«Одной из нас и сейчас приходится», — подумала Молли.
Ру, обожавший Фэб, вскочил ей на колени.
— Я так рада, что удалось взглянуть на иллюстрации к «Дафне», прежде чем ты их отослала! А выражение мордочки Бенни, когда велосипед занесло и он очутился в луже! До чего уморительно! Есть новые идеи?
Молли немного поколебалась.
— Разве что в самой начальной стадии.
— Ханна была вне себя от восторга, когда Дафна перебинтовала лапу Бенни. Она считала, что Дафна ни за что его не простит.
— Дафна — очень добрая крольчишка. Она даже не пожалела своей розовой кружевной ленточки на перевязку.
Фэб рассмеялась:
— Бенни еще плохо знает женщин. Чудесная книжка, сестричка. Ты каким-то образом ухитряешься дать детям очередной важный жизненный урок, не теряя при этом юмора. Ты настоящий писатель.
— Знаешь, раньше я просто не понимала, что создана именно для этого.
— Кстати, насчет… Дэн, ты не помнишь… — начала Фэб, но тут же осеклась, сообразив, что муж куда-то исчез. — Он, должно быть, пошел в ванную.
— Там не убрано, — встревожилась Молли. — Надеюсь, он не слишком…
Громко охнув, она повернулась к двери.
Поздно.
В комнату ворвался Дэн с двумя коробками из-под тестов на беременность. В его огромных кулаках они казались боевыми гранатами.
Молли закусила губы. А она-то пока не хотела им говорить! И без того у них немало неприятностей из-за проигрыша на чемпионате АФК, а тут еще и это!
Фэб, не поняв сразу, в чем дело, с недоумением приподняла брови. Муж бросил коробочки ей на колени. Она прочла надпись и схватилась за голову.
— Молли!
— Понимаю, что тебе уже двадцать семь, — начал Дэн, — и мы не можем вмешиваться в твою личную жизнь, но я все же должен спросить.
У него был такой сокрушенный вид, что Молли съежилась. Невыносимо! Дэн — прекрасный отец, и ему труднее, чем Фэб, смириться со случившимся.
Молли взяла у сестры коробочки и отставила в сторону.
— Почему бы тебе не сесть, Дэн?
Он медленно опустился на диван рядом с женой. Фэб инстинктивно вложила руку в его ладонь. Двое против целого мира. В такие моменты Молли особенно остро ощущала собственное одиночество.
Сама она устроилась напротив.
— Мне нелегко говорить вам это, но я беременна.
Дэн побледнел, и Фэб поспешно прильнула к нему.
— Знаю, для вас это потрясение, и потому прошу прощения. Но о ребенке не жалею.
— Лучше скажи, когда свадьба, — выговорил Дэн, едва шевеля губами, и Молли снова вспомнила, каким неумолимым может быть зять. Если она не устоит, сдастся, он не даст ей ни жизни, ни покоя.
— Никакой свадьбы. И папочки у моего ребенка не будет. Так что тебе лучше заранее смириться с тем, что твоя родственница скоро станет матерью-одиночкой.
Фэб, казалось, потеряла дар речи.