Судебный дознаватель фараона: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

— Не понимаю, — карлик мотнул головой, и до Гормери долетели теплые капли пота. Он предпочел отодвинуться подальше, — Как пропажа девицы могла помешать изготовлению украшений? Только не говори о внутреннем состоянии. Разве сердечное беспокойство от того, что ты расстроил царя не больше, чем от исчезновения дочери?

Вопрос был опасный. Конечно, любой нормальный родитель скорее удивится такому сравнению, но благоразумный человек предпочтет промолчать, чтобы не навлекать неприятности на себя и на своих детей. Ювелир оказался благоразумным. Он медленно кивнул, прикрыв глаза, сглотнул и ответил слегка надтреснутым голосом:

— Видите ли, господин, моя Неферет обладает удивительной фантазией. Последние лет десять только она и придумывает образы для моих украшений. Вот эта колонна, она тоже выдумка моей доченьки. Она у меня красавица, и всё вокруг себя делает прекрасным.

Карлик уже набрал в грудь побольше воздуха, чтобы как следует отчитать ювелира. Было за что, в конце концов он тянет с заказом почти два сезона! Но Гормери решил, что сделать выговор за нерадивость можно и потом. И он быстро вклинился с вопросом:

— Как давно пропала ваша дочь?

Не ожидавший от него ничего кроме покашливаний Хепу вздрогнул, уставился на молодого выскочку, влезшего меж двух взрослых мужей, но, быстро оценив ситуацию, предпочел свернуть беседу в предложенное русло. И ответил, стараясь не обращать внимания на недовольно засопевшего карлика:

— Больше двух десятин…

(У древних египтян неделя длилась десять дней. От этого и название — десятина).

— А точнее? Когда вы видели ее в последний раз?

— Э… — очевидно так вопрос никогда перед Хепу не стоял. Что он и подтвердил, сказав, — Последнее время она редко бывала дома ночью. Да и днем забегала разве что переодеться. Она закончила обучение в храме и стала жрицей. У нее службы…

— Что⁈ — Гормери едва удержал себя в сидячем положении.

Анхатон показательно вздохнул. Еще бы! Какие могут быть службы? Служит богу Атону только сын его Эхнатон! А если жрецы не служат Атону, то какому богу они поклоняются? Уж не одному ли из ныне запрещенных? Хепу тут же понял, что ляпнул лишнее, но было поздно. Высокомерная отстраненность с него слетела как шелуха, плечи его поникли. Он заговорил быстро, умоляюще заглядывая в глаза то одному гостю, то другому:

— Простите, я неправильно выразился. Училась-то она на жрицу, ну так это до сих пор тут называется. Но какая там жрица! Чему их в этой школе при храме учат-то: петь, танцевать, вышивать, да похлебки варить. Моя Наферет без матери росла, вот я и отдал ее, чтобы подготовили ее там по женской части. А в храме она не служит, а прислуживает. Да хоть верховного жреца спросите, алтари они моют, колонны, да полы протирают…

— И днем, и ночью полы трут? — изумился Гормери, хотя внутри у него все клокотало. Врет же ювелир, это видно.

— Ну так, чтобы чисто было… А может… а может и отговаривалась. Девчонка-то взрослая. Наверняка же парень у нее появился. Вот она и…

Тут он снова осознал, что сказал лишнее. Где это видано, чтобы отец пускался в такие откровения о дочери перед первыми встречными. Он замер, и, закрыв лицо ладонями, замолчал.

— Ты искал дочь? — поинтересовался Анхатон.

Ювелир энергично закивал, не отнимая рук от лица.

— Хотелось бы знать подробности, — карлик покосился на отставленный стакан с водой и снова брезгливо поморщился.

А Гормери с жадностью осушил свой и, подойдя к столику, налил себе еще.

— Через пять дней, как Неферет покинула дом, я пошел в храм. Спросил, кто ее видел. Жрецы ответили, что давно она уже не появлялась. А как давно, кто ж знает. Подружек ее моя Хенмет расспрашивала, — он кивнул в сторону пруда, и стало понятно, что речь идет о его молодой супруге, — Они с Неферет ладили. Но даже ей ничего выяснить не удалось. Тогда я к маджоям пошел. Прямо в управление нашего Восточного города. Они обещали найти. Как видите, до сих пор ищут. Через десятину я написал в управление царской сокровищницей. Не могу я выполнить заказ без моей Неферет. И сердце не на месте, да и рисунок она не закончила. Показать могу. У меня в мастерской лежит.

Разговор с кокетливой и глупенькой женой ювелира ничего не дал. Да, были подружками, да, делились сокровенным. Но то ли Хенмет эта не такая дурочка, как кажется, то ли Неферет ей действительно ничего не рассказывала, сообщить что-либо проливающее свет на причину исчезновения падчерицы она так и не смогла. Только глазки строила и томно вздыхала.

Испросив разрешение, Гормери поднялся на второй этаж и осмотрел спальню Неферет. Его сопровождала все так же пухлозадая темнокожая служанка. В комнате юной фантазерки было прекрасно. Настолько, что Гормери снова замер, ошарашенно оглядываясь. Поначалу ему показалось, что стены колышутся. И сама комната покачивается, словно он снова оказался в корабельной каюте.

Присмотревшись, понял, в чем подвох — в легком сквозняке, пробивающемся из двух верхних окон и приоткрытого люка над кроватью колыхаются расписанные под траву и цветы тонкие полосы материи, натянутые по стенам. С потолка свисает странная конструкция из палочек, разноцветных пушинок и колокольчиков, которая крутилась, слегка позвякивая. Все это постоянное движение создавало ощущение воздушности и нереальности.

Мебель же стояла незыблемо и была дорогой, сработанной в одном стиле: кровать, столик с зеркалом, стул рядом с ним и два больших кресла на тонких выгнутых ножках, изображающих лапы какой-то огромной кошки. Льва или гепарда. На кровати белье из тонкой гладкой материи, пышные подушки с золотыми кистями. Очевидно, что Неферет в этом доме любят и ценят, и уж точно не рады ее исчезновению. Помощник писца осмотрел столик с большим зеркалом из хорошо отполированной меди. Очень качественная работа. Ничем не хуже, чем в спальне у Небет. И баночки со всякими женскими мазями и благовониями из дорогого финикийского стекла.

— Куда ж ты сбежала из такого-то дворца? — пробубнил себе под нос Гормери.

Тут стоявшая в дверях служанка громко и недовольно хмыкнула.

Он посмотрел на нее с интересом.

— Так ясно куда, — женщина фыркнула, давая понять писцу, что уж она-то эту молодежь насквозь видит, — К мужику! Хозяин-то и слушать не желал, чтобы от себя ее отпустить. А девке 20 лет стукнуло. Последний шанс, можно сказать. Ведь еще годик-другой и кому она нужна будет?

— А хозяин почему ее не отпускал?