История Рима: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

Подданные

6. Подданные — последнюю и самую бесправную категорию италийского населения составляли те племена и общины, которые полностью сдавались на милость победителя — Рима. Они обычно и назывались «сдавшиеся» (dediticii (мы переводим это словом «подданные»)). Они не пользовались почти никакими правами, не могли носить оружия и были подчинены империю римских магистратов и промагистратов, имевших военное командование в Италии.

На положении dediticii находились некоторые племена южной Италии, например, бруттии. Эта категория получила особенное распространение после II пунийской войны, когда перешедшие на сторону Ганнибала племена были наказаны лишением самостоятельности.

Характер римского управления Италией

Что представляла собой италийская федерация? Больше всего она напоминала греческие симмахии типа афинской морской державы (архе), но с тем отличием, что в Италии правовая дифференциация общин была проведена гораздо резче. Италия под властью Рима отнюдь не являлась территориальным национальным государством. Это была федерация автономных и полуавтономных полисов и племен, фактически подчиненных Риму. Такой характер италийского государства вытекал из природы рабовладельческого полиса как самодовлеющего и замкнутого целого и из характера рабовладельческой экономики, не способной создать единый национальный рынок, а следовательно, и единое территориальное государство.

Мы уже говорили, чем объяснялись различия в юридическом положении отдельных членов италийской федерации по отношению к Риму: с одной стороны, Рим должен был считаться с удельным весом покоренных общин; совершенно очевидно, что родственный по культуре Тускул или богатую Капую нельзя было ставить на одну доску с некультурными бруттиями; с другой стороны, римское правительство проводило сознательную политику разъединения, ставя италийские общины в различное правовое положение; в духе той же политики римляне всегда и неизменно поддерживали в завоеванных общинах аристократию, что давало возможность опираться на нее в нужных случаях.

В управлении Италией Рим придерживался сравнительно мягкой тактики: завоеванным, как мы видели, предоставлялась известная внутренняя самостоятельность, а некоторым — даже права римского гражданства. Как правило, они не платили налогов, если не считать «налога крови», т. е. обязанности выставлять вспомогательные войска. Завоеванным общинам оставлялась значительная часть их земель, обычно от 1/2 до 2/3. Остальная земля отбиралась. Она частью обращалась в ager publicus и сдавалась в аренду, частью продавалась желающим (в том числе и ее бывшим владельцам), частью раздавалась бесплатно римским гражданам в виде мелких участков.

Такая мягкая политика по отношению к италикам стояла в резком противоречии с более поздней провинциальной политикой Рима. Население провинций рассматривалось как абсолютно бесправная масса подданных, облагалось высокими налогами и т. п. Эта разница объяснялась несколькими причинами. Начнем с того, что завоевание провинций произошло главным образом во II—I вв. до н. э., в период расцвета римского рабовладельческого хозяйства, которому нужны были огромные количества рабов, денег, хлеба и проч. Этим и объясняется крайняя жестокость римской провинциальной политики. Что же касается Италии, то в период ее завоевания римское хозяйство было еще довольно примитивным, поэтому у римлян отсутствовали стимулы для интенсивной эксплуатации италиков. К этому присоединялись и соображения политического характера: недовольство италиков было гораздо опаснее для Рима, чем недовольство далеких провинциалов. Поэтому римское правительство считало целесообразным не раздражать италиков. В дальнейшем эта разумная политика блестяще оправдала себя: во время войны с Ганнибалом средняя Италия осталась верна Риму, и это было одной из главных причин поражения карфагенян. Наконец, известную роль играло этническое и культурное родство римлян со многими италийскими племенами. Провинциалы же принадлежали к народам, чуждым римлянам и по происхождению, и по языку, и по обычаям.

Завоевание и объединение Италии имели огромное историческое значение как для Рима, так и для самой Италии. Рим, опираясь на материальные ресурсы полуострова, в частности на неисчерпаемые запасы людского материала, мог решать те огромные задачи в области внешней политики, которые стояли перед ним в течение III и II вв. Экономика Рима, не поднимавшаяся в V в. выше уровня примитивного рабовладельческого хозяйства, в III в., благодаря захвату новых территорий, развитию обмена, росту денежного хозяйства вообще и увеличению количества рабов, достигла степени законченной рабовладельческой системы. Значительно выросла и усложнилась римская культура благодаря более близкому знакомству римлян с греками южной Италии.

Что же касается населения Италии, то и для него установление римской власти означало большие сдвиги во всех областях жизни. Римские завоевания ускоряли распад общинно-родовых отношений, которые еще сохранялись у многих италийских племен. Римляне захватывали у побежденных часть земли и тем подрывали мелкую собственность италиков. Римская система сдачи в аренду или продажи конфискованных земель стимулировала рост крупной земельной собственности и денежного хозяйства. К тому же, как мы видели, римляне в своей политике систематически поддерживали крупнособственнические элементы в подчиненных общинах. Это также ускоряло концентрацию земли и пролетаризацию мелких производителей — крестьян. Все это подготовило тот огромный экономический переворот, который произошел в Италии во II в. до н. э.

ГЛАВА XII

МАТЕРИАЛЬНАЯ И ДУХОВНАЯ КУЛЬТУРА РИМА В РАННИЙ ПЕРИОД

Сельское хозяйство

Сельское хозяйство в Риме издавна было основным занятием населения. Такое положение существовало на всем протяжении раннего периода римской истории. В Лации и в других местах Италии, занятых римскими поселенцами, возделывали зерновые культуры, виноград и оливки (помимо фруктовых и огородных растений). Скотоводство не играло самостоятельной роли, за исключением, быть может, римских колоний в Самнии и южной Италии, где великолепные пастбища стали позднее (во II—I вв.) основой крупного скотоводческого хозяйства.

Сельскохозяйственная техника была довольно примитивной, но вместе с тем достаточно рациональной. Плуг без колес (рало) первоначально изготовлялся из цельного куска дерева, как это можно видеть на этрусских изображениях. Позднее появился составной плуг. Только в императорскую эпоху в Италии начали применять плуг на колесах, который был заимствован из Галлии. Из других сельскохозяйственных орудий в ранний период, вероятно, уже употреблялись борона, ручная мотыга, серп, коса, грабли, лопата, кривой нож для обрезания плодовых деревьев и проч. Удобрение навозом было хорошо известно. Довольно рано, по-видимому, появилось трехполье. Обилие бобовых культур предполагает наличие даже четырехполья. Широко применялось дренажирование полей.

Тягловой силой служили быки и коровы. Лошади, ослы и мулы были главным образом вьючными животными. Молотили сначала с помощью лошадей и ослов, прогоняя их по хорошо утрамбованному току. Позднее появилась особая молотильная доска с прикрепленными к ней снизу камнями, которую волокли по току. Для размола зерна в древнейшие времена применяли зернотерку и ступу. Затем появился жернов, сначала ручной, а потом и тягловый (с рычагом). Только в эпоху империи кое-где начинала входить в употребление водяная мельница. Для выжимания масла из оливок и виноградного сока применялся простой пресс с рычагом, но, по-видимому, уже довольно рано появился особый вид жернова (трапет) для отделения косточек оливок от мякоти.

Эволюцию сельскохозяйственной техники в ранний период установить очень трудно. Наш самый ранний источник в этой области — сочинение Катона «О земледелии» — было написано только в первой половине II в. до н. э. Правда, Катон отразил большой и старый агрономический опыт, относящийся, несомненно, к одному-двум предшествующим столетиям. Но определить на основании его сочинения, когда появилось то или другое орудие, то или иное усовершенствование, почти невозможно.

Не менее трудно проследить развитие в ранний период аграрных отношений. По этому вопросу в нашем распоряжении нет ничего, кроме скудных намеков источников. В самом общем виде можно сказать, что в ранний период римской истории шел медленный процесс разложения общинных форм земельной собственности. Но так как римская община исторически выступает перед нами как город-государство, полис, то эта общинная собственность имеет характер общинно-государственной собственности. Это значит, что основная масса пахотной земли, а также лугов, лесов, пастбищ и выгонов принадлежала государству (ager publicus). Первоначально государственные земли были невелики, но с расширением господства Рима в Италии рос и ager publicus. Государственная земля и стала основным источником для развития индивидуальной частной собственности на землю.

Первоначально частная собственность, передававшаяся по наследству, ограничивалась, по-видимому, только небольшим приусадебным участком (традиционных 2 югера). Но каждый род, а в дальнейшем, когда родовые отношения стали разлагаться, каждая семья имели право пользоваться в нужных им размерах государственной землей под титулом «владения». Так по крайней мере было у патрициев. Что же касается плебеев, то они, вероятно, получали от государства весь нужный им участок в полную собственность, т. е. с правом отчуждения. Доступа к ager publicus они сначала не имели. Но к эпохе законодательства Лициния и Секстия и плебеи (по крайней мере богатая их часть) добились права оккупации государственной земли.

В результате этого ко второй половине IV в. установился такой порядок. Когда после успешной войны к ager publicus присоединялась новая территория, цензоры особым эдиктом приглашали желающих занять (occupare) нужное им количество земли. Такие оккупированные участки назывались possessiones (владения), а владельцы их possessores. Так как они не являлись собственниками земли, а только пользовались ею, то должны были платить государству нечто вроде арендной платы (vectigal), устанавливаемой цензорами.

Оккупация государственных земель приводила к многочисленным злоупотреблениям. Во-первых, богатые люди захватывали непомерно большие участки (против этого и был направлен один из законов Лициния и Секстия, фактически, впрочем, не соблюдавшийся).[114] Во-вторых, посессоры склонны были рассматривать оккупированные земли как свою частную собственность. Проконтролировать их было очень трудно, и к середине II в. разница между оккупированными государственными и частными землями почти совершенно стерлась.

Но правом оккупации реально могли пользоваться только богатые люди, как патриции, так и плебеи. Бедные граждане наделялись небольшими участками (в 2—7 югеров), которые юридически были их полной собственностью и освобождались от всякой платы в пользу государства. Такое наделение землей называлось assignatio.

Обрисованная выше система аграрных отношений явилась предпосылкой развития крупной земельной собственности. Ее основным источником была экспроприированная у италиков территория (так называемый ager captivus), которая частью превращалась в ager publicus, частью продавалась (иногда местным же жителям), частью раздавалась путем assignatio. Наличие мелких наделов облегчало процесс концентрации земли: их собственники часто были вынуждены либо их продавать, либо, попадая в долги, в конечном счете терять землю. С другой стороны, недостаточность даровых наделов заставляла крестьян прибегать к аренде земли у своих богатых соседей. Эта аренда в ранний период не столько носила характер аренды в ее позднейшем смысле, сколько была временным и условным пользованием, основанным на отношениях клиентелы.

Однако, несмотря на все эти предпосылки образования крупной земельной собственности и некоторые тенденции, ведущие в этом направлении, было бы грубой ошибкой утверждать, что в изучаемый нами период крупная собственность уже сложилась. Еще в IV в. Рим оставался страной мелкого землевладения. Даже среди членов правящего сословия преобладали мелкие владельцы типа Цинцинната или Мания Курия, которые собственными руками и руками домочадцев обрабатывали свои маленькие участки.

Этот основной факт решает вопрос о степени развития рабства в раннюю эпоху. Хотя основы римской рабовладельческой системы, несомненно, уже сложились к III в.,[115] однако она еще далеко не была той, какой стала во II в. В частности, в области сельского хозяйства, благодаря относительно слабому развитию крупной собственности, почва для применения труда рабов была еще недостаточна. Рабы, обрабатывавшие землю для господина, были гораздо менее многочисленны, чем его клиенты. Система централизованного хозяйства, когда сам владелец обрабатывает свои поля, виноградники и оливковые насаждения руками рабов и наемных рабочих, сложилась только во II в. Теперь же даже немногочисленные крупные посессоры предпочитали раздавать землю мелкими участками своим клиентам. До поры до времени они были заинтересованы не столько в увеличении своих доходов, сколько в росте политического веса, определявшегося числом клиентов.

Ремесла

Аграрный характер Рима и преобладание в раннюю эпоху натурального замкнутого хозяйства не исключали некоторого развития ремесел и торговли. Традиция рассказывает, что царь Нума учредил восемь ремесленных союзов. Это были флейтисты, золотых дел мастера, плотники, красильщики, сапожники, кожевники, медники и горшечники.[116] О каких-то союзах говорят и «Законы XII таблиц»:

«Закон предоставляет членам обществ вступать в какие угодно соглашения друг с другом, лишь бы они не нарушали чего-либо из государственного законодательства» (VIII, 27).

Если ремесленные союзы действительно существовали в эту раннюю эпоху (позднее они известны нам под именем «коллегий»), то их характер для нас не ясен. Но самый факт их существования говорил бы об отделении ремесла от сельского хозяйства.

О наличии профессиональных ремесленников уже в царскую эпоху свидетельствуют также довольно многочисленные изделия художественного ремесла, найденные не столько в Риме,[117] сколько в других городах Лация. Об этом же говорят остатки римских крепостных стен, городской канализации, храмов,[118] терракотовых орнаментов, крупных ирригационных сооружений (водоотливные туннели Альбанского озера и др.). Новейшие раскопки установили наличие в Риме 14 или 15 крупных зданий, которые едва ли могли быть построены без участия высококвалифицированных ремесленников. Возможно, конечно, что часть этих ремесленников была из греков[119] и этрусков, но это не меняет существа дела.

Характерно, что интенсивная строительная деятельность, которой отмечен конец царского периода, ослабевает с началом республики. Это подтверждает положение, высказанное нами выше, что разрыв связей с Этрурией и падение римского господства в Лации, происшедшие в конце VI в. или начале V в., привели к временному упадку Рима. Возможно, что известную роль в этом смысле сыграло и крушение патриархальной монархии в ее последней фазе, когда она приобрела черты расточительной тирании. Изгнание богатого двора Тарквиниев уменьшило спрос на изделия художественного ремесла, постройки, импортные вещи и т. п. Молодая республика была гораздо скромнее и проще.

[114] Известный пример: присуждение в 357 г. одного из инициаторов закона 367 г., Г. Лициния, к штрафу в 10 тыс. фунтов меди за обход собственного закона (Ливий, VII, 16)!

[115] Об этом говорят такие факты, как наличие долгового рабства, отмененного только во второй половине IV в., продажа в рабство жителей завоеванных городов (например, г. Вей), использование труда рабов-военнопленных на постройках, установление в 357 г. 5%-ного налога со стоимости отпускаемых на волю рабов и проч. Непрерывные войны, которые Рим вел в течение V, IV и начала III вв., сами должны были в огромной степени содействовать развитию рабства.

[116] Плутарх, Нума, XVII.

[117] Мы уже указывали, что на территории самого Рима благодаря непрерывности исторической жизни, продолжающейся около 3 тыс. лет, памятников глубокой старины сохранилось очень мало.

[118] Фундамент храма Юпитера Капитолийского, построенного в основном при последнем Тарквинии, имеет размеры 56x52 м. Следовательно, его величина превосходит самые крупные этрусские храмы.

[119] Архитектурные украшения в Сатрике и Велитрах, статуя Аполлона в Вейях и др. несомненно говорят о наличии греческих ремесленников.