— Вообще-то, — тихо сказала Кристина, придвигаясь ближе, — Люсита должна была стегать меня, возможно даже в облике Индианы, взятого в плен и привязанного к пальме, якобы в качестве мести за сцену из начала фильма. В другом варианте ты бы взял меня, привязанную к пальме, а потом вылечил и еще раз взял. Но я поступилась своими интересами ради Алии.
— Чего это поступилась? — возразил Сергей. — Сто раз еще можно снять подобное, хоть возле каждой пальмы в Азии и Африке.
— С тобой неинтересно, — надула губки Кристина, — ты слишком быстро учишься.
— Нет, это вы слишком быстро перебираете извращения, — проворчал Сергей под нос. — Снято!
Принцесса окончательно осталась без одежды и Люсита довела ее до оргазма. Разумеется, лишних людей на «съемочной площадке» не было, но все равно это говорило о многом, укрепив Сергея в мнении, что нахер ему такая шестая жена не нужна.
— Еще я хотела снять сцену, как ее спасают русалки, — не унималась Кристина, — и потом забавляются.
— Слушай, ты не думала открыть свою порностудию⁈ — не выдержал Сергей.
— Кто тебе сказал, что я не владею парочкой? — поиграла бровями Кристина.
— Снимаем сцену из основного фильма! — повысил голос Сергей. — Русалки? Интересная мысль!
По сценарию Люси верхом на пегасе-Индии (для красивой картинки) должна были заметить издевательства над принцессой, спуститься и раскидать пиратов, спасти героиню Алии. Доставка домой, помощь в дороге, влюбленность, пусть и не сразу, помощь, вроде бы куда-то туда же планировалось приткнуть сцену с одалисками, хотя и без секса с цербером.
Теперь Сергей добавил еще иллюзий русалок и русалов, те напали на корабль пиратов, дырявили его.
— Хранительница ключа или координат Пятна Тьмы, — пояснил Сергей свою задумку.
Половина фильма, в общем-то, была снята примерно так же: сценарий, но с изменениями, дополнение и расширение идей, эпизоды, родившиеся на ходу и не только сцены из расширенной версии.
— И у меня есть идея, — добавил он, — тебе понравится, ты же любишь поступаться интересами ради Алии?
Пегас (Кристина с Люситой одновременно) летел, мощно взмахивая крыльями, подергивая хвостом. Сергей сидел, прижавшись к спине Алии, лечил ее разодранную спину и одновременно с этим ощущал жар чужого, практически обнаженного тела. Нельзя сказать, что он прямо переламывал себя через колено, сидящая в его объятиях принцесса была прекрасна телом и сама желала его, а жены не возражали и даже сами подпихивали вперед.
Но все равно ощущение еще одного шага за грань присутствовало.
— Вот вы и здоровы, Алия, — прошептал он ей в ухо, кладя руки на бедра, — ведь ваш отец ждет вашего сообщения?
— Да, — призналась та.
— Отправляйте, прямо сейчас. Пусть ждет, сразу проведем переговоры.
Она даже не поняла сразу, затем вспыхнула радостью, придвинулась. Сергей удержал, не дал ей оторвать зад от спины пегаса, и сам придвинулся, входя в нее. Алия застонала, выгнулась, передвигая его руки себе на грудь, закидывая голову и подставляя шею для поцелуев.
Ради Британии, с иронией подумал Сергей, ерзая на лету по шкуре пегаса и входя все глубже в принцессу.
Глава 48
Король Абдулла выглядел моложе своего возраста, отчасти благодаря использованию косметики и краске для волос. Не гнушался средствами обычных людей, что-то новенькое, подумал Сергей, продолжая разглядывать короля Аравии. Выступающий нос, густые брови, цепкий взгляд черных глаз, ни тени возмущения, что Гарольд-Сергей только что, верхом на своих женах, оттарабанил его дочку противоестественным образом, а замуж не взял.
Вокруг них словно бы сгустился сумрак, визуализация магических щитов, казалось, что больше ничего нет во всем мире, только Сергей и король Аравии напротив, столик между ними с мелкими парящими чашками, наперстками практически, от которых шел мощнейший запах кофе. Магические слуги добавляли что-то еще, словно сумрак сгущался и становился руками, передвигавшими предметы, выглядело красиво, пожалуй, такое стоило взять на вооружение и использовать в фильмах.
— Неудивительно, что Алия так рвалась к вам, Гарольд, — вздохнул Абдулла.
— Не только она одна, — чуть нахмурился Сергей.
— Я запретил всем, запретил, — чуть повысил голос король, — но всегда найдется черная овца в стаде. Ведь для них я не король, а просто отец или добрый дядюшка, ну что будет, если ослушаться? Пожурят и отпустят!
Сергея не отпускало подозрение, что тот «племянник» все же полез не просто так, но доказательств не было, а играть в Бонда не хотелось.
— Когда у вас будут дети, вы поймете, Гарольд, как трудно отказать любимой дочери.
Сердце Сергея пропустило удар, заболело так, словно его сжал великан. Уже скоро он станет отцом! Да, животы пока еще не топорщились, не тошнило, не хотелось посреди зимы свежей земляники, но все равно скоро, а он не готов. Не был отцом в прошлом мире, не готов им стать в нынешнем и Гамильтон, чертов Гамильтон. Любая из жен, дети, помощники, Псы, кто угодно мог оказаться под ударом ректора, едва дело дошло бы до открытой войны!