— Ну конечно, если дыня, то съедобна. Разве ты видела и несъедобные дыни?
— Грибы несъедобные видела. Правда, Вовка?
— В лесу встречаются несъедобные грибы, — подтвердил Володя. — У вас, наверное, не растут грибы — ведь здесь нет леса.
— А у нас грибы бывают в песках. У нас тоже поганки не едят. Но дыни все едят. И арбузы едят…
— Кто же не знает, что арбузы едят, — улыбнулся Вовка.
— А если знаешь, то скажи, чем различаются вот эти две дыни? — спросил я, показывая на каррыкыз и вахарман.
Они переглянулись. Потом Лиля стала просить меня:
— Ну скажи же, Базар!
Я рассказал про разные сорта дынь, которые росли у нас на бахче, и показал их Володе и Лиле. Лиля смотрела и изумленно ахала.
— У нас до ста сортов дынь, — сказал я и начал перечислять названия. Однако досчитал до десяти и запнулся. Вот дедушка, тот бы все сто, наверное, смог бы назвать.
— Идите сюда, идите! — крикнула Лиля. — Вы только посмотрите на эту дыню! Какая она большая! Вовка, и ты даже не сможешь поднять ее… Базар, и ты…
— Это не дыня, это тыква, — я засмеялся.
Лиля тихонько погладила тыкву, а Володя поставил на нее ногу.
— Осторожнее, вдруг она сломается! — испуганно воскликнула Лиля. Я засмеялся. Володя попытался обнять тыкву, но у него ничего не вышло. Мы втроем уселись на тыкве и вытянули ноги. Рядом с нами можно было посадить еще одного человека, а может быть, даже двух.
— Как же ее донести? — спросила Лиля. — Она такая огромная!
— Очень просто. Ее можно покатить.
Вдруг Лиля увидела висевшую на краю грядки люфу.
— А это что?
— Мочалка.
— Разве мочалки растут?
— А то как же.
— Я думала, их просто покупают в магазине.
— И хлеб в магазине покупают, а он растет в поле, — сказал Володя.
— То хлеб, а то мочалка. А мыться ею можно?
— Конечно, — сказал я, сорвал мочалку и вручил ее Лиле. — Намыль и мойся сколько хочешь.
Лиля запрыгала, словно поймала попугая.
— Нет, я не буду ею мыться, я спрячу ее и увезу в Ленинград.
Мне очень нравилось, что Володя с Лилей всему удивляются, и я раздумывал, что бы им еще показать, но тут послышался голос мамы, звавшей нас обедать. Мы побежали к шалашу. Я готов был еще раз "положить шапку" перед мамой. На помосте был накрыт стол, да какой красивый! Гости сидели по-туркменски — и дядя Миша и даже тетя Маша.
— Как хорошо, Коссек, что ты привез нас сюда, на бахчу! — веселым голосом говорил дядя Миша. — Здесь такой воздух, такая природа!
— Я даже не мечтала о таком! — вторила тетя Маша. — На всю жизнь запомню эту поездку!