремнем, - напоминаю ей.
- Надо было бить сильнее, - шипит она. – Именно в этом, я допустила ошибку. Надо бить было не только по спине, но пару раз по твоей тупой голове. Проку от тебя было мало...
- Закрой рот! – заорал Даня на нее, заставив меня вздрогнуть. – Еще слово, и ремень возьму я. И поверь мне, мои удары будут куда больнее. Ты ответишь за каждую боль, что причинила Ксении.
- Он мне угрожает! – закричала она в ужасе. – Что вы стоите?
- Ты что-то слышал? – спросил один полицейский другого.
- Нет, - ответил тот.
- Продажные суки! – взревела она. – Пошли вон из моего дома.
- Моего дома, - встреваю я. – После твоего оглашения в виде тюремного заключения, дом перейдет мне.
- Он принадлежит мне и моей единственной дочери, - взревела она, покраснев.
- Она случайно подписала отказную, где в письменной форме отказалась претендовать на этот дом, - с ехидством говорю ей. Было не так сложно послать ей огромный букет роз, якобы от тайного поклонника. Но там был документ, где нужно было поставить свою подпись, что ты получила букет. Но ей никто не сообщил, что бумажки, что ты подписываешь от незнакомцев нужно читать. Глупая Екатерина.
- Ах, ты сука, - зашипела она, крутясь вокруг своей оси. – Ты пожалеешь, что вообще родилась!