— И что там, лори Хейзел? — поинтересовался Майер. — Вы же любите совать нос в чужую корреспонденцию!
Маргарет сделала вид, что пропустила шпильку мимо ушей. Куда больше ее заботило содержание письма. А значилось там только одно: мама Стефана умерла от внезапной и непродолжительной болезни.
— Бедный Стеф, — тихо сказала Марго. — Его мамы больше нет.
— Жаль, — откликнулся Майер. — Я знал ее немного, она была неплохим человеком.
— И причиной, по которой он приехал в Бейлстоун.
Джемс кивнул. Он казался отстраненно-спокойным, будто все происходящее мало его заботило. Что же, здесь все умели носить маски. Сначала Маргарет хотела как можно скорее найти Стефана, но потом решила, что другого случая поговорить с Майером у нее не будет. А то, что она хотела сказать, не стоит откладывать.
— Джемс, мне стоит попросить прощения, — набралась она храбрости.
Майер едва заметно усмехнулся.
— И за что же? — уточнил лениво.
— За украденные письма, — ответила Марго. — Я не имела права их забирать и читать.
— Хорошо, что вы это понимаете, лори Хейзел, — с подчеркнутой вежливостью ответил профессор. — Как видите, никому чужая корреспонденция не приносит счастья. И все же я вам благодарен. Если бы не вы, наверное, я бы так и не решился прочитать письма Адалины.
— Но почему? Она ведь любит вас. А вы, видимо, любили ее.
— И люблю, — легко признался Джемс. — Но Ади нет места в Бейлстоуне, если вы не заметили. И было бы нечестно поддерживать ее надежду. Да и мне стало бы сложнее находиться здесь, если бы я прочитал эти письма раньше. Теперь она замужем, и я могу быть спокоен. О ней есть, кому позаботиться.
— Глупо, Джемс, — вздохнула Маргарет. — Вот так отгородиться от любимого человека. Если бы вы написали ей не ждать, она бы смирилась с вашим ответом.
— А если я не желал этого писать? — резко спросил Майер. — Если хотел, чтобы ждала? Вы этого не могли предположить, лори Хейзел?
— Тогда почему оставили ее?
— Вы же сами читали: ради магии. Ради силы!
— Я вам не верю.
Повисла тишина. Марго уже начало казаться, что Майер не ответит, когда он все-таки заговорил:
— Иногда единственное, что мы можем сделать ради безопасности наших любимых, это оставить их, Марго. Если бы я попросил, Ади поехала бы со мной. Но вы бы смогли привезти любимого человека в Бейлстоун?
— Нет, — ответила Маргарет.
— Вот и я не смог. Адалина заслуживает счастья. Я уже не тот человек, которого она любила. Она забыла обо мне, и у нее все будет хорошо.
— Но вы могли бы вернуться к ней! Зачем вам Бейлстоун, Джемс?
— Кто, если не я? — Майер качнул головой. — Допустим, я соберу вещи и уеду. Что будет со студентами левого крыла, Марго? Скажите мне вы.
— Ректор Ноттингс присмотрит…
— Ректор Ноттингс хоть бы за собой присмотрел! — выпалил Майер. — Мой брат не способен держать Бейлстоун в своих руках. И ректор он здесь только потому, что мне этот пост не нужен. Я не хочу работать с теми, кто попадает в правое крыло. В ком мэ-лорд видит будущее своей страны. Они глупы и заносчивы в большинстве своем. Но если не будет меня, левое крыло закроют, уж поверьте. И куда отправят всех этих ребят? Туда же, куда должны были. На казнь. Мэ-лорд скор на расправу. Уверен, его любимая сестра умерла не просто так. Своим отъездом Стефан выиграл лишь немного времени. То же самое будет и здесь. Погибнут студенты, да и моя голова быстро покатится. Мэ-лорда устраивает, что я в Бейлстоуне. И меня, в общем-то, тоже. Привык.
Марго не знала, что на это сказать. Она все равно не понимала Майера. Как его вообще заманили во все это? Почему он изначально согласился возглавить проект «Бейлстоун»? Зачем отказался от жизни, от любви? И вряд ли он расскажет об этом.
— Ступайте, лори Хейзел. — Тон Майера снова стал ровным и холодным. — Ваш сиблинг нуждается в вашей поддержке. Чувствуете, как нестабильна ваша магия?
— Да, профессор Майер.
— Вот и отправляйтесь к Стефану, пока он не начал тянуть ее из вас куда активнее. Видимо, из Торейна такая себе жилетка.