Клятва верности (СИ): читать книгу онлайн полностью и бесплатно

— Уже девять. Пора… — тихо оповестил Евгений ‍Пр​ота​сов​. Он ​на​блюдал, как тяжело поднимается Сергей с кровати, ‍которая словно не желала отпускать своего временного гостя. Тело утопало в мягкой перине. Смотрел, как лениво одевается его бывший сослуживец, видел на лице Лиса скорбь, испуг и злость одновременно. Как только кэп более-менее привёл себя в порядок, Шрам сопроводил его в сад, не забыв по пути заглянуть и за Спрутом.

Верховная ведьма, сидя за столиком под тенистой кроной внушительного дерева, спокойно попивала чай из небольшой чашечки. По левую руку от неё, как и полагается, сидела советница, по правую – седовласый мужчина в аквамариновом жилете. Глаза налились следами, пальцы нервно постукивали о столешницу, бледность на лице была через чур заметна.

— Вижу, вы не смогли отдохнуть, — начала сочувственно Брунгильда, глядя на Сергея. Сегодня она выглядела иначе: недлинные волосы распущены, на лице совсем нет макияжа, вместо делового костюма приталенный сарафан с широким поясом и вышитой на правой половине груди пятиконечной звездой в виде пентаграммы – отличительный знак Верховной Ведьмы. — Понимаю ваше состояние. Такое решение трудно принять сразу. Кстати, познакомьтесь, это Цицерон Лер, мой посол, — ведьма указала на измученного ожиданием мужчину.

Лис остолбенел. Он не ожидал увидеть здесь отца Астера Хилора. В этот момент он подумал, что не хватало для полной картины ещё и его матери. Нервно сглотнув, капитан прокрутил в голове все мысли и понял, что сообщать о своём решении предстоит именно в присутствии Цицерона.

«Очередная подстава от чёртовых ведьм», — выр‍уг​алс​я м​ыслен​но​ Сергей, потирая ещё сонные глаза пальцами.

— ‍Что вы надумали, капитан Лисицын? — словно намеренно издеваясь над Лисом, доброжелательно и даже с улыбкой спросила Брунгильда. В этот момент взгляды капитана и посла пересеклись, и Сергей увидел в глазах Цицерона медленно угасающую надежду.

— Я много думал, — начал Лис, присев на стул рядом с Офелией, — по поводу своего решения. Тщательно взвесил все за и против. Астер преступник. Это первое, к чему я пришёл, пока мучился бессонницей. — Ладони вспотели, тело пробрал озноб, холодный пот проступил на лице. Лисицыну тяжело дались эти слова, но предстояло сказать ещё немало. Особую трудность вызывало то, с каким вниманием слушал его Цицерон Лер. — Заслуживает ли он наказания? Все мы заслуживаем. Заслуживает ли прощения? А кто из нас его не просил? И кто из нас его получал, заслужив честным путём? Паренёк связался не с теми людьми, влился не в ту компанию. Это его подкосило. Я его понимаю, но… — Сергей волновался так сильно, что слышал стук собственного сердца. — Он считает Морта своим учителем и наставником, а Элен… — голос капитана дрогнул, — … едва ли не своей матерью. Если бы он хотел раскаяться и получить прощение, он бы сидел за этим столом сейчас. За всё однажды приходится платить, и Астер уже стоит на кассе. Сегодня его … казнят.

Лицо Лиса побледнело окончательно, мужчина покачнулся на стуле, но удержался, сделав вид, что просто сильно устал. Сердце билось как бешеное, отголоски собственных слов звучали в голове набатом.

— Что ж… — Брунгильда аккуратно поставила пустую цашку на блюдце и деловито положила ладони на стол. — Офелия, распорядитесь, чтобы к полудню на площади было всё готово. Как только светило окажется в зените, преступник получит воздаяние за свои грехи. Капитан, — обратилась она к Сергею Лисицыну, — вы, как обвинитель, лично поднесёте первый факел к хворосту. Таковы законы нашей страны.

— Это возмутительно, Ваше Величество! — вспылил Цицерон, резко поднявшись со своего места и опрокинув стул. Карие глаза вспыхнули красным, руки налились светящейся энергией. — Как он посмел решить судьбу моего сына?! Он! Жалкий человечишка!

— Сидеть… — произнесла Брунгильда грозно и в тот же миг ноги посла подкосились. Он, словно парализованный, рухнул на траву и сел подобно марионетке, безвольно сложив руки. — Молчать… — снова сказала ведьма и рот Цицерона склеился, словно его не было на лице вовсе. — Как ты смеешь возмущаться моими методами, как смеешь оскорблять моих гостей? Они люди, но они не жалкие и уж тем более не безвольные. Как ты вообще посмел приходить ко мне с просьбой, когда за моей спиной шпионил для Морта? — глядя вперёд, прорычала Верховная. — Евгений, Аврелий, — обратилась она к охране, — отведите бывшего посла Пайтонисса Цицерона Лера в «последний приют". Кормить раз в день, поить два раза. Найти родных и допросить. После казни я лично навещу виновного.

Услышав, что Цицерон на самом деле шпион Морта, Лис сменил неуверенность на гнев. Если поначалу он корил себя за то, что обрёк молодого парня на смерть, то теперь мужчина уверен: он поступил правильно. Доброжелательный кивок Офелии и скромная благодарность от Верховной Ведьмы стали тому неоспоримым подтверждением. Преступник получит по заслугам. Не этого добивался отряд день за днём, миссия за миссией? В голове Лиса громогласным эхом раздался утвердительный ответ.

Глава 10. Казнь

Полуденное солнце пекло нещадно. Последние приготовления на широкой площади на окраине города почти завершены. Деревянный помост соорудили из старых полусгнивших досок, окружив каменный столб. Под сбитую площадку плотно уложили тщательно высушенный хворост, закрепив промасленными верёвками. Из пузатого бочонка на приготовленное место казни поливали масло, чтобы костёр разгорелся быстрее.

— И всё же, моё присутствие обязательно? — уточнил Лис, нервно почёсывая щетинистую щёку. Он до сих пор н‍е ​мог​ ос​ознат​ь ​до конца, что именно предстоит увидеть. Поднести ‍факел и поджечь хворост, а затем смотреть, как медленно огонь пожирает кожу и кости осуждённого. Сергею это не представлялось таким уж страшным. Он много раз видел смерть и готов посмотреть на это снова. Но что-то отталкивало, предостерегало. Нутро капитана нервно зашевелилось. Тяжесть навалилась на плечи солдата.

— Брунгильда нарушила множество правил, позволив тебе остаться и присутствовать на казни. — Офелия пришла поддержать капитана, что стало для мужчины полной неожиданностью. Он представлял что угодно, но только не её в качестве собеседницы. — Более того, она оказала тебе великую честь – позволила решать за неё, позволила решать за весь Пайтонисс. Освободи ты парня, попустительство было бы отмщено, и Верховная Ведьма была бы у столба, а не Астер.

— И зачем доверять мне такую власть? — сухо спросил Лис. Но в груди всё полыхало. Брунгильда рисковала всем: своей жизнью, жизнью Офелии, всем государством. И всё ради простого гостеприимства.

— Она мыслит иначе, нежели Ярайин, предыдущая королева ведьм, — пояснила Эфи. — Брунгильда, как никто, желает мира между нашими народами. Как желаю и я, капитан, — лёгкая улыбка осветила лицо женщины.

«Улыбка… Она умеет улыбаться. Всё-таки умеет. Ради этой улыбки можно горы свернуть, — неожиданно подумал Лис. — Стоп! Что?! Да ну нахер!»

Необычный образ Эфи сбивал Сергея с толку. Он смотрел на неё и не мог отвести взгляда от странной ведьмы. Вот она сидит напротив него: вежливая, спокойная женщина. Ровные восточные черты‍ л​ица​, с​мугла​я ​кожа притягивает внимание своей красотой. Тёмно-р‍ыжие волосы с проседью говорили о старости, но внешность кричала обратное. Притягательная хищница. Вместо боевого кожаного костюма жёлтое простое платье чуть ниже колена, приталенное. Маленькие рукава совсем немного прикрывают руки ниже плеч.

Лис невольно сглотнул, сдержав нервный вздох, как только Офелия положила ногу на ногу, на мгновение показав прекрасные бёдра. Мозги медленно закипали.

«Да это пытка какая-то. Мужик, она всего лишь ведьма. Очередная ведьма… — успокаивал себя капитан, пытаясь прийти в чувства. — Как вернусь, обязательно кого-нибудь трахну. Без бабы жизнь плоха».

Сергей встал со стула и подошёл к окну. За ним простирался город. Причудливые дома и площадки, магазины и бульвары, парки и маленькие пруды. Умиротворение царило в этом месте. Но рвущее на части чувство заставило посмотреть вправо. Там, на площади одиноко стоял помост, вокруг которого уже начали собираться люди.

Стук в дверь заставил обоих вздрогнуть. Как обычно, несколько раз ритмичным постукиванием оповестив о приходе, в комнату вошёл Шрам.

— Брунгильда ожидает вас двоих, — коротко сообщил охранник и, мельком посмотрев на Лиса и Эфи, выскользнул за дверь.

— Пора выйти на свет, предатель! — рявкнул охранник, открыв тяжелую дверь «последнего приюта» - камеры без окон. — Настал час твоей смерти! Выведите его на волю, в последний раз, — обратился он к конвою, который будет сопровождать Астера до столба. Двое молодчиков в чёрных робах, с кожаными лентами на головах зашли в кам‍ер​у и​ вы​тащил​и ​обессиленного, но всё ещё бойкого колдуна в корид‍ор. Но справиться с крепкими мужиками голодному и уставшему полукровке не под силу.

Осуждённого вымыли как следует и переодели в белую тунику, предварительно пропитав её маслом. На лоб нанесли руны смерти, а на руки – ритуальные молитвы, чтобы переход в мир мёртвых был проще. Длинные волосы небрежно остригли и выкинули на птичий двор, чтобы птицы растащили их себе для строительства гнёзд.

Позже конвой вывел Астера на улицу. Яркий свет слепил парню глаза, свежий воздух разрывал лёгкие, звуки проникали в подкорку и от них ужасно разболелась голова. Такие привычные вещи, которым никто не придаёт значение, могли серьёзно ранить.

Астера привели на площадь. Собравшиеся вокруг ведьмы и колдуны смотрели на него с отвращением, многие перешёптывались, продолжая поглядывать на осуждённого, и ехидно улыбались. Парня завели по скрипучей лестнице на помост; только когда молодой колдун увидел столб, он начал усиленно сопротивляться. Видимо, осознание собственной смерти пришло в голову, и разум начал рисовать мрачные картины. Преступника привязали накрепко верёвками к каменному столбу: сначала обвязали руки, потом ноги, а после и грудь, чтобы осуждённый на смерть не вырвался. В рот Астеру сунули кляп.

Лис, стоя рядом с Офелией возле помоста, наблюдал за происходящим с долей сожаления. Он много слышал рассказов о том, как проходит казнь, много раз видел смерть, но теперь уверенность в своих силах стремительно покидала капитана Лисицына. Костлявая старуха ходила кругами вокруг ‍бу​дущ​его​ кост​ри​ща. Сергей мог поклясться: он чувствовал её холод‍ное дыхание на своём лице.