Тянь Гу Ху и Юнь Чэ оба были на одном уровне одной ступени, но он предложил признать свое поражение, если не сможет победить Юнь Чэ за семь атак. Как правило, подобное пари можно было описать только как невероятно тщеславное и идиотское.
Но не в этот раз, так как тем, кто его предложил, был сам Тянь Гу Ху – Божественный Владыка седьмого уровня, который мог на равных сражаться с Божественным Владыкой десятого уровня!
Никто и не помышлял о том, что Тянь Гу Ху может проиграть, хотя по уровню они оба были равны. Он также был единственным присутствующим здесь сегодня Божественным Владыкой, который мог сокрушить противника того же уровня совершенствования всего за семь атак.
Предложение Тянь Гу Ху было превосходным ходом, потому что он мог укрепить свою репутацию, излить гнев Небесных Владык и одновременно унизить своего противника. Он убил бы трех зайцев одним выстрелом. Он мог заставить этого Лин Юня потерять все достоинство перед смертью и на долгое время стать посмешищем даже после смерти.
И это был верный ход. Было бы слишком легко просто убить его, учитывая все совершенные преступления против Царства Небесной Империи и Небесных Владык..
Гнев в глазах каждого превратился в насмешку. Даже Короли царств, которым обычно ничего не оставалось, кроме как восхищаться Божественными Владыками, смотрели на Юнь Чэ с презрением и жалостью.
- Лин Юнь… Ты наверняка достаточно смел, чтобы принять такие условия, верно? – медленно произнес Тянь Гу Ху.
Несколько Небесных Владык даже громко фыркнули, когда услышав это.
Юнь Чэ с хлопком поставил руки себе на колени и поднялся на ноги. Затем слабо и равнодушно он сказал:
- Семь – слишком много. Давай три.
Глава 1629.1. Переоценивая Себя
От слов Юнь Чэ глаза Тянь Гу Ху сузились, а хохот вокруг мгновенно усилился в несколько раз. Многие пары глаз тут же отвернулись, отказываясь смотреть в сторону Юнь Чэ.
Улыбка Гу Ху выражала слабую насмешку, его голос также стал немного дружелюбнее:
- Кажется, даже несмотря на то, что ты тот еще клоун, я все еще слишком высоко оцениваю тебя.
В этот момент, Тянь Гу Ху и все вокруг него пришли к молчаливому согласию в том, что перед ними предстал особый сорт мусора, для описания которого было бы мало использовать слово “бесчестный”. Пусть он и был Божественным Владыкой седьмого уровня, при этом он не имел права даже называться его противником.
Тот факт, что Тянь Гу Ху проявил инициативу и сделал шаг ему навстречу, сейчас фактически принизил его статус и достоинство.
- Но даже так… Меня все устраивает, – Гу Ху медленно кивнул, более не произнося насмешливых слов.
- Тогда давай три. Я исполню твое желание.
С еще более презрительным выражением лица он поднял три пальца:
- Если ты перенесешь три моих атаки, я буду считать это твоей победой. У тебя есть, что добавить по этому поводу?
Верно, будучи равным по совершенствованию своему противнику, будучи Божественным Владыкой седьмого уровня, он планировал победить Лин Юня за три атаки!
Это предложение, этот дух, эта сила… Словно он был равен самим небесам.
Это также был максимально высокомерный ответ на провокацию человека, которого он намеревался тщательно растоптать.
Юнь Чэ искосу взглянул на него, словно на муравья:
- Великий Подражатель, ты, похоже, не так понял. Я имел в виду, что если это ТЫ выдержить три МОИ атаки – ты можешь считать себя победителем.
Когда эти слова прозвучали, все в Небесной Императорской Башне в очередной раз замолчали, вслед за чем разразились новой, несравненно свирепой волной дикого смеха. Даже те Короли высших царств, которые имели крайне высокие положения, держась за животы.
- Кстати, я окажу тебе еще одну услугу, – на фоне бесчисленных насмешек голос Юнь Чэ был тихим и неторопливым.
- После моих трех атак, если ты окажешься в состоянии стоять на ногах – это будет считаться твоей победой, – уголки его рта приподнялись, изображая самую надменную и презрительную улыбку из всех, которые когда-либо показывались на его лице.
- Я поверить не могу, что Тянь Гу Ху потратил столько времени на этого сумасшедшего! – холодно возмутился Хо Тянь Син.
- А как по мне, так это очень даже интересно, – сказал Мудрец-Гадюка со своей привычной легкой улыбкой.