– Да вот, посмотри, – она поднимает одну ногу. На ней надет белый тряпочный кед. Мокрый насквозь, весь в жёлтых разводах.
– Не лучший выбор для такой погоды, – говорю я.
– Думаешь? – язвительно отвечает Нелли. – У меня итак были полные носки снега, я ещё и в лужу провалилась прямо перед школой.
– В чём проблема? Сходи домой, переобуйся, – советует Аня.
– Ага, было бы во что! Я сегодня собралась выходить в школу, а в коридоре ни одной пары моей обуви.
– И куда она делась?
– Угадай, кто всё утащил.
– Твой папа?
– Как ты поняла? – удивляется она.
– Подозреваемых не так много.
– Ну да. У него подошва на ботинке отклеилась, и он понёс его в ремонт. А заодно решил прихватить ещё кое-что. И даже не заметил, что забрал всё, что у меня было.
– Знаешь, а вы с папой очень похожи, – поддеваю я Нелли.
– Ну спасибо, – фыркает она.
– Почему не надела что-нибудь мамино?
– Ну да, что-нибудь на два размера меньше. Достала лучшее, что нашла в коробке с летней обувью.
– Ладно, прости, – примирительно говорю я. – Чем тебе помочь?
– Да что тут сделаешь? Буду страдать.
Я решаю вернуться к цитатам, чтобы не раздражать её ещё больше, но именно в этот момент моя ручка заканчивается. Делаю несколько яростных круговых движений по бумаге, чтобы вернуть её к жизни, но бесполезно. Чёрт, эти штуки перестают работать в самый неподходящий момент. У нас же сейчас будет сочинение.
– Нелли, ты не хочешь вернуть мне ручку, которую я давала тебе вчера?
– Это шутка такая? – огрызается подруга.
– Понятно. Синицы?
– Не-а, – мотают головой они. – Чего ты паришься? Возьми у Толстого.
– Он что, ручками заведует в классе?
– Да у него на них фетиш. Ты что, не знала? – хихикает Яна. – Таскает их с собой целую кучу. Наверное, и спит с ними под подушкой, и в душ ходит.
– Синицы, держите свои фантазии при себе, – шикает на них Нелли.
– Поищем Толстого? – спрашиваю я её. Мне неловко просить его об одолжении, а Нелли всё-таки с ним дружит.
Она кивает, и мы идём в класс.
Глава 32
Толстый сидит на своём месте, как обычно, уткнувшись в телефон.