Глаза Габриэля горели. — Я должен был продолжить. Надо было оставаться в курсе дела. Если спасаешь чью-то жизнь, на тебе лежит определенная ответственность.
— Это чистое, настоящее призрачное дерьмо, — заявила она, как она надеялась, звонко.
— Как только я передал тебя твоему отцу и медикам, я ушел на следующее задание, — продолжил Габриэль.
— Помню, — холодно сказала она. — Много дел. Выследить серийного убийцу в Тропическом лесу. Подняться на следующую ступеньку своей карьерной лестницы.
— Организация новой Гильдии с нуля требует много времени и сил.
Она застонала. — Да, знаю. Возможно, мне немного обидно, но я живу дальше. Честно.
— Посмотри на положительную сторону, — сказал Габриэль.
— А есть положительная сторона?
— Если бы я не вернулся, у тебя, возможно, никогда не было бы возможности сказать мне, как ты на меня злишься.
Она моргнула, обдумывая это. У нее поднялось настроение. — Ты прав. Это определенно плюс. Плюс я определенно могу использовать деньги по контракту, который ты предлагаешь. В последнее время дела шли немного напряжено, а теперь мне еще светит счет за прекрасный торт. Ты хоть представляешь, сколько стоит такой свадебный торт?
— Не могу сказать.
— Я тоже не знаю. Никогда не было возможности узнать. Держу пари, что торт такого размера стоит пару сотен долларов.
— Если бы мы могли вернуться к теме…
— Верно. — Она взяла себя в руки. —
Он кивнул и вернулся к обшариванию территории. Он остановился возле груды раскрошенного кварца. Энергия изменилась вокруг него. Он протянул руку и положил ее на зеленый камень.
— Есть, — сказал он. Он говорил очень тихо. — Здесь они тебя схватили.
Она замерла. — Что? Откуда ты знаешь?
— Я могу прочитать твои отпечатки. Страх. Ярость. Отчаяние. — Габриэль медленно поднялся и посмотрел на нее. — А также вижу отпечатки людей, которые тебя похитили. В них много жара.
Она посмотрела на него, а затем на светящиеся кварцевые обломки. — Ты можешь видеть пси- отпечатки?
Он пожал плечами. — Я же говорил тебе, я хорошо умею охотиться на людей.
— Сможешь ли ты опознать отпечатки?
— Не в том смысле, который ты имеешь в виду. Я могу чувствовать энергию в них. Подхватить немного эмоций. Это все равно, что бежать по следам призрака. Если я встречу человека, который оставил энергию, я иногда могу установить связь. Я знаю, например, что некоторые из этих следов принадлежат тебе, потому что мы провели некоторое время вместе, и я… чувствую твою силу.
— Я думала, охотники за привидениями хороши только в… — Она смущенно замолчала.
— Создавать и обезвреживать энергетические призраки в туннелях? Традиционно это считается основным требованием к работе, если хочешь в Гильдию. Но, как я уже говорил, все меняется. Принимаются и другие таланты. Я происхожу из семьи, в родословной которой на протяжении поколений присутствовали сильные пси-вибрации. Мои предки на Земле обладали настоящими паранормальными способностями. Гильдии нужен был мой талант следопыта.
— Понятно, — сказала она.
Но она не купилась на такое складное объяснение. Гильдии были известны своей приверженностью определенным традициям. Униформа не сильно изменилась за сто лет. И все знали, что внутри организаций способность справляться с призрачным огнем традиционно определяла продвижение охотника по служебной лестнице — ну, плюс к этому безжалостность и смекалка.
Было неслыханно, чтобы кто-то с другим видом экстрасенсорного таланта даже присоединился к Гильдии, не говоря уже о том, чтобы подняться на вершину организации. Но в данный момент у нее другие проблемы, поэтому она отложила этот вопрос и сосредоточилась на более важном.
— Итак, теперь ты веришь моей версии событий? — она сказала.