Сердце Цан Шитяня яростно колотилось, потом быстро еще раз поклонился громко закричал, — поздравляю, императора Юня, с еще одной божественной наложницей! Лицо божественной наложницы подобно небесному совершенству, ее аура подобна ауре бессмертной. Она истинное нефритовое кольцо императора Юня…
— Она моя дочь, — холодно сказала Юнь Чэ.
Крики Цан Шитяня резко прекратились, и тогда его рука поднялась и с силой махнула ему по лицу, все его тело рухнуло на землю, и он сказал дрожащим голосом, — Шитянь заслуживает смерти, пожалуйста, я прошу императора… и принцессу Его Величества наказать меня.
— Хм! — Юнь Чэ выступил вперед с холодным взглядом, — зная твои способности, Цан Шитянь, как ты ничего не узнал о женах и дочерях этого императора в Низшем Царстве после нескольких месяцев?!
— Отвечаю императору. — Цан Шитянь выглядел испуганным, но его взгляд встретился с холодным взглядом Юнь Чэ, — Шитянь всегда гордился тем, что он самый верный пес под командованием императора, служа императору и протягивая руку, даже в самых тайных и грязных местах.
— Но там, где император не хочет, чтобы его касались, даже если у Шитяня в тысячу раз больше способностей и в десять тысяч раз больше мужества, он никогда не коснется! И я никогда не позволю прикоснуться к ним.
Эти слова были произнесены Цан Шитянем почти из глубины души.
И на публике не только Юнь Чэ и Чи Ву, но и все стражи Императорского Города Юнь могли услышать это ясно.
Когда-то он был Божественным императором Королевского Царства, но теперь он мог «растоптать» себя до такой степени ради того, чтобы показать свою верность, Цан Шитянь также считался, первым человеком.
Юнь Усинь долго была в изумлении.
Бросив глубокий взгляд на Цан Шитяня, Юнь Чэ, казалось, больше не собирался продолжать это дело, и обернулся, чтобы сказать, — давайте поговорим в зале.
Почти все большие и малые дворцы Императорского Города Юнь имели отдельное пространство, а интерьер был намного больше, чем казался снаружи, особенно главный зал в самом сердце Императорского Города Юнь.
В главном зале Юнь Чэ сидел в кресле императора, символизировавшем верховную власть в мире, и слушал доклад Цан Шитяна о последних важных событиях в трех областях и об увеличении Хранителей Порядка.
Откровенно говоря, он чувствовал себя довольно неловко при немного торжественных сценах.
— … За последние 100 дней в трех областях было 1923 восстания различных типов, половина из которых была в Западной Божественной области, 35% в Восточной Божественной области и 15% в Южной Божественной области.
— Было 1921 мелких восстания и два больших восстания, все подавлены за семьдесят два часа. Среди мятежников был один Божественный Владыка, тринадцать Божественных Королей, 101 Божественных Духов, а остальные были ниже Царства Божественного Духа.
Эти цифры были намного меньше, чем ожидал Юнь Чэ, но они не слишком удивили его.
Изменение эпохи и резкое изменение правил должны сопровождаться взлетами и волнениями. Тем более, что восприятие тьмы трех Божественных областей было глубоко укоренено в течение миллионов лет и не могло быть изменено в одночасье, всегда найдутся люди, которые умрут за свои убеждения и будут сражаться на смерть.
Однако, поскольку самые сильные уровни силы в мире уже находились под контролем Юнь Чэ, число и масштабы этих восстаний, даже если бы они были в тысячу раз больше, не представляли ни малейшей угрозы.
В частности, чем мощнее и выше уровень, тем больше людей понимают, насколько глупо идти против нынешней силы Юнь Чэ.
Поэтому среди всех бунтов, произошедших за эти сто дней, самым сильным практикующим был только Божественный Владыка и десяток Божественных Королей.
— Как вы наказали этих людей? — Спросил Юнь Чэ.
Цан Шитянь ответил, — соблюдая приказ императрицы, 90% казнены и были связаны с тремя кланами, 10% покалечены, а еще сто десять получили прощение.
Сказав это, он сразу же добавил, — кланы казненных мятежников и их родственные кланы, также находятся под контролем, и особенно те, кто был покалечен и помилован, не допускалось никаких упущений. Если император желает изменить наказание, он может отдать приказ в любое время.
— В этом нет необходимости, — сказал Юнь Чэ, — просто выполняйте приказы так, как они есть.
Юнь Усинь, с любопытством слушавшая со стороны, тихонько сплюнула кончиком языка.
Все дорогу слушать «тетю Чи Ву» было совсем не легко, оставив в стороне титул императорской супруги, однако она исполняла обязанности императора.
— Из многих восстаний неудивительно, что Западная Божественная область является самой многочисленной. Но разве Южная Божественная область составляет менее 20%? — Юнь Чэ опустил брови, — ты уверен в этом?
Цан Шитянь не колебался и тут же ответил, — Ваше Величество, хотя Шитянь из Южной Божественной области, он, не щадя жизни подчиняется императору, и его честь в десять тысяч раз больше, чем честь императора Голубого Вала! Я бы никогда не посмел скрыть какое-либо снисхождение по отношению к Южной области.
— Когда император накрыл небеса, устроив резню в Восточной Божественной области и казнил наибольшее количество практикующих Восточной области, ввиду этого небольшое количество мятежников Восточной области было вызвано ненавистью к погибшем тогда родственникам и клану.