— Интересно Аннабел, как вы ухитрились так близко по добраться к самым важным сейчас для меня людям? Что для этого понадобилось?
— Природное обаяние в сочетании с тем фактом, что у меня есть жизнь, а у вас — нет.
Правда жизнью это можно назвать лишь с натяжкой. В среду утром мистер Броницки угрозами и запугиваниями вытащил ее в рекреационный центр, на потлак таких же престарелых пенсионеров, как он сам. Она согласилась только после того, как он клятвенно пообещал снова пригласить в ресторан миссис Валерио.
Хит промокнул губы салфеткой.
— Так что говорил обо мне Робиллар?
Аннабел задумчиво грызла корочку. Пришлось напомнить себе, что именно по этой причине он и устроил этот домашний вечерок.
— Он сказал, что вы номер один в его черном списке. Точная цитата. Но вы, возможно, и без того это знали.
— И что же вы ответили?
— Ничего. Слишком была занята, облизываясь на Робиллара. Господи, до чего же хорош!
Хит нахмурился.
— Дин Робиллар — не из тех наивных дурачков, о которых я говорил. Поосторожнее с ним. Он расправляется с женщинами, как с картофельными чипсами.
— Ну, беби, меня он может проглотить одним махом, как только захочет.
К огромному удивлению Аннабел, он принял ее слова всерьез.
— Вы не можете им увлечься! А вот это уже интересно.
— Смею ли я потребовать разъяснений?
— Послушайте, Аннабел, Дин — неплохой парень, но женщины для него — все равно что скальпы для индейца — способ показать себя и похвастаться завоеваниями. Если бы он мог, наверняка делал бы зарубки на прикладе.
— А вы боитесь, как бы я не пострадала?
— Господи, все-то вы знаете.
Он предоставил ей редкую возможность заглянуть глубже в жизнь и прошлое Хита Чампьона.
— Исключительно из любопытства, — повторила она, — сколько зарубок сделали вы? То есть когда была такая возможность. И кстати, как давно это было?
— Слишком много зарубок. И я вовсе не горжусь этим, так что никаких лекций.
— И вы действительно считаете, что ваши лихие деньки позади?
— Не считай я так, не собрался бы жениться.
— Ничего вы не собрались. Даже не дошли до второго свидания.
— Только потому, что нанял двух ленивых, невежественных свах.
Она ничего не сказала о визите Порции, да и что могла сказать? Что Порция Пауэрс — стерва? Он и сам это знает. Кроме того, следовало бы признаться кое в чем еще, и при мысли об этом замирало сердце.
— Сегодня утром мне звонила Клодия Ришмен. Она все еще хочет увидеться с вами.
— Нет, в самом деле?
Криво улыбаясь, он развалился на стуле.
— А почему она звонила вам, а не Пауэрс?