Если бы это был кто-то другой, к тому времени, когда он был в десяти шагах от нее, ее Нефритовый меч уже заколол бы.
Но это был Юнь Чэ…
Его дыхание, его глаза… все в нем было слишком тиранично для души.
Когда он сказал «я сделаю сам», в ее сердце росло неописуемое ожидание. Однако его следующие слова так и не дошли до ее ушей.
Она так нервничала, что была ошеломлена, однако чувствовала, как его лицо и аура приближаются к ее губам… ближе…
Ее мозг потерял способность думать, а все ее тело было настолько размякшим, что она даже не смогла собрать ни капли сил, чтобы сопротивляться. Она слегка повернула свою красивую голову… но это было только немного. После этого, в разгар своего крайне хаотичного сердцебиения, она почти непроизвольно закрыла глаза.
Именно в этот момент теплые глаза Юнь Чэ вдруг засияли двумя пурпурными огоньками.
Луч пурпурного света выстрелил в лоб Шуй Инюэ, как вспышка света.
Духовная Длань Подчинение Души!
Тело Шуй Инюэ мгновенно застыло на месте.
Ее красивые глаза медленно открылись, но цвета в них уже не было.
Не колеблясь, Юнь Чэ спросил так быстро, как мог, — семь лет назад, в тот день, когда Поражающий Небеса Император-Дьяволов ушла, когда я был в коме в Царстве Стеклянного Света, Мэйинь находилась рядом со мной?
Душа Божественного мастера была чрезвычайно сильна. Даже если духовная сила и сила души Юнь Чэ превосходили силу Шуй Инюэ, ему невозможно использовать Духовная Длань Подчинение Души на ней.
Поэтому он использовал эту презренную тактику.
Шуй Инюэ была совершенно беспомощна против него с самого начала, и под его постоянным давлением и агрессией ее сердце и душа были погружены в полный хаос.
Вероятно, не будет преувеличением сказать, что это был самый хаотичный период в ее жизни… и он воспользовался этой возможностью, чтобы успешно подчинить ее душу.
Но даже если он преуспел, количество времени, которое он мог бы поддерживать, определенно было очень коротким.
Губы Шуй Инюэ открылись, когда она невыразительным голосом сказала, — Мэйинь… находилась с тобой.
— Разве она ни разу не уходила? — Снова спросил Юнь Чэ.
Глаза Шуй Инюэ слегка дрогнули, и было очевидно, что ее душа уже начала бороться, — ни на мгновение… она не оставляла тебя….
Этот ответ заставил выражение лица Юнь Чэ замереть на мгновение.
Невозможно было лгать под подчинением души Духовной Длани.
— … — Коротко задыхаясь и цепляясь за последний намек на удачу, он сказал несколько низким голосом, — Мэйинь когда-нибудь специально говорил вам, что, если однажды я задам вам этот вопрос, вы ответите… что она ушла ненадолго.
Глаза Шуй Инюэ вот-вот рухнули от напряженной борьбы, но все же ей удалось произнести смутное слово, — да.
— … — Разум Юнь Чэ беспрестанно гремел.
— Ву… Ах!
Тело Шуй Инюэ яростно качнулось, мгновенно проснувшись.
Она прислонилась к стене, провела рукой по лбу и с беспокойством посмотрела на Юнь Чэ, — что… ты сделал со мной?
— … — Ответа не было.
Взгляд Юнь Чэ был слабым, а лицо белым, он повернулся и медленно зашагал. Его ноги были слабыми и окоченевшими.