— Какая-то путанная чертовщина, — покачала головой Анаис и с некоторым отвращением посмотрела на книжку.
— Может, здесь имеется ввиду, что магия, направленная на разрушение — это квантипарапарапарапарахрень, а созидание — кватрило… ну Вы поняли. А демоны с ангелами — носители этих энергий, — предложила Олеся.
— Да ну, бред, — отмахнулась Анаис.
— Олеся права, — медленно произнесла Аня, глядя в книгу. — “Обращаясь к трактату Владимира Дворового “Сквозь космос к алхимии”, мы можем видеть некоторые зачатки квантитрилонной и квантипарагонной энергий в биоалхимии. Катаболизм, как физиологический процесс распада веществ, и анаболизм, как образование сложных веществ из более простых, можно привести в пример сосуществования двух противоположных энергий. Человек, однако, не является носителем никакой из этих энергий, но является существом, восприимчивым к ним. Так при негативном настрое квантипарагонная энергия может легко осесть в человеке, что тот может использовать во вред другим или же подождать, когда данная энергия сможет выйти из его тела без каких-либо последствий. Людей, достаточно восприимчивых к энергиям, стали называть ведьмами и колдунами, а выпускание энергии с видимыми или невидимыми последствиями — “магией”… Остается лишь предполагать, являются ли Лилит (Жара) и Мара первоначалом и носителями чистой квантитрилонной и квантипарагонной энергий…” Почему такие слова сложные?!
— Слова — лишь хаотичный набор букв, придуманный людьми, — протянула Олеся, осматривая ногти на руке. — Ты сама говорила.
— Могли бы попроще набор выдумать…
— Это ж ученые, у них не все дома, — усмехнулась Анаис.
— Тут даже написано, что “некоторые деревья, особенно дуб, береза, ясень, клен, ива, являются носителями квантитрилонной энергии, что дало уникальную возможность воспроизводить низших демониц, кикимор. Считается, что эту способность деревьям передал высший демон любви и ревности Ситрилет, однако нет оснований полагать, что данное утверждение — реальная истина”, - прочитала Аня и на мгновение задумалась. Раскрыв рот, она смотрела в книгу, будто ее осенило.
— Ну что ж, пойду поищу чтиво позанятнее. Благодарю и на этом, — пробормотала Олеся, стащила книгу из рук Ани и ушла в другой конец библиотеки.
Девушка присела на качели, находясь по уши в своих мыслях. Подруга лишь смотрела на нее с недоумением, затем присоседилась рядышком.
— Аня, что такое?
— Я кое-что вспомнила, — тихо ответила девушка, украдкой поглядывая за Олесей. — Я пыталась найти ответ на твою проблему днями и неделями, но так и ничего не находила.
— Ты о чем?
— Видения. Твои видения, — Аня схватилась за голову, и Анаис стало даже немного страшно. — Но я нашла кое-что недавно, хотела тебе рассказать. Просто ты была при смерти, было не до этого…
— Что ты нашла? — Анаис насторожилась и перебила ее.
— Твои видения напоминают “ауру”. Либо ты хорошая предсказательница, что вряд ли. Хорошие предсказатели не видят одно и то же из раза в раз. Редко и такое бывает. Но редко!
— Аура, аура… — серьезно задумалась Анаис. — Где-то я слышала это слово… Разве аура не у демонов бывает?
— Да-да, — закивала утвердительно головой Аня. — Именно она портила всем жизнь, из-за ауры убили демонов…
— Почему ты вспомнила прямо сейчас об этом?
— Все то, что в книге описано, так похоже…
— Отнюдь, там же ни слова о видениях…
— Что, если аура — это та самая квантипара…пара…парагонная энергия? Что, если ты ее носитель? Хотя бы немного…
— Ауру носит только высший демон, — покачала головой Анаис. — А я человек, рождена абсолютно человеческими родителями. К сожалению или к счастью.
— Всегда бывают исключения из правил, — слабо улыбнулась Аня.
Бам-бам! Ууууу! Бам-бам! Уууу!
Над телом разодранного с ног до головы юноши возвели руки седые длинноволосые старцы в льняной робе до пола и, свернув губы в трубочку, как мантру повторяли:
— Уууу! Оооо! Уууу!
Над головой пострадавшего самый старший из волхвов с повязанной на белых волосах лентой бил в бубен и размахивал горящими ветками. Позади поюще-воющих старцев шел самый молодой колдун, державший дымящуюся ступку и разносящий дурманящие ароматы. Крохотная изба изнутри покрылась густым туманом.
Периодически волхвы окунали руки в таз с водой и плескали ее на тело юноши. Того неестественно сгибало, он кричал, как будто его на живую резали, и иногда рычал, как дикий зверь. От этой неописуемой жуткой боли по всему телу юноша на мгновенье просыпался и открывал свои нечеловеческие полностью черные глаза.
Глава XVIII