Все звезды в этом огромном звездном регионе погасли.
Вся территория была заполнена метеоритами и космической пылью. Рассеивающаяся божественная сила Пурпурного Пилона и стихийная энергия Юнь Чэ сверкали ярким светом, пожирая все, что приближалось к ним.
Юнь Чэ стоял гордо и высоко в поле метеоритов. Рана на его груди была ужасной и зловещей, но он, казалось, не обращал на нее внимания. Его мрачные глаза были устремлены на красную фигуру вдалеке. Ее аура была чрезвычайно слабой и хрупкой, заставляя его губы изогнуться в холодной и жестокой улыбке.
Раны Цянь Инь были тяжелыми, но ни одна из них не представляла угрозы для жизни. Ее тело расплылось, когда она подошла к Юнь Чэ. Глаза девушки были направлены в том же направлении, что и Юнь Чэ, когда она сказала холодным и равнодушным голосом:
- Подумать только, что ты действительно сожжешь свою собственную жизненную силу, чтобы уничтожить Божественные Владения Пурпурного Пилона. Твое желание убить и Юнь Чэ, и меня настолько сильно, что это довольно озадачивает. Честно говоря, я даже не знаю, хвалить тебя за твою жестокость или насмехаться над твоей глупостью!
Ся Цин Юэ медленно поднялась на ноги.
Кап…
Кап…
Капли свежей крови медленно падали с ее бледных губ. Они медленно, но неумолимо стекали с ее губ, и каждая капля окрашивала ее красные одежды в еще более темный алый оттенок.
Как у Божественной Лунной Императрицы, в этом мире не было почти никакой силы, которая могла бы действительно толкнуть ее в отчаянное положение.
Юнь Чэ поклялся убить ее сам, но он слишком хорошо знал, что было бы полной глупостью полагать, что он и Цянь Инь смогут убить Ся Цин Юэ, чья сила уже превзошла Юэ Уя. Они определенно будут вынуждены использовать козырную карту, несмотря ни на что.
Но сейчас, казалось, в этом не было никакой необходимости.
Божественные Владения Пурпурного Пилона были несравненно сильны, и пока они не могли сломать их, область была достаточно сильной, чтобы привести их в отчаяние.
Их сила действительно превысила пределы нынешней Вселенной. Но девушке пришлось заплатить огромную цену, чтобы использовать это царство, хотя она уже обладала девятью изысканными телами.
Ей пришлось сжечь свою собственную жизненную силу, чтобы использовать область, так что природа ее владений была на самом деле очень похожа на самую ужасную из божественных сил Злого Бога – Другой Берег Асуры.
Таким образом, если эта божественная область, которая была связана с ее жизнью, будет насильственно разорвана, ответная реакция намного превысит побочные действия от самых жестоких владений в нынешней Вселенной.
Ее жизненная сила и ее тело получили тяжелые повреждения, а ее внутренняя энергия быстро рассеивалась. Как будто она не могла собрать ее в одно целое. Предполагалось, что это будет долгая и затяжная битва, ожесточенная и жестокая борьба до самого конца, но она быстро завершилась, потому что девушка использовала Божественные Владения Пурпурного Пилона. В своем нынешнем состоянии она была не более чем ягненком, ожидающим, когда Юнь Чэ и Цянь Инь зарежут ее.
Она уже подсчитала, что вероятность того, что это произойдет, была очень высока из-за присутствия Юнь Чэ. Тем не менее, она все еще не колебалась, чтобы использовать эти владения. Потому что это была ее последняя игра, и это была единственная карта, которую она могла разыграть.
Ее фиолетовые волосы беспорядочно спадали на плечи, мгновенно становясь чернильно черными, создавая резкий контраст с ее все более бледным лицом. Она уставилась на Юнь Чэ и Цянь Инь, тихо шепча себе:
- В конце концов, я все еще… Не смогла… Ничего сделать…
- Нет, ты молодец! Ты очень хорошо справилась!
Юнь Чэ медленно продвигался вперед, и по сравнению с мягким и лихорадочным шепотом Ся Цин Юэ его голос был пронзительно холодным.
- Ты очень… Очень удачно заставила меня стать монстром!
Он медленно поднял Меч Поражающего Небеса Императора Демонов и направил его на далекую Ся Цин Юэ. Кончик его меча вспыхнул мрачным черным светом.
- А теперь пришло время… Расплатиться с долгами!
Кап…
Еще одна капля крови мягко упала с ее губ.
По какой-то странной причине Юнь Чэ почувствовал мучительную боль в своем сердце, когда смотрел в эти затуманенные глаза, наполненные болью. Казалось, что бесчисленные иглы глубоко вонзились в его сердце.
Однако жестокий образ Голубой Полярной Звезды, распадающейся под этим фиолетовым светом, немедленно вспыхнул в его сознании, разрывая его сердце другой болью, которая была столь же сильной. Он стиснул зубы, когда ненависть и жажда убийства яростно хлынули в его меч. Однако даже когда он крепко стиснул зубы от ярости, то обнаружил, что не может говорить.
Учитывая хрупкую и совершенно испорченную ауру Ся Цин Юэ, он мог убить ее большим количеством способов, чем мог сосчитать.