— Вы очень добры, доктор. Почему эта комната… такая голая?
— Я велел вынести все лишнее, чтобы защитить вас.
— Защитить меня? От кого?
— От самого себя.
— Да… понимаю…
— Ну, мне пора идти. Я пришлю к вам служителя с ужином. Постарайтесь лежать совершенно спокойно. Потеря крови очень ослабила вас.
Когда утром Винсент проснулся, у его кровати сидел Тео. Лицо у Тео было бледное, перекошенное, глаза покраснели.
— Тео, — сказал Винсент.
Тео соскользнул со своего стула, встал у кровати на колени и взял Винсента за руку. Он плакал, не стараясь сдержаться и не стыдясь своих слез.
— Тео… вот так всегда… когда я просыпаюсь… и ты мне очень нужен… ты рядом.
Тео не мог вымолвить ни слова.
— Это жестоко… погнать тебя в такую даль. Как ты узнал?
— Вчера я получил телеграмму от Гогена. Успел сесть на вечерний поезд.
— Напрасно Гоген ввел тебя в такие расходы. Ты сидел тут всю ночь, Тео?
— Да, Винсент.
Они помолчали.
— Я разговаривал с доктором Реем, Винсент. Он говорит, что это солнечный удар. Ты все время работал на солнце без шляпы, Винсент, ведь правда?
— Да.
— Вот видишь, старина, этого не надо было делать. Теперь ты должен всегда надевать шляпу. Здесь, в Арле, у стольких людей бывает солнечный удар.
Винсент с нежностью пожал брату руку. У Тео застрял комок в горле, и он никак не мог его проглотить.
— У меня есть одна новость, Винсент, но, я думаю, лучше нам подождать несколько дней.
— Хорошая новость, Тео?
— Надеюсь, что тебя она обрадует.
В комнату вошел доктор Рей.
— Ну, как сегодня чувствует себя больной?
— Доктор, брат хочет сообщить мне хорошую новость. Можно?
— Полагаю, что можно. Обождите, — минуточку, минуточку. Позвольте, я взгляну. Что ж, отлично, прямо-таки отлично! Теперь рана быстро начнет затягиваться.
Когда доктор вышел, Винсент попросил Тео рассказать новость.
— Винсент, — сказал Тео. — Я… ну, как тебе сказать… я встретил девушку.
— Правда, Тео?