— Представить трудно тебя в штанах, — девушка рассмеялась.
— Как прошла беседа с Евой или как ее по-настоящему зовут?
— Ева — та еще мать-прорадительница. Поговорили по душам, Дед кивал, как заведенный болванчик.
— Однако как хорошо руберы на иммунных действуют, прям как сыворотка правды.
— Кошатина уже на 99% элита.
— А это ее свойство выводить всяких засланцев на чистую воду — просто исключительный дар от Стикса.
Рипли рассмеялась: «Храп, ты все-таки философ».
— Всё может быть, с кем поведешься, от того и наберешься, — здоровяк легонько пихнул девушку в плечо. — Она за тобой или за мной пришла?
— За нами... Остальные ей не интересны, вернее, заказчику не интересны.
— А кто заказчик? Хотя дай я сам угадаю... Институтские?
— Они, кто же еще. Любители изучать и экспериментировать.
— Что решила?
— Да что можно в этой ситуации решить? Они о нас знают... Не совсем то, что есть на самом деле, но сути дела не меняет. На нас открыта охота. Не вернется Ева — пошлют других, и это будет продолжаться, пока этот Док или кто-то другой не получит своего, то есть тебя и меня. Человеческий и технологический ресурс у них большой, а территория, где мы можем существовать, очень ограниченна чернотой и пеклом. Рано или поздно нас загонят в ловушку, из которой мы не сможем уже выбраться.
— Печаль... Храп потер бронированную пластину, закрывающую его споровик. Ну, как сказал бы Дед, нет безвыходных ситуаций. Ты ведь уже что-то придумала?
— Придумала... Но сначала надо пристроить Деда, Зою и Таню с Баксом.
— Ты надеешься отвязаться от этого старого хрыча так просто?
— Есть одна идея, но пока не могу вспомнить, что для этого нужно сделать.
— Значит, Ева не та, что прополоскала твои мозги? Есть еще кто-то, о ком ты не можешь вспомнить?
— Ковбой ушел от нас не просто так, на это была очень серьезная причина. Именно об этом он мне и сказал перед тем, как уйти. Таскаться по Улью с кучей слабых иммунных — тот еще гемор, сам понимаешь, и Ковбой тоже это понимал. Поэтому он ушел искать одного человека, сторожила этого мира. Кого именно — не сказал, возможно, и сам не знал, кто станет нам помогать в решении наших проблем.
— А у нас много проблем?
— На тот момент было меньше, но сейчас еще и Ева обозначилась со своей миссией по поимке особо опасных и ценных подопытных крысок Рипли и Храпа. Но всё может решить тот, о ком я не могу вспомнить...
— Рипли, может, я смогу помочь? — Храп потянулся к голове девушки.
— Не сегодня, мне кажется, я сама всё вспомню, но для этого еще не пришло время.
— Ну как знаешь, — Храп потянулся и, опустив голову на грудь, тихонько захрапел.
— Поражаюсь твоему спокойствию и пофигизму, не нервная система, а стальные канаты, — девушка встала и пошла в темноту ночи, призывая Кошатину.
Кошатина рыскала вокруг заброшки и тихо урчала, отпугивая зараженных, привлекаемых запахом иммунных.
— Коша, — Рипли ментально позвала мутантку.
— Урррк, — черная тень беззвучно метнулась и, уткнувшись шипастой мордой в плечо девушки, замерла.
— Да ты моя киса, совсем большая стала, — Рипли отошла, рассматривая огромную черно-серую зараженную. Черные хитиновые пластины поблескивали в темноте ночи, а острые шипы, покрывающие все гибкое тело Кошатины, стали еще длиннее и острее.
— Ты меняешься, и как же ты станешь выглядеть уже этим утром?