— Мика мертв?
Она отстранилась, чтобы посмотрел мне в глаза, выражение ее лица было мрачным.
— Да. Он поглощал энергию гидролокатора достаточно долго, чтобы Захак смог освободиться, но его раны были слишком серьезны, чтобы их можно было вылечить.
Это был удар в грудь, сильный и стремительный, и я на мгновение замкнулась в себе.
— Он спас нас всех, — прошептала я, слишком разбитая, чтобы делать что-то большее, чем дышать, слезы медленно катились по моим щекам.
— Он будет удостоен чести, — наконец произнес Захак вслух. — Он умер смертью воина.
К черту все это. Твою мать!
Мне было плевать на смерть и честь воинов. Я просто хотела вернуть своего друга.
— Его энергия разнесла кристалл на куски, — добавил Эммен, и если бы у меня были силы, я бы врезала этому ублюдку.
Было еще слишком рано говорить о его смерти и о том, как его самопожертвование спасло нас. Мика был моим другом, и он рисковал всем, чтобы дать нам шанс в этой войне.
Эммен продолжил:
— Но думаю, что теперь я знаю, как мы можем перехватывать волны гидролокатора без жертв. — Он взглянул в мою сторону, но я не улыбнулась в ответ. — Морган подала мне первоначальную идею.
— Достаточно, — коротко сказал Захак. — Сейчас не время. Возьмите его тело, чтобы мы могли почтить его память. Нам нужно уйти и перегруппироваться. В следующий раз, когда мы ступим сюда, мы уничтожим Падших.
Какая-то часть меня понимала, что я была в шоке, не готова смириться со смертью Мики. Он был здесь всего две минуты назад, живой и сражающийся, а теперь его не стало. Просто… ушел из этого мира.
Как это можно принять и понять? В этом не было никакого смысла. Должны быть недели и месяцы на пути к смерти, и тогда ты все равно будешь горевать в конце… я чувствовала, что времени никогда не хватит… но это не было бы так чертовски внезапно.
Лекси крепче прижала меня к себе, и у меня возникло ощущение, что, хотя она и оплакивала Мику, ей было не по себе. Она не очень хорошо его знала, да и я, честно говоря, тоже, но он был одним из немногих фейри, кто взял меня под свое крыло и принял такой, какая я есть. Он никогда не высмеивал мою человечность и делал мое пребывание на занятиях по борьбе более терпимым.
Он был моим другом, и как человек, у которого их было немного, я крепко держалась за тех, кого впускала в свое сердце.
Блядь.
Захак был тихим утешением в моей голове, поглощая мои болезненные мысли. В его эмоциях не было ни ревности, ни собственничества, поскольку он позволил мне оплакать моего друга.
«Ты заботишься обо мне всем сердцем и душой», — сказал он глубоким рокочущим голосом. «Судьба распорядилась наилучшим образом для меня, ла мойар».
Слезы продолжали литься, и я не могла их остановить. В конце концов, Захак не смог сдержаться и обнял нас с Лекси, так как мы все еще прижимались друг к другу.
— Тилан, — проворчал он.
Это было единственное слово, которое он произнес, но его брат точно знал, чего он хотел. Он подошел и взял Лекси на руки, прижимая к себе ее покрытое синяками и ссадинами тело. То, что моя сильная сестра-воин прижалась к его широкой груди и закрыла глаза, говорило о том, насколько она была ранена. Мне нравилось, что между ними было столько доверия, что она позволила ему помочь.
В следующее мгновение Захак уже держал меня на руках, и, хотя я больше не была ранена и могла ходить, я не сопротивлялась. Мы обе нуждались в этом. Нам нужны были связь, исцеление и комфорт.
Эммен подошел к телу Мики, и я заставила себя смотреть, как моего друга подняли и перекинули через плечо. Эммен был нежен, и я хотела, чтобы все мы ушли отсюда живыми и невредимыми.
Сегодня желания превратились в несбывшиеся мечты, и у меня не было звезды, которая привела бы меня домой.
«Ты дома, Морган».
Голос Захака в голове напомнил мне, что сегодня еще не все потеряно. И Мика хотел бы, чтобы я считала свои благословения и наслаждалась каждой секундой, которую мы провели вместе. Я сказала ему, что не смогу смириться с тем, что он жертвует собой ради меня, но, в конце концов, это было ради всех нас.
И ради Райзиста.
Он дал нам шанс в битве, которую нам все еще предстояло вести, но, к счастью, это было завтрашней проблемой.