Мы с Эмми были очень близки пару лет назад, когда она проводила больше времени в общежитии, учась, но с тех пор, как она переехала за пределы кампуса в квартиру, которую держит в секрете от своих родителей, мы немного отдалились друг от друга.
Я вздыхаю, зная, что Эмми не перестанет приставать ко мне с расспросами о том, что не так, пока я ей не расскажу.
— Это мои родители. Они испытывают финансовые трудности. Я хочу помочь им, но я не знаю, какую работу смогла бы совместить с медучилищем, на которой платили бы достаточно, чтобы быстро получить необходимые для них деньги. Им нужна помощь, и меня подмывает бросить колледж, чтобы поработать в паре мест и помочь им.
Ее голова откидывается назад.
— Ты что, блядь, с ума сошла? Ты потеряешь свою стипендию!
— Я знаю, — бормочу я. — Но я не могу сидеть сложа руки и смотреть, как они становятся бездомными, и ничего не делать, чтобы остановить это. Это сведет меня с ума, если я что-нибудь не придумаю.
Она наклоняет голову, когда изучает меня.
— Ты в полном отчаянии, да?
Я киваю.
— Я бы сделала все, чтобы помочь им.
Она аккуратно облизывает губы.
— Возможно, у меня есть решение твоей проблемы, но я не думаю, что тебе это понравится… и эта работа точно не для всех. Но ты красива, и твое тело определенно подходит для этого.
Я наморщила лоб, изучая ее.
— Подожди, минутку. Ты предлагаешь мне пойти работать с тобой в стрип-клуб?!
— Там есть и другие вакансии, помимо стриптиза, за которые очень хорошо платят. Нам нужен официант прямо сейчас, и ты идеально подходишь. Мужчины переступали бы друг через друга, чтобы дать тебе чаевые. Ты сорвала бы куш.
Мои глаза расширяются.
— Я не знаю, Эмми. Я не знаю, смогу ли раздеться перед незнакомыми мужчинами.
— Официантки носят очаровательные топы с лифом, черные трусики-шорты из спандекса и милые заячьи ушки, символизирующие название клуба Pink Rabbit (примеч. Розовый Кролик). Не нужно обнажаться, чтобы подавать похотливым ублюдкам напитки, пока они возбуждаются, наблюдая, как мы трясем сиськами. — Эмми смотрит на мое лицо. — Я знаю, тебе противна моя работа, но за нее действительно хорошо платят, и это может стать твоим способом быстро заработать много денег.
Мысль о том, чтобы раздеться за деньги, меня совершенно не привлекает, но в то же время, подача напитков и получение тонны чаевых, кажется привлекательной. Я могла бы делать это достаточно долго, чтобы спасти дом моих родителей и вернуть их в строй. Это же не значит, что я буду делать это вечно.
Кроме того, это не может быть так уж плохо, потому что Эмми работает там уже больше года.
— Это не так плохо, как ты думаешь. — Эмми похлопывает меня по колену, смотря на меня, пока я обдумываю ее предложение. — Это совершенно безопасное место для работы. Клянусь.
Как бы мне ни было неприятно это признавать, эта работа может стать ответом на мои молитвы.
— Ты действительно думаешь, что я смогу заработать достаточно денег, чтобы покрыть три месяца выплат по ипотеке?
— Черт возьми, да, я знаю. Я думаю, ты сможешь заработать достаточно, чтобы расплатиться с домом, если у тебя когда-нибудь хватит смелости подняться на сцену.
Мои глаза расширились.
— Этого не произойдет.
Она откидывает голову назад и смеется.
— Я знаю. Знаю. Но если такое случится, может ли твой сценический псевдоним быть доктор Кинки?
— Я думаю, что, черт возьми, нет. — Я шлепаю ее по ноге. — Мои большие буфера не предназначены для общественного потребления.
Она закатывает свои голубые глаза.