Жажда жизни. Повесть о Винсенте Ван Гоге: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

— Фу-Ру! Так ты знаешь меня?

— Я видела тебя на площади Ламартина. Зачем это ты вечно таскаешь какую-то раму на спине? И почему никогда не носишь шляпы? Разве солнце тебя не печет? Смотри, какие у тебя глаза красные. Тебе больно?

Ее детская наивность рассмешила Винсента.

— Какая ты славная, Рашель. Будешь звать меня по имени, если я скажу, как меня зовут?

— А как тебя зовут?

— Винсент.

— Нет, мне больше нравится Фу-Ру. Ты не против, если я буду звать тебя Фу-Ру? И можно мне чего-нибудь выпить? Старый Луи следит за мной из зала.

Рашель притронулась пальцами к своей шее; Винсент смотрел, как они погружались в мягкое тело. Она улыбалась своими глуповатыми голубыми глазами, и он понимал, что она улыбается в предвкушении счастья и хочет, чтобы и он был счастлив. У нее были ровные, красивые, хотя и темные зубы; полная нижняя губа слегка отвисала и почти закрывала впадинку над пухлым подбородком.

— Закажи бутылку вина, — сказал Винсент. — Но не очень дорогого, — у меня мало денег.

Когда вино было подано, Рашель спросила:

— Не перейти ли нам в мою комнату? Там гораздо удобней.

— Что ж, с удовольствием.

Они поднялись по каменной лестнице и вошли в комнатку Рашели. Там стояла узкая кровать, шифоньерка, стул, на выбеленных стенах висело несколько цветных юлианских медальонов. На шифоньерке Винсент заметил две рваные, затасканные куклы.

— Я привезла их из дому, — сказала Рашель. — Возьми их, Фу-Ру. Вот это Жак, а вот это Катерина. Я играю с ними в папу и маму. Ой, Фу-Ру, почему у тебя такое смешное лицо?

Действительно, Винсент стоял посреди комнаты и глупо улыбался, — в каждой руке у него было по кукле. Вдоволь нахохотавшись, Рашель отняла у Винсента и Жака и Катерину, посадила их на шифоньерку, сбросила с ног сандалии и сняла платье.

— Сядь, пожалуйста, Фу-Ру, — сказала она. — Давай играть в папу и маму. Ты будешь папа, а я мама. Ты любишь играть в папу и маму?

Это была невысокая, коренастая и крепко сбитая девушка с выпуклыми, крутыми бедрами; ее острые груди сильно выдавались вперед, а пухленький круглый живот круто сбегал к промежному треугольнику.

— Рашель, — сказал Винсент, — если ты будешь звать меня Фу-Ру, я тоже придумаю тебе имя.

Рашель захлопала в ладоши и бросилась к нему на колени.

— Ох, скажи, скажи, какое же это имя? Я люблю, когда мне придумывают новые имена.

— Я буду звать тебя Голубкой.

В светлых глазах Рашели мелькнуло недоумение и обида.

— Почему же Голубкой, папа?

Винсент легонько провел ладонью по ее круглому, девическому животу.

— Потому что ты похожа на голубку: у тебя нежные глазки и маленький толстенький животик.

— А это хорошо — быть голубкой?

— Ну, конечно. Голуби очень милые, очень нежные… и ты такая же, как они.

Рашель потянулась к нему губами и поцеловала его в ухо, потом вскочила с кровати и достала два стакана для вина.

— Какие у тебя смешные уши, Фу-Ру, — сказала она между двумя глотками. Она пила, как пьют дети, сунув в стакан нос.

— Тебе нравятся мои уши? — спросил Винсент.