Истинная для проклятого: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

— Огонек, — едва слышно, в изумлении, прошептал граф, — он еле видный, но он есть, как мне кажется.

Анна не поверила ему. Или не хотела верить и оттого слова его показались ей безумными, невозможными. Неужели у нее все-таки есть отметка истинной? Тогда это означало, что ее вновь вернут в замок и домой воротиться не позволят.

«Нет! Нет! Не бывать этому», — подумала Анна и отвела взгляд в сторону, чтобы граф больше не видел в ее глазах знак истинной.

Чтобы отвлечься от скорбных мыслей, она уставилась на волка, который как раз повернул к ней голову. Взглянув на его морду, девушка увидела кровавую рану, пересекающую правый глаз, налитый злостью и ненавистью к ним.

— Он… — Анна опешила, когда волк внезапно бросился на них, — сзади!

Граф повернулся, но вовремя отреагировать на неожиданное нападение зверя не сумел. Лапа волка длинными когтями скользнула по его плечу. Плащ разорвался, обнажив окровавленную кожу, и оторванный кусок ткани упал на землю. Граф лишь молча стиснул зубы, более никак не показав свою боль. Держа копье в поврежденной руке, он махнул им в сторону волка, но промазал. Новая попытка вонзить копье в зверя также не увенчалась успехом — противник отпрыгнул вправо. Воспользовавшись уязвимостью графа, зверь подобрался к нему сзади и ударил по спине большой лапой. На этот раз граф застонал. Совсем тихо, но у Анны от страха мурашки побежали по коже. Следы от когтей отчетливо виднелись на его коже через разорванный плащ и наводили ужас.

Происходящее сбивало ее с толку. Разве граф не бессмертен? Почему он испытывает боль и может получать ранения? В понимании Анны бессмертие подразумевало полную защиту от возможных увечий. До этого момента она была уверена, что графа нельзя поранить или причинить ему ощутимую боль. Но оказалось, что все как раз наоборот. Казалось, что граф испытывает боль куда более сильную, чем та, что мог бы испытывать обычный человек. И это пугало ее еще больше.

Если и граф не справится со зверем, то надеется Анне больше точно будет не на кого. А жалкое сопротивление, которое она попытается оказать, едва ли продлится долго.

Но граф сдаваться был не намерен. Несмотря на боль и раны он продолжал бороться с волком. И, когда копье наконец пронзило ту лапу, что оставила болезненный след на его спине, волк протяжно завыл, поднял на графа испуганные глаза и вскоре, хромая на одну ногу, кинулся прочь, в кусты.

Одержавший победу граф стоял к Анне спиной. Он будто специально не оборачивался к ней и не двигался с места, глядя в сторону, в которую умчался волк. Анна же с сочувствием смотрела на несколько глубоких порезов на бледной коже своего спасителя, и сердце ее сжималось от жалости к нему. Наконец, решившись, она осторожно подошла к нему ближе и встала сзади. Граф вздрогнул, словно забыл на мгновение о ее присутствии, и обернулся.

— Я думала, вы не должны ощущать боль, — призналась Анна, переместив взгляд на раненное плечо графа, откуда стекала по коже кровавая струя.

— Потому что бессмертен? — словно угадав ее мысли, уточнил он.

Анна молча кивнула.

— Нет, и в этом заключается одна из особенностей моего проклятия, — пояснил граф, не отводя от нее заинтересованного взгляда. — Я ощущаю боль в разы острее, чем другие смертные. И раны мои не затягиваются еще очень долго, оставаясь болезненными шрамами на всю жизнь.

Жалость, которую она испытывала, отразилась на ее лице, искажая его.

— Мне жаль, что я не могу вам помочь, — искренне отозвалась она.

— Но это не так! — заявил граф, сохраняя невозмутимое спокойствие. — Я увидел в ваших глазах сияние. То самое сияние. Оно, конечно, еще очень слабое и едва видимое. Но я узнал его, и мне кажется, я не ошибся в своих догадках.

— Нет, этого не может быть, — возразила Анна, — я не истинная. Я это знаю.

— Откуда? — желтые глаза вмиг посерьезнели. — Откуда вам знать?

Анна не ответила. Язык словно онемел и прирос к небу. Она хотела ответить, но не получалось. Казалось, она забыла все слова и запамятовала как нужно говорить. И просто смотрела на него, как младенец, не способный облечь звуки в слова.

— Я понимаю, вы хотели домой, — устало вдохнув, произнес граф. — И я готов был вас отпустить, когда думал, что ошибся и вы не истинная. Но сияние, которое я увидел, свидетельствует об обратном. О том, что в ту первую ночь я ошибся и увидел то самое сияние.

Анна понимала, о какой ночи идет речь. В ночь похищения, лежа на кровати в комнате замка, она очнулась на некоторое время и увидела над собой его желтые глаза. Так значит, он проверял наличие метки.

— Мне пора домой, — найдя в себе силы произнести слова, давшиеся ей с большим трудом, заявила Анна и устремила взгляд в сторону города, до которого оставалось так мало, что сияние уличных факелов доходило даже до леса.

Сделав шаг по направлению к дому, девушка уже собралась покинуть графа, но хозяин замка вцепился в нее, останавливая. Едва его пальцы сомкнулись на ее плече, как кожу девушки обжег страшный холод. Такой сильный, что она задрожала.

— Я не могу вас отпустить, — только и сказал он и с разрезавшим тишину хлопком перенес ее куда-то.

Когда она увидела знакомые стены комнаты, в которой провела последние два дня, то не поверила своим глазам. Быть того не может! Она снова в замке!

— Нет, — судорожно мотая головой, вскричала Анна, — я хочу домой! Отпустите меня домой! Вы обещали!

Ее душераздирающий крик растопил бы сердце кому угодно, но граф Эмирсон лишь молча выдохнул и покинул комнату, закрыв за собой дверь. Анна ринулась за ним вслед и вцепилась в ручку в попытках распахнуть ее. Но как бы она ни старалась, дверь не поддалась. Он запер ее.

— Нет, нет, — от безысходности упав на колени, залилась слезами Анна. — Нет… нет…

Она безутешно плакала, всхлипывая и тяжело дыша. Теперь ей не увидеть отца и дом.