И мы отправились на уроки. Когда мы зашли в класс, то там уже сидели две рыженькие Гарины, вроде, и Кирилл с Феликсом (до сих пор не знаю, кто есть кто). Я удивлённо посмотрела на Рину, ведь вчера этой четвёрки не было, разве что на собрании были парни, и я не думала, что они учатся в нашем классе.
— Они никогда не приходят на линейку. — ответила девушка и мы направились за свободную парту.
Не люблю сидеть спереди, но и на последней парте тоже, третия-четвертая самые идеальные, по-моему и, судя по занятым местам, не только «по-моему». Поэтому нам досталась почётная вторая парта у окна. Ну, хоть не первая.
На всех уроках мы занимали это же место, что меня не очень радовало, ведь, мы могли бы сесть сзади, но нам приходится сидеть за чёртовой второй партой!
Так прошли пять мучительно долгих уроков. Следующими двумя у нас идёт физическая культура — именно так, нас заставляют записывать ее в дневнике. И да, в одиннадцати классе мы ведём дневник, точнее я.
— Почему школьной формы у вас нет, а на физ-ру есть дресс-код?
— Раньше его не было, но года два назад одна из старшеклассниц пришла в спортивном, то ли костюме, то ли бильё — особо разбираться не стали, выставили из зала и заставили переодеваться. С тех пор строгий дресс-код на спортивную форму. Только штаны и только футболки. — издала нервный смешок и натянута футболку блондинка. Я дошнуровала белые шнурки и мы направились к выходу из раздевалки.
Любила ли я спорт? Нет, определённого нет. Даже если у меня и был дар к нему, я все равно его не любила. Не смотря на то, что я никогда, не занималась каким-либо видом спорта, помимо урока в школе, — хотя, даже там я бывала крайне редко. В основном приходила на три урока, что бы было необходимое количество оценок, — я была в отличной форме. Я из тех девушек, которые могут есть, как не в себя и не толстеть. Но Рине, как я успела понять из вчерашнего разговора в кафе, приходится постоянно «подсчитывать свои калории» — как она выразилась.
— Почему так много народу, в нашем классе ведь гораздо меньше человек? — спросила я у девушки, параллельно садясь на скамеечку.
— Мы будем заниматься одновременно с параллелью. Поэтому парни из «Б» класса, как и девочки, тут присутствуют. Обычно уроки физ-ры у нас совмещённые. — Рина приняла расслабленную позу и прикрыла глаза, похоже, её вымотал этот день.
— Почему некоторые парни…
— В баскетбольной форме? — договорила она. Я как-то упоминала о том, что не люблю когда меня перебивают? Похоже, этой девушке отлично подходит высказывание «В одно ухо влетело, в другое вылетело.» — Эта наша баскетбольная команда.
— И в неё, конечно же, входят те два красавчика? — скептически усмехнулась.
Пытаюсь найти глазами знакомые лица, но неожиданно заципаюсь за ярко-рыжую макушку и смотрю на неё несколько секунд. Словно почувствовав мой взгляд, парень оборачивается и приветливо улыбается. Я застываю на некоторое время, ведь, лицо кажется мне слишком знакомым, а затем отвечаю такой же приветливый улыбкой.
— На самом деле, только Кир входит в состав команды. Феликсу некогда этим заниматься, хотя, он довольно хорош и даже мог бы стать капитаном. — она ловит мой взгляд и хитро смотрит на меня, после чего на её лице появляется ухмылка.
Я не придаю этому особо значения, так как меня отвелкает мужчина средних лет. Среди чёрных волос виднеется лёгкая седина, а когда-то ярко-зелёные глаза стали тусклыми, кое-где виднеются морщины. Высокий, но сутулый мужчина махнул мне рукой, тем самым подзывая к себе. Алексей Павлович — именно так зовут нашего учителя, — начинает объяснять правила, график дежурства и прочее. На что я изредка киваю, пытаясь запомнить полученную информацию.
После чего, дав указания ученикам, ведёт меня в свой кабинет — как бы это странно не звучало, даже у учителя физ-ры есть собственный кабинет. Я ставлю подпись под техникой безопасности и мы выходим от туда.
Первый урок проходит незаметно, но при этом очень энергично. Пытаясь хоть как-то охладить себя, начинаю отдергивать футболку, тем самым создавая лёгкий ветерок. Но он не сильно меня спасает.
— Ты ведь говорила, что не занимаешься спортом! — недовольно восклицает Мягкова. Делаю глоток из горла бутылки, которую сегодня специально взяла с собой. И, как всегда, из-за моей неаккуратности некоторое количество жидкости льётся мимо рта.
Вытераю пролившуюся воду с подбородка и, гордо задрав голову, заявляю: «Говорила, так оно и есть». Девушка фыркает и, не спросив разрешения, забирает из моих рук полу пустую бутылку.
— Вообще-то, я и правда редко занимаюсь спортом. Но, как говорила моя прошлая учительница: «у меня талант, дорогуша!» — Ринка недовольно хмыкает.
— Мне бы хоть чуть-чуть твоего таланта. Ты же представить себе не можешь, сколько мне нужно сделать, что быть в такой прекрасной форме! А я ведь тоже девушка, я ведь тоже сладенькое люблю. — выпячивает нижнюю губу Мягкова и, закрутив крышку, возвращает мне бутылку.
Перемена заканчивается, что совсем не радует ни меня, ни учеников. Все вяло тащатся в спортивный зал, где уже находится Алексей Павлович. Подозреваю, он от сюда и не выходил. А, впрочем, зачем ему это?
— Судя по вашему виду, вы сильно устали. — неожиданно заявляет он, когда проходит около половины урока, — Так уж и быть, я дам вам отдохнуть. Садитесь на скамьи, и старайтесь не попасть под мяч. — вопросительно смотрю на Рину.
— А, сейчас баскетболисты играть будут. — вяло отмахивается блондинка и плюхается на скамейку.
Я следую ее примеру и в следующую же секунду вытягиваю уставшие ноги вперёд. Тренер распределяет парней на команды, вручает номера, — что бы парни не запутались, кто в какой команде, — и в зале раздаётся свист.
Баскетболу нас, в старой школе, начали учить в пятом классе. Вот только я человеком тогда была довольно болезненным и редко появлялась не только на уроках физ-ры, но и в школе. Соотвественно, когда моим одноклассникам объясняли правила игры и они уже достаточно поднабрались опыта, я только вернулась в школу после очередной месячной болезни. Поэтому я была новичком, которого ни кто не хотел брать в команду — они и не брали. Сидя на скамейке одна, я так и не научилась играть в баскетбол. Хоть и усердно пыталсь попасть в какую-нибудь из команд, но все наотрез отказывались меня брать. И даже тогда, когда в командах было не поровну участников и наш преподаватель заставлял их брать меня, кто-то из девочек противоположной команды ссылался на боль, тем самым не вступая в игру и делая количество игроков одинаковым. После двух лет я просто забила на это, постоянно прокручивая у себя в голове фразу «Не уметь играть в баскетбол — не конец света. Да и зачем оно мне? Я же не собираюсь в спорт идти!».
— Нора! — прокричал мужской голос и только я подняла голову, как мне по носу прилетел мяч, который почему-то в последствии отскочил и укатился в сторону.
— Ты как? Сильно болит? — Ринка повернула меня к себе и я почувствовала, как что-то тёплое и жидкое медленно течёт к моим губам, — Ой, мамочки, у тебя же кровь! — к нам уже бежит Алексей, и начинает осматривать моё лицо, после чего запрокидывает мою голову вверх.
— Нужно что бы кто-то отвёл тебя в мед-пункт, а то ещё заблудешься и упадёшь в обморок по дороге! — и только сейчас я ощущаю дикую боль, из-за чего начинаю кривиться, но делаю только больнее, — Парни, идите-ка сюда. — зовёт он баскетболистов.