Как только Лукас закончил со мной, Кейд завладел моим ртом. Его язык переплелся с моим. Его большие руки нашли мою задницу, притягивая меня ближе к нему, в то время как эмоции, проносящиеся между нами, становились все более похотливыми.
Зейн появился позади меня, его горячее дыхание коснулось моего уха. — Я также обещаю никогда больше не отгораживаться от тебя, сладкая. Мне очень жаль.
Его слова растворили остатки моего гнева и боли. Я не могла скрыть, как сильно хотела их, поэтому сдалась. Целуя Кейда, я наклонила голову еще дальше в сторону, подставляя шею Зейну. Он провел языком по моей коже. Я вздрогнула, затем застонала, когда он погрузил свои клыки в мою вену. Он выпустил свой яд, и он потек в мою кровь, распространяя экстаз по моему телу. Лукас прикусил мой сосок через рубашку, и я застонала.
Прошло всего несколько дней, но я скучала по этому. Я скучала по себе и по ним, по всем нам, вместе дающим и получающим удовольствие.
Пока Зейн продолжал сосать мою шею, Лукас снял с меня джинсы, в то время как Кейд задрал мою рубашку достаточно высоко, чтобы пососать мои сиськи.
Лукас опустился на колени и посмотрел на меня снизу вверх. — Это мои извинения, — сказал он, прежде чем спрятать лицо между моих бедер. Он щелкнул по моему клитору и погрузил два пальца в мою влажность. Зейн пил мою кровь, а Кейда, задевающего зубами мой сосок, было достаточно, чтобы довести меня до крайности. Я закричала, освобождаясь, не заботясь о том, что все в особняке, вероятно, могут услышать.
Затем Кейд поднял меня на руки. Он бросил меня на кровать, быстро разделся, прежде чем забраться на матрас. Уложив меня на себя, он вошел в меня одним мощным толчком.
— Ты хочешь нас всех, маленькая ведьма? — спросил он хриплым голосом.
— Да. — Мою чувствительную кожу покалывало при одной мысли об этом.
— Хорошо. — Его ухмылка была дьявольской. Его взгляд скользнул мимо меня к остальным в безмолвном общении. Зейн забрался на кровать позади меня, его пальцы скользнули по моей заднице. Он смазал мою задницу прохладной смазкой, и я застонала.
— Я собираюсь пить из тебя, пока буду трахать твою задницу, сладкая. — Его дыхание согревало мою шею. Он вошел в меня без предупреждения, и я ахнула. Он и Кейд начали двигаться вместе, сначала медленно, пока я привыкала к тому, что они оба широко растягивают меня.
Лукас стоял на кровати рядом со мной, держа член в руке. Он схватил меня за волосы и засунул свой член мне между губ. Я открылась для него, вбирая его длину. Покачивая бедрами, он трахал мой рот в постоянном ритме.
Зейн прикусил мое плечо, ощущение заставило все мое тело напрячься. Они с Кейдом застонали. Хватка Лукаса на моих волосах болезненно усилилась, когда он задвигался быстрее. Двое других восприняли это как сигнал начать трахать мою киску и задницу всерьез, и все, что я могла сделать, это держаться, пока они использовали мое тело, полностью контролируя его.
Зейн шлепнул меня по ягодице, заставив застонать по всей длине Лукаса. В ответ он выругался, его бедра дико задвигались, затем мой рот наполнился соленой спермой. Я проглотила ее, принимая все, что он мог предложить. После того, как он вышел, он опустился на колени и поцеловал меня, ощущая свой вкус на моих губах.
Мой вампир снова отшлепал меня, посасывая мое плечо, и оргазм накрыл меня внезапно. Я вскрикнула, мои глаза закатились. Кейд и Зейн продержались всего несколько глубоких толчков, прежде чем освободились в моем теле.
Лукас отпустил меня, и я упала вперед, на грудь Кейда. Зейн навалился мне на спину, зажимая меня между ними, и Лукас придвинулся ближе к нам. Я улыбнулась ему, прежде чем мои веки дрогнули и закрылись. Но они не дали мне долго отдыхать.
Спустя, казалось, несколько мгновений, Лукас поднял меня на руки и понес в ванную. Мы приняли душ только для того, чтобы еще раз испачкать друг друга, и нам пришлось мыться во второй раз.
Оно того стоит.
5
ЛУКАС
— А потом, на втором курсе, я случайно затопил все свое общежитие. — Бо рассмеялся, рассказывая нас истории о своем времени в академии.
Я должен был признать, что для чертовски напыщенного фейри он мне вроде как нравился. Я имею в виду, что этот парень был законченным придурком из высшего общества, и у нас не было ничего общего, кроме того, что мы были изгоями, но с каждым днем, проведенным здесь, он нравился мне все больше — совсем немного.
— Ваша очередь, — сказал он, улыбаясь через весь стол. — Я уверен, что вам, нарушителям спокойствия, есть что рассказать о забавных историях из школьного двора, не говоря уже о тонне пикантных секретов из прошлого. Ну же. Я требую горячего.
Я закатил глаза. Кто, черт возьми, говорит я требую горячего? Очевидно, сплетничающие эльфийские лорды. Я взглянул на Кейда, понимая, что теперь в эту категорию входит и он. Ну, это всегда относилось к нему, но теперь мы, наконец, узнали об этом. Я не мог поверить, что он никогда не говорил нам, что он какой-то эльфийский аристократ с поместьем и состоянием. Какого хрена?
Этим вечером парню, похоже, было не до веселья за ужином, хотя с его вечным хмурым видом было трудно сказать наверняка. И все же я сомневался, что его дни в академии были такими же забавными, как у Бо. Хотя время от времени он что-то ворчал в ответ на разговор, так что, по крайней мере, это было что-то.
— Мы с Клэр были хорошими девочками, — сказала Эмма, потягивая вино.
Клэр фыркнула от смеха. — Да, нас вызывали в кабинет декана только один раз. — Она взглянула на Эмму, и в то же время они сказали: — За то, что превратили Титуса Эпплгейта в лягушку! — Затем они начали неудержимо смеяться.
— Какие непослушные ведьмы, — отчитал Бо, подмигнув Клэр.
Эш бросил на Бо злобный взгляд. Когда я ухмыльнулся, он перевел это выражение на меня, поэтому я поднял свой бокал в знак приветствия, прежде чем осушить его. Он взял свою пивную кружку и, нахмурившись, уставился в ее содержимое. Мне стало жаль парня, который положил глаз на Клэр. Она была дикой женщиной, которую вряд ли можно было укротить его грубостью или обаянием.