— Ну и?
— Сердце у него еще билось. Командир, так приятно в руках держать, — проговорил он таким голосом, что по спине Анжелики пробежали мурашки, а такое не случалось очень и очень давно, — как будто птичку поймал!
— Ренар, ты заканчивай с этим. Иначе я сама твое сердце в руки возьму, — оборвала его Анжелика.
Группа передвигалась быстро и бесшумно, как тени в ночи. Они были одеты в костюмы цвета хаки, которые помогали сливаться с окружающей средой. Лица были скрыты под балаклавами, оставляя видимыми только глаза — холодные и решительные.
Группа зачистки двигалась по деревне, следуя указаниям следопыта. Наконец, на самом ее краю, Тарик остановился и поднял руку, сигнализируя остальным остановиться.
— Здесь, — прошептал он, указывая на заметные только ему следы на земле. — Они недавно прошли здесь, и провели тут почти сутки.
Анжелика кивнула и дала знак продолжать движение. Она заметила, как Ренар погладил ладонью сумку с инструментами, которая висела у него на поясе. Их целью было не просто найти врагов, но и выведать у них всю необходимую информацию.
— Джек, действуй, — тихо проговорил Тарик, показывая, казалось, на пустырь. Если бы не тонкие искажения воздуха, которые заметны только если знаешь где и что искать, никто бы не распознал здесь магию.
Джек вынул из кармана пороховницу, насыпал себе немного на ладонь, и дунул в сторону пустыря. Неожиданно сильный порыв ветра налетел на шатер. Его силуэт покрылся тонким слоем порошка.
— Сигнализация отключена, командир, — произнес он удовлетворенный своей работой.
Анжелика дала сигнал к атаке.
Они ворвались в шатер, застигнув врасплох слуг.
Ожесточенная схватка была короткой. Мало кто из людей по обе линии фронта мог тягаться с ее отрядом. Анжелика и её бойцы действовали быстро и решительно. Те слуги, которые пытались оказать сопротивление, были убиты мгновенно. Сопротивление было подавлено.
Анжелика согнала оставшихся одиннадцать человек в главный шатер. По её кивку, Джек и Тарик связывали их.
— Еще четверо мертвы, никто не ушел, отчитался Тарик, — здесь много ценностей, у нас хороший улов.
— Отличная работа, — кивнула Анжелика, и продолжила, обращаясь к Ренару — А ты вот этого, нарядного, подготовь для допроса. Узнай всю необходимую информацию и продолжим миссию.
Лицо Камиля было разбито, нос опухал, под глазами образовывались синяки.
— Джек, развяжи девочку, пусть нам еды принесет!
— И нет, Ренар, не здесь! Найди себе другое место, — брезгливо проговорила Анжелика, когда ее специалист по пыткам приблизился к камердинеру. — И поменьше крови!
Ренар забрал мелко дрожащего слугу в отдельный шатер. Кровать в нем была еще не застелена, на столе стоял огарок свечи. Мужчина поставил стул посреди комнаты и взглядом приказал пленнику сесть. Тот мелко трясся всем телом, безошибочно читая на лице Ренара, что будет происходить дальше.
— Ну, ну, только штаны не намочи…Я очень этого не люблю, — почти ласково проговорит мужчина.
Ренар подошел ближе и чуть надавил на плечо слуге. Тот тут же рухнул на стул. Она уставились в одну точку ковра, где темнели несколько капель крови.
— Хм, интересно тут у вас, — осклабился Ренар.
Он снял сумку, положил ее на стол и аккуратно достал содержимое. Камиль сидел боком и с ужасом смотрел на предметы, которые с легким стуком ложились на деревянную поверхность.
— Ах, чуть не забыл, — Ренар всплеснул руками, прямо как заботливая бабушка, которая не напоила чаем любимого внука, — я же не подготовил тебя… Ты извини, я со всеми, с кем работаю, перехожу на «ты». Иначе, понимаешь… без души как-то…
Мужчина достал из сумки клейкую ленту и тут же ловким движением примотала слугу к стулу на уровне груди. Затем наклонился и закрепил его ноги у ножек стула. Подергал, крепко. Удовлетворенно вздохнул.
— О, что же у тебя так стучат зубы, ты же их повредишь! — и он тут же ловким, отточенным движением засунул в рот слуге кляп.
— Будет лучше, если ты просто расслабишься и поговоришь со мной. Хорошо? — не очень хорошо!
Ренар все так же с нежностью смотрел на слугу. Тот был обездвижен, но молчал.
— Что-то подсказывает мне, что мы отлично сработаемся! Мне очень нравится, как достойно ты себя ведешь… Но… ты еще со мной не знаком… Это совсем не зазорно рассказать все, что знаешь такому человеку, как я. Это все равно рано или поздно произойдет.