Нашёл время выяснить.
— Почувствовал, — нехотя ответил я.
— Почувствовал, значит. Такое бывает, когда предчувствие хорошее, — покивал он. — Сколько бойцов, знаешь?
— Так я же говорил: больше пятидесяти человек пришло, если брать в расчёт экипажи танков.
— А сколько на склад идёт? — спросил он.
— Откуда ж я знаю, ваше благородие? — пожал плечами я. И так уже лишнего сболтнул.
— Угу, — хмыкнул Саламандров. — Ну, пойдём. Будем порядок здесь наводить. А то ишь, ходят лягушатники, как у себя дома. Давай-ка мы разделимся и пойдём по этим двум рядам, — он показал в сторону выходов.
Склад был построен таким образом, что там и было четыре огромных ряда стеллажей, два из которых были приставлены друг к другу и образовывали два прохода.
— Идём туда. Французов, надеюсь, ты жалеть не собираешься? — вздёрнул бровь он.
— Не собираюсь, — заявил я.
— Вот и прекрасно. Кто первый доберётся до выхода, тот молодец, — хохотнул он и обернулся на лестницу, с которой доносилось всё больше и больше возгласов. — Ну и давай, кто из нас больше убьёт французов, тому будет вкуснейший бутерброд на ужин.
Уж о чём о чём, а о еде точно думать не хотелось. Наоборот, комок подступил к горлу, а дыхание перехватило. Так частенько бывало перед столкновениями с противником. Судя по шипению рации и переговорам, французы явно перевозбудились. Я чётко расслышал фразу на французском. Кажется, это означает «стрелять на поражение».
Что ж, с пятью бойцами я один уже справился при помощи своей магии. И без особого труда или угрозы для своей жизни. Подавив нервную дрожь, проверил щит — надёжно ли он наложен. Хотя сам в этом ни черта не разбираюсь. Есть щит и есть. А насколько надёжный, кто ж его поймёт.
Кивнув Саламандрову, я, не дожидаясь команды, направился вперёд. Саламандров лишь хмыкнул и последовал моему примеру.
Я осторожно принялся петлять между стеллажами, стараясь не светиться сильно на проходе. И уже своими глазами на фоне неба разглядел фигуры солдат. Они, сгорбившись, осторожно входили в помещение склада, поводя по сторонам автоматами, будто ожидая, что мы будем ждать их с распростёртыми объятиями, когда они нас захватят.
Я решил добраться до середины склада и дождаться того момента, когда вражеские бойцы сами доберутся до меня. Стоило мне спрятаться, как я услышал сначала шипение, потом шорох и шум падающего тела. Следом послышался звук удара. Раздалась очередь. Затем ещё одна и ещё. Саламандров, похоже, решил не миндальничать с противником.
Сквозь полки стеллажей я видел короткие вспышки автоматных очередей, но разглядеть что-то конкретное пока было сложновато. Вдруг увидел яркую вспышку пламени и злой хохот Саламандрова. Он схватил какого-то бойца за шкирку, будто котёнка, и, приложив ладонь к его лицу, активировал пламенный поток, буквально пробив его голову насквозь. Затем он взмахнул рукой, и пламенный хлыст прочертил на груди двух бойцов огненные борозды, оставляя глубокие выжженные раны.
По складу разнёсся душераздирающий крик.
Да господи, почему надо действовать с такой жестокостью? Неужели нельзя просто спокойно разделаться с противником?
Стоит ли говорить, что до меня бойцы так и не дошли. Те французы, что хотели пройти по моему ряду, быстро развернулись и побежали своим на подмогу. Ну что ж, гоняться за ними, что ли?
Я выглянул из-за стеллажа и увидел удаляющиеся спины. Насчитал восьмерых человек и тут же принялся осыпать их огненными мячами, даже не делая передышки. Выпустил около двадцати огненных шариков, которые буквально распотрошили троих бойцов, что были ближе ко мне, и поранили ещё троих. Оставшиеся двое, быстро поняв, что дело неладное, бросились в разные стороны, уходя с линии огня.
— У нас потери! У нас раненые! Мы под обстрелом! — наперебой завопили солдаты на французском.
Я же бросился за ними следом — отпускать никого нельзя. В этот момент откуда-то со стороны лестницы послышалась автоматная очередь. Затем ещё одна, и ещё. Видимо, те бойцы, что зашли к нам за спину, увидели Саламандрова и решили атаковать его.
Полыхнуло так, что у меня в глазах забегали зайчики. На этот раз характер криков и переговоров по рации изменился.
— Аристократ, здесь аристократ! Здесь маг! — вопили французы наперебой. — Скорее, скорее, нужна подмога!
— Убирайтесь оттуда! — доносилось в ответ из рации.
В этот момент стена в пяти метрах от меня взорвалась каменным крошевом. Там образовалась довольно массивная дыра. Всё тут же заволокло едким дымом, каменной крошкой и пылью.
— Вася, не зевай! Они по нам из танка долбят! — захохотал Саламандров.
И весь склад снова вспыхнул от огня. Мучительных стонов стало куда больше. Скольких там убил Саламандров, даже думать не хочу. Но ему это дело явно нравилось.
Тем временем на подмогу к первой партии бойцов добавились ещё с десяток. Трое французов суетились, раскладывая пулемёт, дуло которого было направлено аккурат на склад.