— Кроме того, король Царства Снежной Песни убила Бога Дракона Алого Вымирания одним ударом меча. Только с этой силой, кто посмеет ослушаться!
В это время от внешней границы донеслось внезапное движение, и две ауры ворвались внутрь защитного барьера.
— Мама, ты действительно не можешь входить, Его Высочество Повелитель дьяволов как раз… — Это был беспомощный и немного смущенный голос Шуй Ин Юэ.
— Что Его Высочество Повелитель дьяволов? Это мой зять, абсолютно естественно, чтобы тёща увидела своего зятя!
— Но… ах!
Разразилась буря, и, как только Юнь Чэ оглянулся, в одно мгновение появилась фигура, за которой в полной растерянности последовала Шуй Ин Юэ, но не решилась остановить ее силой.
Это была женщина, на вид около тридцати лет, одетая в голубой халат, с нежным лицом и глазами, похожими на цветы персика. Как только она прибыла, ее глаза пристально посмотрели на Юнь Чэ, но ее взгляд не был и на наполовину испуганным перед Повелителем дьяволов, наоборот она изогнула брови, и улыбающееся выражение почти вышло из глаз.
— Мама, зачем ты ворвалась сюда? — Шуй Мэйинь мелькнула и встала рядом с женщиной, ласково взяв ее за руку.
— Что? Ворвалась?! Непочтительно так говорить со старшими. — Женщина протянула руку и коснулась щеки Шуй Мэйинь, но ее глаза продолжали улыбаться прикованные к лицу Юнь Чэ, — разве мама здесь не для того, чтобы увидеть мужа, которого ты выбрала?
— Э после того, как он стал Повелителем дьяволов, он не только выглядит более красивым, чем тогда, но и более величественным, особенно с этой очаровательной и свирепой аурой, перед которой ни одна женщина в мире не может устоять. Достойно маленькой Иньинь. Даже мама… если бы она родилась на несколько десятков лет позже, какое дело было бы до твоего отца.
Юнь Чэ, — …
— Ах, — Шуй Ин Юэ слабо вздохнула, выглядя беспомощной.
— Кхэ, кхэ, кхэ, кхэ, кхэ! — Шуй Цяньхэн встал с перекошенным лицом, обращаясь к Юнь Чэ, — это… моя жена Чэн Ваньсяо, также родная мать Ин Юэ и Мэйинь, и эта женщина, хотя и моя жена, она так и не выучила этикет и говорит, что на уме, поэтому Повелитель дьяволов не должен принимать это близко к сердцу.
Закончив говорить, он нахмурился, посмотрев на женщину, одновременно торопливо сказал, — кто тебя впустил, уходи!
Но женщина не обратила внимание и даже не посмотрела на Шуй Цяньхэна, она продолжала щуриться в улыбке, глядя на Юнь Чэ, ее глаза цвета персика улыбались, как будто они действительно вот-вот расцветут.
Юнь Чэ тоже встал и почтительно приветствовал, — этому младшему Юнь Чэ приятно наконец познакомиться с тетей.
Шуй Мэйинь очень часто упоминала свою мать перед ним, поэтому он давно знал имя «Чэн Ваньсяо», но сегодня он впервые встретил ее.
Будучи самой молодой наложницей Шуй Цяньхэн, Чэн Ваньсяо вошла всего несколько десятилетий назад, но уже пользовалась громкой славой. Так как две ее дочери… Шуй Ин Юэ и Шуй Мэйинь, теперь были королем Царства Стеклянного Света и богиней Мэйинь.
С этими двумя дочерями, Чэн Ваньсяо не нужно было ничего делать, чтобы затмить главную жену Шуй Цяньхэна и всех его наложниц.
Всем было ясно, что Чэн Ваньсяо если потребуется, может утвердиться в качестве главной жены всего, одним словом. Однако, она высмеивала положение главной жены… Шуй Мэйинь не раз говорила Юнь Чэ, — моя мать говорила, жена хуже наложницы, чем моложе наложница, тем большей благосклонностью она пользуется.
И Шуй Мэйинь не только была очень привязана к матери, но и явно испытывала к ней глубокое чувство восхищения.
Чэн Ваньсяо улыбнулась и сказала, — какая тетя? Называя меня тетей, ты не только называешь меня старой, но и оскорбляешь меня. Называй меня тёщей, тёщей… если это невозможно, можешь называть меня старшей сестрой.
Ноги Шуй Цяньхэна ослабли, и он едва не упал на колени на месте.
— Эх… как может этот младший нарушать этикет. — Юнь Чэ сказал, — я часто слышал, как Мэйинь упоминала тётю, только сегодня я имел удовольствие встретиться с ней, и это действительно так, как сказала Мэйинь, это заставляет людей… чувствовать себя омытым весенним ветерком.
Чэн Ваньсяо тут же прикрыла рот и улыбнулась. Она была способна понять, что Юнь Чэ тайно сдерживает свирепую, холодную ауру, естественно исходящую от его тела, и его уважение к старшим было необычайно искренним, поэтому он еще больше ей понравился и удовлетворил, — само собой, иначе как я могла родить и воспитать таких хороших дочерей?
В этот момент ее веки внезапно опустились, и она подняла маленькую ручку Шуй Мэйинь, выражение ее лица мгновенно изменилось с полной улыбки на плачущий крик. — В будущем, маленькая Иньинь будет принадлежать кому-то другому. Хороший зять, ты должен хорошо относиться к маленькой Иньинь. Если над маленькой Иньинь будут издеваться, для мамы это будет очень больно.
— … Не волнуйтесь тётя, этот младший обязательно всем сердцем будет хорошо относиться к Мэйинь и не позволит страдать от каких-либо обид. — Юнь Чэ поручился на ее глазах.
— Мама, старший брат Юнь Чэ всегда относился ко мне очень хорошо, не нужно специально напоминать об этом. — Шуй Мэйинь скривила глаза, невозмутимо разоблачив намерения матери.
— Кхэ, кхэ, кхэ! — Шуй Цяньхэн уже онемел от скальпа до спины и, наконец, не мог не сказать, — Ваньсяо, ты уже встретилась с Повелителем дьяволов, поэтому вернись первой, у меня с Повелителем дьяволов есть важные дела для обсуждения.
Но Чэн Ваньсяо бросила на него непонимающий взгляд, и наоборот потянула Шуй Мэйинь вперед на несколько шагов и сказала Юнь Чэ, — хороший зять, у меня тоже есть важное дело, которое я хочу просить у тебя, конечно, и это точно гораздо важнее дела мертвого дьявола.