История Древнего Рима: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

Обстоятельное исследование различных аспектов социальных отношений в связи с развитием римского права было в 5 томах выпущено датским ученым К. Вестрапом (1934—1954).

Одной из важных научных проблем, которая заняла значительное место в послевоенной историографии о Древнем Риме, является кризис и падение римской и всей античной цивилизации, т. е. экономическое, социальное и политическое развитие Рима в III—VI вв., кризис античной культуры в целом, роль варварских вторжений, наконец, вопрос о том, был ли резкий разрыв между античным римским обществом и новым средневековым европейским обществом или можно говорить о постепенной, медленной трансформации первого во второе.

Наиболее крупными трудами о позднеримском обществе в 50-х годах являются работа Ф. Альтхайма «Падение древнего мира» (т. I—II, 1953), в которой подчеркивается внешний фактор падения римского мира (военный разгром Рима кочевниками), в 60-е годы работа И. Фогта «Упадок Рима (Метаморфозы античной цивилизации)» (1967), где показано, что внутренний упадок античной культуры усугублялся напором внешних сил, «варваров», историческая миссия которых состояла в обновлении дряхлеющего античного мира и его культуры. Вместе с тем И. Фогт выступает за известную преемственность между античным и средневековым миром.

Сводная картина экономического, социального и политического развития поздней Римской империи дана А. Джонсом в его трехтомном труде (1964). По его мнению, можно говорить о многих причинах падения Рима — внешние вторжения, экономические перемены, социальные изменения, пороки римской имперской административной системы, упадок нравственности и другое, однако решающую роль он отводит давлению варваров.

В 70—80-е годы различные проблемы позднеримского общества и его соотношения, в частности, с ранним средневековьем были одними из актуальных в науке. Появились исследования Г. Маррон «Римский декаданс, или поздняя античность III—VI вв.» (1977), оригинальное исследование С. Мадзарино «Античность, поздняя античность и эпоха Константина» (1974), Т. Барнса «Новая империя Диоклетиана и Константина» (1982), Э. Томпсона «Рим и варвары: падение Западной империи» (1982).

Специальный анализ политической жизни и позднеримской культуры был произведен С. Метьюзом (1985). В целом в современной историографии утверждается вывод об эволюционном характере развития римских общественных институтов, так сказать, континуитете социального и политического развития, которое было существенно деформировано варварскими вторжениями в империю.

История Древнего Рима активно изучается учеными Восточной Европы. Развивая традиции национальных школ, отражая современные требования научного развития, антиковеды стран Восточной Европы проводят большую работу по расширению круга источников. Так, в Восточной Германии издавались произведения античных авторов в рамках восстановленной тойбнеровской библиотеки греческих и латинских авторов, публиковались новые эпиграфические материалы на базе знаменитого корпуса латинских надписей, восходящего к Т. Моммзену. Болгарские, югославские, венгерские и румынские археологи исследовали материальные памятники на территории их стран, бывших в древности частями Римской империи. Раскопки Сармицигетузы, Суцидавы, Аквинка, Саварии, Аполлонии были обобщены в капитальных публикациях, которые ввели в научный оборот большой материал новых источников. Институт папирологии в Варшаве проводит большую работу по изучению папирологических источников, в частности по истории римского Египта, продолжая традиции Р. Таубеншлага.

Предметом конкретного исследования являются самые различные проблемы древнеримской истории, и прежде всего социально-экономические отношения, как важнейшие. В работах ученых Восточной Германии, Польши, Румынии, Венгрии, Болгарии, Чехословакии и Югославии изучались самые различные аспекты социально-экономических отношений как всего римского средиземноморского общества, так и отдельных, главным образом придунайских, провинций. Большое место в национальных школах стран Восточной Европы занимает изучение тех римских провинций, которые сейчас являются частью территории соответствующей страны. Так, в болгарской историографии много и плодотворно занимаются изучением древней Фракии (X. Данов, Б. Геров, А. Фол, В. Велков и многие другие), в Румынии — исследованием провинции Дакии и роли римского наследства в дальнейшем генезисе румынской культуры и государственности (К. Дайковичу, Э. Кондураки, Д. Пиппиди, Р. Вулпе и др.), в Венгрии ведется исследование провинций Паннонии (Я. Силадьи, A. Мочи, Л. Баркоци) и Норика (Г. Альфельди). Эти исследования отличаются комплексным характером, включают новый, добытый в последние годы археологический и эпиграфический материал, касаются многих сторон как внутренней жизни провинций, отдельных городов, так и их связей с античными центрами Средиземноморья и являются соответствующим вкладом в мировую историографию.

Общие проблемы древнеримской истории, ее место во всемирном историческом процессе активно исследовались в Восточной Германии: работы Э. Вельскопф «Производственные отношения на Древнем Востоке и в греко-римском мире» (1957), B. Зейфарта «Римская история. Императорское время» (1973), первый том «Всемирной истории. До возникновения феодализма» под редакцией И. Селлнов (1977), «История культуры в античности», т. II. «Рим» под редакцией Р. Мюллера (1978), исследования Р. Гюнтера о проблемах перехода от античности к средневековью, и др.

5. Новые тенденции в развитии современной науки. Изучение древнеримской истории в 90-х годах проходило по тем же направлениям исследований, которые были характерны для 70—80-х годов, т.е. разрабатывались самые различные аспекты экономики, социальных отношений, политических структур, завоевательной политики, религии и культуры, начиная с древнейшей архаики и до падения Западной Римской империи. Можно отметить и некоторые новые тенденции. В 90-х годах происходит еще большая активизация научных контактов, проявившаяся в поведении многочисленных международных конгрессов, конференций, симпозиумов и семинаров. В течение одного года зачастую проходило несколько симпозиумов и семинаров, на которых обсуждались различные проблемы древнеримской империи — от межконтинентальных морских контактов (Дели, 1994) до рассмотрения традиций гиппократовой медицины в римское время (Штаффенштейн в Германии, 1993), от проблем трансформации античного города (Париж, 1993) до вопросов, касающихся техники добычи камня. Поскольку в обсуждениях принимают участие известнейшие специалисты, работающие над данными проблемами, то публикации материалов конференций, симпозиумов и т.д. являются своего рода подведением итогов их исследований.

Имеющиеся многочисленные публикации по всевозможным конкретным аспектам истории Древнего Рима не только не снимают, но наоборот, делают еще более настоятельным появление обобщающих трудов, в которых наука всегда испытывала острый недостаток. В 90-х годах появилось два таких универсальных труда. Прежде всего, было завершено 2-е издание знаменитой «Кембриджской древней истории». Ее 5 последних томов (из 11), изданных под редакцией известных специалистов А. Линтота и Ф. Уолбенка, содержат обобщение новейших материалов по различным аспектам древнеримской истории. Новый по сравнению с 1-м изданием 30-х годов авторский коллектив исходил из уже апробированных концептуальных принципов 1-го издания, более или менее равномерном изложении материала. Заметным явлением европейской историографии стала публикация в Италии монументального труда «История Рима» в 7 томах под редакцией маститых ученых А. Момильяно и А Скиавоне. В ее создании приняли участие свыше 20 известных специалистов, а Момильяно и Скиавоне попытались придать труду некоторое концептуальное единство. Центральной является проблема формирования и функционирования Средиземноморской цивилизации как явления всемирного исторического процесса. Издания новой «Кембриджской древней истории» и «Истории Рима» подвели своеобразный итог тем многочисленным конкретным разработкам, которые были достигнуты в мировой науке о Древнем Риме к концу XX столетия. И в этом большая заслуга их издателей и авторского коллектива.

Важной тенденцией мировой историографии 90-х годов явилось усиление исследовательского внимания к экологическим проблемам мировой, в том числе и древнеримской, истории. Причем расширилась проблематика изучения экологических аспектов исторического процесса, понимание роли экологического фактора стало более глубоким и многосторонним. Большая часть работ, посвященных аграрным отношениям и земледелию, межеванию земли или сельскому строительству, не обходится без постановки и обстоятельного рассмотрения природного окружения в их современном понимании: Ф. Лево, П. Сильера, Ж.-П. Валла «Деревни римского Средиземноморья» (1993), исследования Э. Габба об организации римской Италии (1994), К. Шуберта «Земля и пространство в Римской республике» (1996), работа Е. Миллиарио «Люди, земля и дороги в центральной Италии» (1995), итоги многолетних исследований Ж.-П. Валле о судьбах греческих колоний в Южной Италии и на Сицилии (1996). Экологические аспекты стали необходимым сюжетом при описании процесса романизации, преимущественно в западных провинциях (X. Бласкез и X. Альвар, 1996).

Особое направление представляет изучение взаимодействия и взаимовлияния экологического окружения и культуры живущих в нем народов («Человеческие ландшафты в классической античности. Природное окружение и культура» под редакцией Д. Шипли и Дж. Селмона, 1996). Всестороннее комплексное исследование экологических проблем отдельного района центральной Италии с исчерпывающим использованием всего комплекса как археологических, так и нарративных источников было проведено Д. Баркером («Средиземноморская долина — ландшафтная археология и повествовательная история в долине Биферно», 1995).

И еще один важный аспект в современной историографии Древнего Рима. В свете накопленных материалов, многочисленных конкретных исследований история Рима, начиная с глубокой архаики, однозначно рассматривается как история Средиземноморская, как постепенно нарастающий объединительный комплекс локальных средиземноморских цивилизаций, в котором постепенно растворяется и сам Рим, и римская Италия. Вместе с тем все более и более размытыми становятся границы между поздней античностью и ранним средневековьем, все большее преобладание получает концепция континуитета между великой средиземноморской античной и идущей ей на смену европейской цивилизацией.

6. Изучение истории Древнего Рима в СССР (до 1990 г.). Развитие исторической науки прошло несколько этапов. Первый охватывал 20-е — первую половину 30-х годов, и его можно определить как период трудного становления. Была демонтирована дореволюционная система образования и научно-исследовательской деятельности, в связи с хозяйственной разрухой резко сокращены ассигнования на научные исследования. В эмиграции оказались такие выдающиеся представители отечественной науки, как М.И. Ростовцев, Р.Ю. Виппер, ряд крупных ученых были вынуждены прекратить или резко сократить свою научную деятельность (И.М. Гревс, И.В. Нетушил, Д.М. Петрушевский). Происходит переориентация научно-исследовательской деятельности историков на изучение материальной культуры, социально-экономических отношений, истории угнетаемых классов. Исследовательская работа специалистов в области древней истории в этот период в организованной форме проводилась главным образом в Государственной академии материальной культуры. Одной из самых злободневных проблем, разрабатываемых в рамках ГАИМК, была проблема истории техники, рабства, рабовладельческого способа производства. В изучении этой проблемы самое активное участие приняли СИ. Ковалев, B.C. Сергеев, П.Ф. Преображенский. B.C. Сергеев и СИ. Ковалев стали авторами первых, написанных с марксистских позиций учебников и учебных пособий по древней истории как истории рабовладельческих обществ, хотя в этих первых учебниках еще сохранились остатки модернистского понимания древности, встречались термины «феодализм», «торговый капитализм» в античности. П.Ф. Преображенский изучал проблемы древних религиозных верований, раннехристианских воззрений, социальных движений, разные аспекты античной культуры.

Большую роль в создании марксистской концепции исторического процесса сыграли дискуссии 20-х — начала 30-х годов о социально-экономических формациях. Во время этих дискуссий было уточнено понятие общественно-экономической формации и его применение к конкретным обществам, подвергнуты критике представления о смешанных формациях, в частности о рабовладельческо-феодальной формации, торговом капитализме, преодолены остатки циклизма и модернизации античных обществ.

Новый период в развитии советской исторической науки, в том числе истории Древнего Рима, начался с середины 30-х годов, когда была восстановлена система высшего исторического образования и организованы научно-исследовательские институты истории в системе Академии наук СССР, увеличены ассигнования на развитие среднего и высшего образования и научную деятельность. Восстановление исторических факультетов в составе университетов потребовало новых учебников для студентов, написанных на основе возросшего научного опыта. B.C. Сергеев опубликовал 2-томное учебное пособие «Очерки по истории Древнего Рима» (1938). С. И. Ковалев в 1937 г. издал курс лекций по периоду эллинизма и римской истории, а в 1948 г. — сводный труд «История Рима» (1987 г. — 2-е издание). Три издания выдержал учебник по истории Древнего Рима (1947 г. — 1-е издание) H.A. Машкина. В этих работах, в учебниках других специалистов излагался полный курс древнеримской истории с распада родового строя и зарождения рабовладельческих отношений, прослеживался весь цикл их развития вплоть до разложения и формирования элементов феодальных отношений. Причем показывались разные стороны римской истории, включая социально-экономическую структуру, социально-политическую борьбу, государственную организацию и культуру, хотя преимущественное внимание уделялось социально-экономическим проблемам, поставленным в центр изложения.

Особенно большое внимание ученых в 30—40-х годах привлекали проблемы классовой и социальной борьбы в римском обществе, и прежде всего борьба рабов против рабовладельцев. В монографии A.B. Мишулина «Спартаковское восстание» (1936) был обстоятельно изучен ход спартаковского движения, восстания рабов на острове Сицилия во II в. до н. э. Восстания рабов рассмотрены автором не в качестве случайного события, а как ведущее классовое противоречие, определившее всю внутреннюю жизнь последнего столетия Римской республики. Развивая свою точку зрения о роли восстаний рабов в судьбах римского (рабовладельческого) общества, A.B. Мишулин и С. И. Ковалев предложили теорию «революции рабов», которая преувеличивала роль восстаний рабов и мало учитывала другие социальные противоречия: движение крестьянства, провинциального населения и другие формы социальной борьбы. В трудах СИ. Ковалева, A.B. Мишулина, B.C. Сергеева были изучены особенности рабовладельческого способа производства и его воспроизводства, сущность рабовладельческой эксплуатации. В работах B.C. Сергеева и H.A. Машкина прослеживались социальные корни императорской власти. Эти исследования нашли свое завершение в капитальной монографии H.A. Машкина «Принципат Августа. Происхождение и социальная сущность» (1949).

А.Б. Рановичем, Р.Ю. Виппером, СИ. Ковалевым, Г.М. Лившицем изучались многие аспекты истории происхождения христианства, христианской литературы, история ранней церковной организации.

Одной из принципиально важных для понимания римского общества в имперский период была разработка проблемы провинций как органических частей Римского средиземноморского государства в работах A.B. Мишулина об Испании (1952), О.В. Кудрявцева о балканских провинциях (1954), Н. А. Машкина о североафриканских и др.

Известным завершением научно-исследовательской работы в области древней истории, и в частности римской, стал II том коллективного издания «Всемирная история» (1956), в котором дана сводная картина римской истории с позиций марксистско-ленинской концепции античного рабовладельческого общества.

Новые условия в стране для развития историографии сложились в середине 50-х годов после развенчания культа личности Сталина и сталинского примитивного догматизма, который сковывал творческие силы исследователей. Это способствовало активизации научной работы в области антиковедения, в том числе и изучения римской истории, пересмотру ряда догматических положений и социологических схем, глубокому изучению всего материала источников. В 60—70-х годах особое значение придается изучению различных проблем рабства как социально-экономической системы. Институт всеобщей истории публикует серию монографических исследований, в числе которых работы Е.М. Штаерман («Кризис рабовладельческого строя в западных провинциях Римской империи», 1957; «Мораль и религия угнетенных классов Римской империи», 1961; «Расцвет рабовладельческих отношений в Римской республике», 1964; «Рабовладельческие отношения в ранней Римской империи», 1971), Л.А. Ельницкого о рабстве в раннем Риме (1964); коллективные монографии о рабстве в западных и восточных провинциях Римской империи в I—III вв. (1977). В этих монографиях впервые в отечественной литературе коренная проблема античного общества была тщательно исследована на основе всего имеющегося материала источников.

Другим важным направлением в изучении древнеримской истории является анализ рабовладельческого производства, его экономики и прежде всего сельского хозяйства как ведущей отрасли: в работах М.Е. Сергеенко, Е.М. Штаерман, В.И. Кузищина показана сложная и своеобразная структура рабовладельческого производства, глубоко отличная как от капиталистической экономики, так и от феодальной.

Исследование сложной проблемы римской истории — кризис полисного устройства в Риме в конце Республики и формирование имперского рабовладельческого общества нашло отражение в ряде работ С.Л. Утченко («Кризис и падение Римской республики», 1965; и др.), а также Е.М. Штаерман и О. В. Кудрявцева. Они показали неправомерность связи разложения полиса в период поздней Римской республики с кризисом рабовладельческих отношений: напротив, преодоление узких полисных порядков открыло большие возможности для распространения классических рабовладельческих отношений, которые достигли своего апогея в раннюю Империю I—II вв. Конкретные аспекты раннеримской истории были детально изучены Л.А. Ельницким, А.И. Немировским, Ф.М. Нечаем, И. Л. Маяк: происхождение Римского государства, этрусская история, взаимоотношения Рима и италийцев, аграрные отношения, история раннего рабства.

Популярной темой продолжала оставаться история римских провинций. Помимо работ по истории рабства в восточных и западных провинциях римская провинциальная система изучается в более общем плане — в работах Е.С. Голубцовой о Малой Азии (1962; 1972; 1977), Г.М. Лившица об Иудее (1957), Г.Г. Дилигенского о Северной Африке (1961), в двухтомной монографии А.Г. Бокщанина о взаимоотношениях Рима с Парфией (1960 — 1966), Ю.К. Колосовской о Паннонии (1974), и др.

Из работ о поздней Римской империи интересны исследования А М. Ременникова о военно-политических взаимоотношениях Рима и варварских племен в III — IV вв. (1954—1957), труды А. Р. Корсунского о взаимодействии римских общественных порядков и варварских племенных структур и проблеме перехода от рабовладельческих отношений к феодальным в западных провинциях Империи (1963; 1969). Аналогичные аспекты на материалах Египта были изучены И. Ф. Фихманом («Египет на рубеже двух эпох», 1965) и А. И. Павловской («Египетская хора в IV в.», 1979).

В 80-х годах в отечественной романистике усиливается внимание к различным аспектам римской культуры, особенно периода Империи. Так, во второй половине 80-х годов вышла фундаментальная работа выдающегося философа и антиковеда А.Ф. Лосева, в VI (1986) и VII томах (1988) его «Истории античной эстетики» всесторонне исследованы различные направления антично-римской (автор определяет их как поздний эллинизм) философской мысли — неопифагоризм, философия Филона Александрийского. С особым вниманием А.Ф. Лосев исследует философию Плотина и его последователей, принадлежащих к разным школам (афинской, сирийской, римской, пергамской, позднего неоплатонизма и др.). Философские положения знаменитых мыслителей римского времени автор исследует в тесной связи с общей культурной атмосферой и социально-политической жизнью римского средиземноморского общества, что придает его замечательному труду особое значение в современной историографии о римской культуре. В русле того же направления выполнена работа В. В. Бычкова «Эстетика поздней античности (II—III вв.)» (1981). В ней основное внимание сосредоточено на изучении эстетических идей ранней патристики (т. е. сочинений отцов церкви), оказавших большое влияние на художественную культуру последующей эпохи средневековья.

Специально проблема влияния античного культурного наследия на эпоху средневековья исследуется в монографии В.И. Уколовой «Античное наследие и культура раннего средневековья» (1989).

Крупным явлением отечественной историографии стал итоговый труд «Культура Древнего Рима» (т. I—II, 1985), подготовленный коллективом известных специалистов Е.М. Штаерман, М.Л. Гаспаровым, Е.С. Голубцовой, Г.С. Кнабе, Ю.К. Колосовской, А.И. Павловской, В.М. Смириным, Г.И. Соколовым и др. Не являясь систематическим обзором всех сторон римской культуры, этот фундаментальный труд посвящен кардинальным проблемам культурного развития, таким, как духовный мир гражданина в эпоху Республики и подданного при Империи, роль религии в общей системе культуры, римское право как элемент культурной жизни, место поэзии, изобразительного искусства, науки в системе культурных ценностей. Очень интересным аспектом исследования является структурный анализ различных сторон римской провинциальной культуры, роли и степени процесса романизации (дунайских провинций, Галлии, Малой Азии, Египта). Новым направлением стало изучение патриархальных представлений и их роли в общественном сознании римлян вплоть до императорского времени, социальной психологии низших классов. Специальный анализ новых проблем массового сознания во II — IV вв. на египетском материале был проведен А. Б. Ковельманом («Риторика в тени пирамид», 1988). История римской религии с раннего времени до III в. в тесной связи с историческим развитием римского общества рассматривается в монографии Е.М. Штаерман «Социальные основы религии Древнего Рима» (1987). В книге показано место религии в системе римских духовных ценностей, ее роль в идеологии разных социальных слоев, воздействие на римскую религию других религиозных систем.

7. Отечественная историография 90-х годов. В 90-х годах изучение проблем всемирной истории в целом и истории древнего мира, в частности, проходило в рамках методологического плюрализма, сменившего официальную методологию, учение исторического материализма, в частности, учение о социально-экономических формациях. На рубеже 80—90-х годов стали формироваться три новых методологических подхода, на базе которых исследовались конкретные проблемы античной, в том числе древнеримской, истории: цивилизационный, при котором ход всемирной истории рассматривается с точки зрения рождения и зрелости той или иной цивилизации как более многостороннего и многофункционального исторического явления, чем социально-экономическая формация. В основе другого методологического подхода лежит концепция определяющей роли духовных ценностей того или иного народа в ходе исторического процесса. Третий подход может быть определен как формационно-цивилизационный — совмещение сильных сторон формационного и цивилизационного подходов, рассмотрение каждой формации не только как комплекса прежде всего социально-экономических отношений, но и как многосторонней и многофункциональной цивилизации.