- Мастер дворца Мурон и фея Юэчан, должно быть, находятся внутри. Усинь тоже бывает здесь каждый день… ах! Верно! – Ся Юаньба резко схватил Юнь Чэ за руку и потянул. – Ну, давай же! Ты должен встретиться с ними и успокоить…
Глаза Шуй Мэй Инь вспыхнули прежде, чем он успел закончить предложение, и Ся Юаньба внезапно замер, как статуя. Его глаза расширились, когда он понял, что не может ни двигаться, ни говорить. Если взглянуть со стороны, единственным, что доказывало, что он все еще был в сознании, были его двигающиеся глазные яблоки.
- Старший брат Юнь Чэ, – прошептала Шуй Мэй Инь, приближаясь к Юнь Чэ и чувствуя дрожь в его душе, – не сомневайся, это – Голубая Полярная Звезда. Ты, без сомнения, сейчас находишься на родной планете, по которой так скучал. Это не иллюзия и не сон.
- Твои близкие, твоя семья, твои друзья, твоя дочь… все они живы. Они все это время были живы и здоровы.
- … Угх… – зубы Юнь Чэ не переставая стучали, в то время как пальцы дрожали на ладони Шуй Мэй Инь.
Шуй Мэй Инь продолжила:
- Все дело в том, что планета, которую уничтожила Божественная Лунная Императрица, называлась Небесная Водяная Звезда. Ты принял ее за Голубую Полярную Звезду, потому что они похожи по размеру и цвету. На большом расстоянии их еще труднее отличить.
- Координаты, на которых мы сейчас находимся, соответствуют бывшему расположению Небесной Водяной Звезды.
- Голубая Полярная Звезда и Небесная Водяная Звезда поменялись местами перед самым разрушением. Голубая Полярная Звезда была телепортирована на юг Южного Божественного Региона, а Небесная Водяная Звезда оказалась на востоке Восточного Божественного Региона.
- ?!.. – глазные яблоки Ся Юаньба чуть не выпали из орбит. Ему казалось, что он слушает какой-то невероятный миф.
Шуй Мэй Инь подняла Копье Вселенной и тихо сказала:
- Перемещение планет звучит как чудо, которое может осуществить только древний Истинный Бог, верно?
- Но в мире все еще остался один предмет, который может сотворить подобное… это было разовое чудо, которое, возможно, никогда больше не повторится, но оно произошло благодаря тебя.
Ее голос снова и снова касался его души, как легкий ветерок.
Пальцы Юнь Чэ дернулись, когда он медленно, очень медленно вытянул руки вперед. Он выглядел так, будто пытается прикоснуться к миру перед собой.
Мир, который, как он думал, он потерял навсегда.
Дрожь в его руках не была сознательным действием. Это было своего рода желание, порожденное из глубины самого сердца.
В то же время он высвободил восприятие души, пытаясь связаться с людьми и душами, которых, как он думал, потерял навсегда.
Удивленная Шуй Мэй Инь попыталась остановить его, но сам Юнь Чэ вздрогнул, будто что-то осознав, и в панике отпрянул. Он даже перестал дышать, как будто этого действия было достаточно, чтобы раскрыть миру свое присутствие.
- Старший брат… Юнь Чэ, – Шуй Мэй Инь почувствовала резь в носу и нежно обняла его.
Юнь Чэ не переставал дрожать с самого начала. Он крепко стиснул зубы и протолкнул что-то первобытное, что грозило вырваться из его горла.
Однако следом за голосом Шуй Мэй Инь покатилась слеза. Она упала на бескрайний снег под его ногами, исчезая из поля зрения.
Десять вдохов… двадцать вдохов…
Было так тихо, что можно было услышать только ветер, снег и неконтролируемый звук, вырвавшийся из горла Юнь Чэ.
- Старший брат Юнь Чэ.
Шуй Мэй Инь дернула его за рукав, и тишина наконец была нарушена. Юнь Чэ медленно повернулся лицом к Юаньба.
Его глаза были закрыты, и он делал все возможное, чтобы контролировать выражение лица, эмоции и особенно ауру… но его лицевые мышцы все еще дергались против воли.
Когда он наконец заговорил, его голос звучал хрипло и отстраненно:
- Иди домой, Юаньба. Не… никому не говори, что видел меня.
Чтобы вернуть то, что он потерял…